Владимир Улезко 
Новый мир. День первый: Балосс

 Владимир Улезко  

 Новый мир. День первый: Балосс  

 Аннотация:  
Эти степи помнят многое. Славные подвиги Рюриковичей и нашествие орды, рубань вольных казаков с ляхами, славные батальоны Петра и смерть концлагерей, предательство и крамолу, расцветы и закаты империй. Не раз их освещало зарево войны. Много смерти и ужасов помнят эти степи. Но всегда выжигаемые огнем войны они возрождались. Выжженные и поникшие травы, рано или поздно сменяли цветущие поля. Но не сейчас.
Уже восемь лет как луга не расцветали яркими цветами. Уже восемь лет как тут не было слышно пения соловья. Уже семь лет как ад открыл свои врата, и пламенное дыхание его, обжигало землю. Помню, как по новостям в тот день вкратце сказали, что на чернобыльской станции произошла авария, но не больше. Над миром нависла угроза, которую он ни когда не видел, а мы лишь жадно поглощали пиво в тот жаркий весенний день, и веселились в клубе. Я и не представлял тогда, что меня ждет через пару лет, какие испытания рухнут на меня.

 ***  

Лучи утреннего солнца освещали через толстые стекла ресторан. За столом сидел мужчина в военной форме. На вид ему было за сорок. На голове виднелись седые пряди. Усталое лицо покрывали морщинки. Лишь гусарские усы бодрили его вид. Его звали Влад Ростов. Он накинул на себя темно зеленый, почти черный мундир, со стоячим, красным, расшитым позолотой воротником. Владислав взглянул на красные погоны, на которых красовались золотые генеральские звезды. На лице его показалась легкая улыбка. Генерал печально вздохнул, помешивая ложкой черный кофе.
- Ваше благородие. - К столу подошел молодой лейтенант. - С вами хочет пообщаться какой-то парень. - Офицер указал генералу на стоявшего у входа молодого человека, в сером плаще. - Пусть подойдет. - Кратко ответил Ростов. Лейтенант, кивнув головой, отправился к ждавшему аудиенции парню. Через пол минуты этот парнишка уже сидел за столом.
- Здравствуйте господин генерал армии. Я, Остап Леонтьев. - Представился молодой человек.
- Очень приятно. Владислав Ростов. Ну, в прочем, вы меня, как я понял, знаете. - Генерал пожал руку Остапу.
- Господин Ростов. Я собираюсь написать книгу. Книгу о событиях, к которым вы имели непосредственное отношение. - Парень приостановился. Его слова явно заинтересовали генерала. - О «Зоне отчуждения».
- О «Зоне». - Генерал тяжело вздохнул. - Почему именно о ней? Почему именно я?
- Уже десять лет прошло с тех событий, но мир толком не знает героев тех лет. Вы, потому что вы… - Парень замолчал, окинув взглядом Ростова, и стоявшего рядом лейтенанта.
- Что же. Знаете, я согласен. Приезжайте завтра по этому адресу. - Влад вырвал листок бумаги из записной книжки, и написал на нем. - Мы остановились с женой на лето в домике, отдохнуть. От «МКАДа» пять минут езды. Правда, сами знаете, что по нему часа два. - Генерал слегка улыбнулся. - Приезжайте с утра, я вам все расскажу. Там я буду еще девять дней, так что я думаю, уложимся в срок. А сейчас простите мне надо ехать по делам. - Ростов допил кофе, и, попрощавшись с писателем, вышел из ресторана.
Остап вышел из такси. В руках к него был чемоданчик. На плечах все тот е плащ. Достав из кармана листок бумаги оставленной генералом, он внимательно прочитал адрес, и сравнил с тем, что был на доме. Убедившись, что это то место, Остап нажал кнопку на домофон. Через минуту калитку открыл швейцар. - Вас ждут господин Леонтьев. - Швейцар приветливо улыбался, пропуская гостя. Первое, что заметил Остап, это небольшой, аккуратный, выполненный в стиле барокко дом. Красивый сад огораживал с двух сторон, выложенную камнем тропку. Еще один швейцар открыл писателю дверь в дом. Леонтьев зашел внутрь, окидывая помещение взглядом человека знающего толк в искусстве.
- Вам нравится? - На встречу вышел Влад.
- Еще бы. Редко встречаю, столь хороший дизайн. Его явно делал человек со вкусом.
Генерал в ответ лишь слегка улыбнулся. - Прошу вас в гостиную. Прямо сейчас и начнем.
Господа расселись в старинных кожаных креслах. Остап разложил на столике бумаги, раскрыл ноутбук, приготовившись к рассказам генерала.
- Чай, кофе, коньяк или виски? - Над писателем склонился швейцар.
- Если можно, то кофе. - Ответил Остап.
- А мне виски наведи, как я люблю. - Добавил ростов.
- О чем сегодня вы расскажете мне? - Любопытно спросил писатель.
- Вы готовы? - Полюбопытствовал генерал. - Рассказ будет не коротким, а порой не приятным. Все-таки «Зона отчуждения». Я начну по порядку. С того момента, с которого закрутилась вся эта история.
 Глава 1.  
Эти степи помнят многое. Славные подвиги Рюриковичей и нашествие орды, рубань вольных казаков с ляхами, славные батальоны Петра и смерть концлагерей, предательство и крамолу, расцветы и закаты империй. Не раз их освещало зарево войны. Много смерти и ужасов помнят эти степи. Но всегда выжигаемые огнем войны они возрождались. Выжженные и поникшие травы, рано или поздно сменяли цветущие поля. Но не сейчас. Уже восемь лет как луга не расцветали яркими цветами. Уже восемь лет как тут не было слышно пения соловья. Уже семь лет как ад открыл свои врата, и пламенное дыхание его, обжигало землю. Помню, как по новостям в тот день вкратце сказали, что на чернобыльской станции произошла авария, но не больше. Над миром нависла угроза, которую он ни когда не видел, а мы лишь жадно поглощали пиво в тот жаркий весенний день, и веселились в клубе. Я и не представлял тогда, что меня ждет через пару лет, какие испытания рухнут на меня.
Яркое солнце освещало хутор. Сегодня было как-то не по сезону жарко. Лужи, оставшиеся после вчерашнего дождя, совсем уже высохли, оставив после себя лишь сухую корку. В небе красиво голося, летали соловьи. Степи шумели своими травами от легких порывов ветра. Где-то на окраине хутора надоедливо лаяла собака. Поселок серым массивом стоял разбитый надвое грунтовой дорогой. Среди брошенных строений выделялся свежеокрашенный домик. Возле новенького забора стояли две «Нивы», крыши их были загружены чемоданами, люди выгружали из багажников разные вещи домашнего обихода. Мужичек лет пятидесяти, с казацким чубом на голове, вытащив из багажника старый кожаный чемодан, закинул его на спину и, ругаясь, на чем мир стоит, двинулся в дом.
- Вася ну, що ти увесь час гарчиш? Леша сам не потягне все. - На вид довольно бойкая бабуся, суетливо ходила возле машин.
- Мама, у мене спина ні до чорта. Я так зовсім у себе вгроблю. - Мужик, сделав еще несколько шагов, жалостно взвыл, скинув с себя чемодан.
- Господи, батя! Возьми что полегче, тяжелое я и сам перенесу. - Лешка подошел к чемодану. Ему было всего тридцать, но небольшие аккуратные усы прибавляли ему еще лет пять.
- Онученя, говорила я тобі, що хлопців треба було знайти в місті, щоб речі допомогли перенести. - Бабка стащила с багажника на землю небольшой чемоданчик, и, поднатужившись, потащила к дому.
- Ба! Ну, что вы делаете? Идите лучше печку растопите и блинов сделайте. - Бабка с улыбкой взглянула на внука, и, оставив чемодан, заковыляла к дому.
Небо резко начало хмуриться. Набежали тучи, и жара начала спадать. Сема и Тарас, дети Леши, баловали на дороге с домашним спаниелем. Дети по очереди бросали псу палку, которую тот с радость таскал обратно. Ольга, жена Леши наблюдала за мальчишками. Облокотившись о машину, она обхватила руками грудь, и, вжав шею в плечи, немного тряслась от набежавшей прохлады. Увидев, что бабушка ушла в дом, Оля, дав короткие наставления детям, чтобы те особо не баловали, пошла за ней. Алексей, занеся очередной чемодан, остановился возле машины. По дороге в их сторону шел местный лесник Федор Степанович. Старик с радостным, и слегка пьяным выражением лица, расставив руки в стороны, кинулся на Алексея.
- Лешка! Приехали, я ведь тебя последний раз в десять лет видел. - Лесник захлебывался словами от радости.
- Федька. А ти дивлюся як завжди веселий! - Лешкин батька, протянул руку леснику.
- Конечно навеселе! А что мне? Скука тут, вот и принимаю на грудь радость. - Усмехнулся лесник, поправляя на плече ружье.
- Дядь Федя, а вы что с ружьем то? - Лешка вопросительно глядел на лесника.
- Да тут дело такое. - Веселое лицо Степаныча переменилось. - Пару дней, как тут зверье вылезло от куда-то ужасное. Вчера кабан какой-то непонятный, участковому брюхо вспорол. Он его успел, правда, пристрелить, но и сам, туда ушел. Мы главное смотрим на кабана, а у него шерсти нет, нигде, кроме шеи и груди, копыта острые такие. А Василич идет, глаза как колеса, живот распорот, и кровь хлещет. Мы со Степкой, ну это мой помощник, его подхватили на руки, а он кровью захлебнулся, и все. Так это самое, следок приехал с района, что-то копался там, а потом сказал, что майор две обоймы высадил в зверюгу. Во как! - Все трое переглянулись меж собой, и Степаныч опять заголосил.
- А пару дней назад, в Лихом, эт хуторок северней нашего вообще трое людей пропали. Там самоселов то побольше будет. Так вот, хлопец с девчушкой гулял по берегу озера, кто рядом был, лишь крики ужасные услышали. Пока прибежали, так глядят, а там девчонка лежит, вся в крови, и не пошевелится, парня нет. А потом, в этот же день, еще одного хлопца утащил кто-то.
Алексей с трудом проглотил слюну, взволнованно глядя на лесника. Сморщив лоб, он повернулся в сторону, где играли дети. Младший сынишка Тарас, побежал в кусты за собакой, которая резво убегала от него, неся в зубах палку. Внимание его привлек вновь заговоривший лесник.
- А у нас народу, то-же прибыло. Пару месяцев назад, Людка Бубко приехала с мужем. А пару дней, как какой-то профессор с семьей, заселился в брошенный дом. Да еще пару из старожилов вернулись. Ну и бомжи бывают, появляются. Да это ладно. А я смотрю, Лешка ты большой человек стал. - Лесник продолжал тараторить, отвлекая от дела мужиков. - Дом бригада ремонтировала. Я к ним подхожу, а ко мне прораб, деловой такой, вышел. Я ему говорю, а вы что тут делаете, а он мне да хозяева наняли дом отремонтировать.
В этот момент в кустах раздался крик ребенка, и от туда выскочил Тарас. На нем были следы крови, лицо побледнело, а на волосах выступила седина. Отец кинулся к сыну, и подняв на руки, отнес в сторону. - Что случилось? - Алексей громко кричал, сам того не понимая еще больше пугая ребенка. На крики из дома выбежала Ольга и бабушка. - Что случилось? - Продолжал кричать Алексей. В этот момент из кустов вылез огромный пес. В зубах у него был растерзанный спаниель, кровь замазала всю морду. Густая серая шерсть при виде людей ощетинилась. Пес, не выпуская из зубов свою жертву, злобно зарычал. Люди отхлынули назад. И только лесник, подался вперед, снимая с плеча двустволку. Громкий выстрел раскатился по округе. Пес подпрыгнул в воздух, заряд картечи оторвал ему заднюю лапу. Степаныч не став долго мешкать, и дал второй выстрел. Картечь, врезавшись в бочину псу, откинула его в строну. Тот жалобно взвыв, несколько раз дернулся в конвульсиях и замер.
- Вот гадость-то. - Лесник и Василий склонились над псом. Степаныч сунув еще один патрон, жахнул в пса. - Вдруг не помер. - Пояснил он.
Мерзкий, окровавленный труп пса лежал на дороге. Первое что заметили мужики, это его глаза, точней то место где они должны были быть. Веки на лице пса слиплись, и усохли. В открытой челюсти виднелись острые, и местами изломанные зубы. Все трое оглядывали труп, изредка переводя взгляд, друг на друга. Растерянность овладела ими. Дети, стоявшие в стороне, косо поглядывали на взрослых и труп, отводя взгляд в сторону, они все равно, возвращали его на пса.
Глухую тишину, наступившую в округе, прервал гул, раздавшийся вдали. Это было похоже на огромной мощи взрыв. Земля содрогнулась. Гул все нарастал. Темно-синее небо, покрытое стальными пятнами туч, на горизонте начало краснеть, доходя до белого каления. Тучи начали испаряться. Земля дрожала, как при сильном землетрясении. На горизонте с севера показалась огненная стена, с огромной скоростью несшаяся на хутор. Синие разряды молний сверкали в огненной стихии. Огонь выжигал все на своем пути, оставляя обугленные деревья, горящие дома. Стена огня оставляла за собой тучи
радиоактивной пыли, которые оседали всюду, где их задерживали какие-то препятствия, будь то овраг или дом, болото или лесоповал. Алексей бросился к детям, но, не заметив открытый, старый канализационный колодец, провалился в него, сильно разбив голову. Он чувствовал, как от него уходит сознание. В глазах на мгновение потемнело, но затем яркая вспышка ослепила его. Клубы огня, раздираемые молниями, пронеслись над ним. Дикое и ужасное, но в то-же время, захватывающее зрелище. Но сильный удар головой, все же вырубил сознание мужчины.
Алексей очнулся, когда все уже кончилось. Сверху, на улице, слышался треск пожаров, а небо яростно освещало зарево огня. Он с трудом поднялся на ноги. Голова была в крови, от пламени одежда слегка обгорела, оставив ожоги на теле. Когда Леша выбрался из колодца, перед ним предстало ужасающее зрелище. Зарево пожаров освещало небосклон. Порыва ветра разносили искры пожарищ. В воздухе стоял удушливый запах дыма, вперемешку с озоном. Вокруг горело все, что только могло гореть. Черные клубы дыма поднимались в небо, а среди них появлялись отблески пожаров, и белое раскаленное небо. Глинистая дорога в некоторых местах сильно оплавилась, превратившись в стеклянную поверхность. Свежая краска на доме бабушки, горела, синим пламенем, отбрасывая причудливые тени. Стекла в доме и окнах машин полопались от высоких температур, покрышки скукожились, и оплавились. Было видно, как вверх поднимается горячий воздух, обжигающий тело. По земле катилась пелена из радиоактивной пыли подгоняемая порывами ветра.
Возле «Нивы» лежали два тела, Ольги и младшего сынишки Тараса. Алексей медленными шагами подошел к ним, и упал на колени. Почти не касаясь, он провел пальцами, по обгоревшему лицу жены. К горлу начал подступать крик, по телу пробежала дрожь, тяжелые мужские слезы скатились на щеку. Наклонившись, Леша положил голову на грудь младшего, и тут в его взгляд попал Сема, мальчик лежал в стороне, на нем до сих пор горела одежда. Алексей подскочил на ноги, схватившись за голову, и заорал во весь голос. Его крик подхватил ветер, разнося по степям и лугам, по руслам рек и водной глади озер. Дикий крик души начал сменяться жалобным, хриплым стоном. Кашель захлебнул мужчину, ему стало тяжело дышать, и от пронзительной боли в груди, он упал на землю. Леша вновь попробовал закричать, но из глотки вырвался лишь жалостный стон.
Стихия окутала всю «Зону отчуждения», оставив на месте, почти было затянувшейся язвы на теле земли, новую открытую рану. Новая «Зона» оставила раны на душе многих людей в тот день. Самое ужасное, что это был не последнее пришествие «Зоны отчуждения», она еще оставит тяжелый отпечаток на душе многих и многих людей. Эта колыбель науки и сказочных богатств, лишит жизни тех, кому не посчастливится, и сказочно одарит тех, кому это предначертано. Собравшись с силами, и преодолев чувство страха перед смертью, взнесшей над ним свой клинок, Леша поднялся с земли, подхватив двустволку лесника, двинулся прочь. Перед ним открывалась новая жизнь, но страшный отпечаток от этого весеннего дня останется навсегда с ним. Леша тогда не знал, что случилось. Он не знал, выжил ли кто еще, и вообще, выжила ли планета. Но что-то говорило ему, что он не один, что он вберется из этого ада. Он шел уже несколько часов в южном направлении, но лишь зарево пожаров и запах смерти были кругом. Не единой живой души не встретилось Алексею.
Алексей сидел в полуразрушенном доме. В разбитом окне виднелся НИИ «Агропром». Где-то там, на севере начало стихать зарево пожаров, но вечернее небо все еще ярко освещалось. Лишь ночная прохлада, принесенная ветром, согнало жару, окутавшую землю. Темная ночь опустилась на «Зону отчуждения». Леша, прижавшись к стене, облокотился на ружье, крепко сжимая его в руках. Сон начал овладевать им. Не дай бог, пережить вам такой день. Потерять все семью, оказаться в центре радиоактивной язвы, и не знать где ты, что с тобой. А быть может ты и вовсе не на земле? Быть может, ты уже умер? И попал в настоящий ад…
Проблески рассвета разбудили Алексея. Пожарища почти полностью стихли. На деревьях через обугленную кору показались зеленные почки. Еще вчера горевшая трава, хоть еще и пожелтевшим, но уже живым массивом застилала поля. Все как-то ожило, возродилось. Но это уже была другая «Зона отчуждения», не та, что раньше. За призрачной, с ума сводящей тишиной, и безмятежным покоем скрывался настоящий ужас этих мест, преобразовавшихся после этой трагедии. Леша сразу заметил, эту странную тишину. Ни пения соловья, весело перелетающего от одного лесного массива к другому, не гулкого крика орла, парящего в небесной глади. Даже трава стала шелестеть как-то по-другому, не так как шумят степи и поля, потревоженные ветром. Вроде бы гулкий и быстрый ручей, бурно текущий от озерка к болотцу, от болотца к озерку, уже не так весело шумел своими хрустальными водами.
Алексей не стал долго задерживаться, на месте и двинулся дальше в путь. Решил он отправиться западней «Агропрома», ибо на юге от него располагалась и без того опасная, заболоченная местность. Леша двигался осторожно, с опаской оглядываясь по сторонам. Но ему казалось, что он все также один, на этой лишь обманчиво живой земле. Но знал бы тогда он, что еще сотни людей пыталось выбраться из этого ада. Разница лишь в том, что большинство из них так и не увидело спасения, в отличие от него. Лишь под вечер, уже еле стоя на ногах, Алексей вышел на какой-то брошенный поселок. Кто знал, что через восемь лет, на этом месте вырастит, большой и процветающий город, который будет спокойным местечком, где каждый мог отдохнуть после долгого скитания по «Зоне».
Леха внимательно осматривал каждый из брошенных домов. Это было очень странно, этот поселок он знал лишь понаслышке, но он точно знал, что он не мог быть брошенным. Значит люди, жившие здесь, покинули его, спасаясь от разозленной стихии, а может быть и чего-то похуже. Да, несомненно, люди просто бежали отсюда. Брошенные вещи, деньги, детские игрушки, люди спасаясь, оставляли тут все, не брали с собой ни чего.
Тихие шаги послышались совсем за спиной. Леша развернулся, в надежде увидеть такого же бедолагу, как и он. Перед ним стоял мужчина, да явно и понятно, что это был мужик, только вот, что было с ним? На обожженной коже, виднелись следы запекшийся крови, голова была не пропорционально увеличенная, и ужасно изуродованное лицо неприятно смотрело на него. Оголенный торс выдавал его сильную худобу. Синие джинсы были сильно изорваны. Неизвестный повернул в сторону Леши голову, тихим голосом выронив. - Уйди. - Сделав несколько шагов, он вновь уставился на Алексея. - Уйди. - Наш путник, недоуменно глядел на странного мужика, и в то-же время положил палец на спусковой крючок двустволки. Мужик прижал руку к плечу, в глазах его появилась не человеческая злость. Резким движением, он двинул рукой в сторону Леши. Это было похоже на то, как будто невидимая стена влетела в него. Леша отлетел в сторону, упав на землю. Он тут же попытался встать на ноги, но какое-то странное ощущение окутало его, конечности не хотели слушаться, а в голове начали раздаваться странные голоса, в глазах начало двоиться. Одна за другой попытка подняться с земли оканчивались болезненным падением, палец, дежуривший на курке, словно отмер. Леша сквозь это непонятное состояние увидел, как этот человек приблизился к нему, и, сделав еще один толчок рукой, отбросил его от себя. Отлетев в сторону, Алексей выронил ружье, и тут, толи от удара, толи от некачественных патронов, произошел выстрел. Тяжелая картечь повредила неизвестному ногу, и все это не понятное ощущение, охватившее Алексея, сразу же отступило. Тяжко взревев, монстр, несколько раз подпрыгнул, боясь поставить раненую ногу на землю. Кровь медленно текла с него, ручейком растекаясь по дороге. Монстр злобным взглядом уставился на Алексея. Дикий рев раскатился по долине, и моментальный удар вновь откинул человека в сторону. Все. Это конец. Не увидеть больше бескрайних степей, и цветущих лугов, синего неба над головой. А стоит ли теперь это видеть? Все он потерял, и это все, семья. Леша начал чувствовать, как мозг в голове начал закипать, и было такое ощущение, что череп вот-вот лопнет. Тихий, режущий шепот, взявшийся не откуда, еще сильней убивал сознание. В глазах была лишь тьма.
Резкий приторможенный звук выстрела, словно пронзил его. Темнота в глазах начала сменяться мутным раздвоением, а в голове стоял сильный шум. Алексей смотрел в высокое синее небо, мысли его были где-то далеко от сознания. Над счастливчиком склонился военный. На лице был противогаз, на голове камуфляжная каска, под которой виднелся прорезиненный комбинезон. Солдат держал в руках автомат из ствола, которого легким облачком струился дым. - Жив? - Послышался голос из-за маски. Леша кивнул в ответ головой, пытаясь встать на ноги.
- Вот и хорошо! Товарищ капитан, тут выживший. - Во весь голос гаркнул солдат.
- Давай его в машину. А вы это дерьмо. - Офицер ткнул пальцем в монстра. - Грузите в рефрижератор.
Машина уже час тряслась по грунтовой дороге, разбитой в конец. В крытом тентом кузове армейского «Урала» ехали шесть человек из тех немногих, выживших в этой трагедии. Леша печальным взглядом оглядывал своих спутников. Молодая семья, он, она и двое детей, как злое напоминание сидели в дальнем углу. Какой-то мужичок, опершись о борт, выглядывал из кузова, периодически оглядываясь на ученого, сидевшего рядом.
- Я вам говорю. Это что-то невероятное! Такого не может быть, даже теоретически не может. - Ученый тряс тетрадкой в руке. - Я вам говорю. Я физик-ядерщик. По всем подсчетом, не могло так взорваться топливо в саркофаге. Нет! Это даже теоретически невозможно.
- Однако взорвалось? - Оборвал ученого мужик, сидевший у борта.
- Ну, да взорвалось… - Ученый сделал паузу. - Только не могло быть такого! Не могло.
- Доктор, а если это и не станция взорвалась? - Остановил бесполезные рассуждения профессора Алексей.
- А что тогда? Русские ядерную бомбу сбросили!? - Мужик, сидевший у борта, сильно рассмеялся от слов Леши.
- Не знаю. Вы заметили, как все быстро пришло в себя? Трава на следующий же день, ожила. На деревьях почки появились. - Леша внимательно глядел на своих оппонентов, ожидая их реакции.
- Хватит там пургу гнать! - Вскрикнул дежурный солдат, ехавший в кузове. - «ЧАЭС» рванула, правительство так сказало, а значит, так оно и есть.
 Глава 2.  
Я спокойно, не шевелясь, лежал в кустах возле дороги, лишь изредка, посматривая в компьютеризированную оптику своего «Винтореза», накрытого маскировочной лентой. Маскхалат хорошо скрывал меня от ненужных взглядов. Стояла жуткая тишина, которую лишь изредка прерывало карканье ворон. Было пасмурно, накрапывал мелкий дождик, где-то вдали завыла псевдо собака, и раздалась очередь из «Калаша». И снова тишина. Так длилось минут пять, но вскоре вдали начались слышаться голоса. По дороге, позади меня шла небольшая группа людей. Все они были в камуфляжной форме, отличавшейся как от русской, так и от американской, лишь желтые отвороты и повязки, говорили что это «свободовцы». Впереди всех шел мужик лет пятидесяти, с небольшой, седой бородкой, капюшон его куртки был глубоко натянут на голову. Под камуфляжным погоном болтался старый советский противогаз, в руке у него был «АКМ», с подстовольником.
Этот «свободовец» был немало известный в «Зоне» Карл Маркс, прозвище он получил за любовь к коммунизму, а известность за неоднократные нападения на военных и ученных. Однажды ему удалось отбить бронетранспортер у американских военных, правда, долго не протянул, накрыли русские вертушки. Позади его шли бойцы менее опытные, но борзые до предела. Они явно не подчинялись приказам Маркса. Идут как на прогулки, не удивлюсь, если кто-нибудь из них сейчас не влетит в аномалию. Но группа спокойно подходила ко мне. Вдруг Маркс остановился возле меня. Хреново, не дай Бог заметит. Но ведущего окликнули сзади.
- Эй, Маркс, ну чего встал, шевелись дальше.
- Заткнись Тушкан. - Маркс нахмурил лицо.
К нему подошел, боец в противогазе. - Аномалия?
- Нет.
- А чего тогда стоим?
- Что-то не то. Предчувствие плохое.
Да, сталкерское предчувствие это еще одна загадка «Зоны». Опытные ветераны в совершенстве им владеют. Владел им и Маркс, но почему-то не прислушался к нему в тот день. Постояв с полминуты на месте, он двинулся дальше. Я с облегчением вздохнул, но не полной грудью, чтобы ни капли не выдать себя. «Свободовцы» двинулись дальше, о чем-то, громко споря, и когда они полностью минули меня, я взял в руки рацию, лежавшую на земле, включил ее.
- Работаем, начиная с четвертого. - В полголоса сказал я, и сразу отключил прибор.
Хотя с другой стороны, волноваться, что меня услышат, абсолютно не стоило, но я все равно, действовал как можно тише. Не прошло и минуты, как с высотки, идущей параллельно дороги, раздалась металлическая трескотня «Грозы». Вслед за ней короткими очередями застрочили, «Абаканы». Почти вся группа сразу полегла, и лишь Карл, прыткими движениями, пытался уйти через кусты из-под обстрела. Две пули, выпушенные мной, попали в обе ноги бродяге. Маркс, с воем рухнул на землю, обкладывая всех подряд матом.
Внимательно осмотрев местность, и убедившись, что отряд ни кто не прикрывал, я вышел из засады. На высотки показались другие стрелки. Двое, как и я были в маскхалатах, а один в камуфляжном бронекостюме. Я, медленно держа на перевес «Винторез» подошел к раненому.
- Суки, собаки красноперые, урою. - Понес на меня «свободовец». - Да мы вас всех.
- Заткнись. - Кратко бросил я ему в лицо, и хорошенько дал по морде прикладом.
Маркс ахнул, и потерял сознание. К нам, к этому времени, спустились все трое стрелявших, а с противоположной стороны подошли еще двое бойцов, прикрывавшие нас со стороны небольшого хутора.
- Хорошо ты ему сунул подполковник. - Обратился ко мне боец в маскхалате.
- Да, очухается не раньше чем через четверть часа. - Подтвердил второй боец в маскхалате и с «грозой» в руке.
- Ни чего страшного Прапор, ждали их час, подождем и еще пятнадцать минут.
- Да как-то не очень хочется здесь задерживаться. - Прапор настороженно оглядел местность.
- Верно Сема, давай его в чувство приведем. - Капитан, что был в бронекостюме, достал флягу, и полил воды на лицо сталкера, вдогон дав хорошую оплеуху.
Маркс естественно сразу подскочил, но раненые ноги не выдержали напряжения, и он рухнул на землю. Внимательно окинув отряд взглядом, бродяга в полголоса выронил.
- Суки красноперые.
- Что ты сказал. - Накинулся на него прапор.
Прапорщик Семен Хвостенко был бывалым бойцом. Начинал он службу еще во время второй чеченской. Настоящий Рембо, мать твою. Дай ему волю и патронов, так он бы в одиночку положил батальон. С пьяным Хвостенко лучше вообще не связываться. Естественно прапора пришлось оттаскивать всем нам вместе, но он таки успел разукрасить лицо Марксу, оставив несколько хороших гематом.
- Дайте я его сейчас на месте закопаю. - Мы еле сдерживали вырывающегося офицера.
С трудом, оттащив его подальше, мы с облегчением вздохнули. Я присел на корточки возле Карла, вытащил флягу с водой и немного отпил. Окинув взглядом «свободовца», я поднялся на ноги, обошел его сзади, и неожиданно для него ухватился одной рукой за голову, а другой поднес к горлу штык.
- Ну, говори сука, куда вы дели Хомяка. - Я со злостью в глазах смотрел на «свободовца». - Отвечай, живо.
- Какого Хомяка, ты что начальник. - Карл с удивлением и жалостью в глазах смотрел на меня. Любой другой человек подумал бы, что он и впрямь не чего не знает и не понимает. Но я то ученный своим горьким опытом знал, что он лишь мастерски претворяется.
- Говори или глотку перережу, сволочь! - Мое лицо наполнилось кровью.
- Да не знаю я не чего! Ты чета путаешь солдат.
- Не выводи меня из себя сталкер. - Нервно сжимая нож, крикнул я.
- Да пошел ты. - Прошептал «свободовец»
Тут рука у меня не выдержала, клинок с легким нажимом прошел по горлу, оставив тонкий кровавый след.
- Ты че творишь, урод красноперый. - На лице Карла появился сильный испуг.
На это я с силой замахнулся над ним штыком. Маркс зажмурил глаза, и во весь голос выкрикнул.
- Постой, я все расскажу, только не убивай братишка.
- Ладно, даю слово сталкера, что не трону и отпущу тебя, если расскажешь. - Я убрал штык в ножны.
- Мертв ваш Хомяк. Лукаш забрал кейс с бумагами, а его по минному полю пустил, а снайпер его с вышки и в голову. - С лица Маркса по-прежнему не сходил испуг. - Ну, это, Лукаш конечно лоханулся. Ключика, то нету, кейс не открыть. Толку, было, вашего Хомяка ловить.
- Ну и суки вы. - Злобно буркнул прапор, перезаряжая «Грозу».
- Это, не, командир ты обещал отпустить. - На лице «свободовца» выступила испарина.
Да обещания в «Зоне» не выполнять, это самоубийство.
- Я обещал, и я тебя отпускаю. - Я встал в пол оборота к Карлу. - А вот прапор, ни чего не обещал.
Эй, да вы че!? - На лице Маркса осталось лишь ворожение растерянности.
Я внимательно всматривался в даль, где была база «свободовцев». Позади меня раздались два металлических выстрела грозы. Маркс лежал, с двумя пулевыми в груди.
И снова прозвучал металлический выстрел. Пуля пробила голову.
- Лишнее Прапор. - Я косо посмотрел на прапорщика.
- Да я так, на всякий пожарный. - Хвостенко вжал голову в плечи, закидывая автомат за спину.
- Куда теперь Балосс. - Ко мне подался капитан Коваль.
- К «Минному болоту». - Кратко ответил я.
- Зачем - прозвучали удивленные голоса.
- Хочу убедиться, что Хомяк там, и он. - Я ткнул винтовкой в сторону Карла. - Не соврал.
- Командуешь, конечно, ты полковник, но я бы к зоне высадки вернулся. - Майор Потапов поправил фуражку на голове. Такие фуражки кажись толи в восьмом, толи в девятом году, поголовно в нашей, русской армии, ввели. Похожи они были на американские, и не очень их любили в армии.
- Вот именно, командую здесь я. И сей час, мы отправляемся, к складам. Мы с прапором осмотрим территорию, а все остальные отправляются, на высотку у деревни кровососов. Займете круговую оборону и ждите нас, все пять минут на отдых, убрать тела с дороги, и вперед.
Вскоре я с прапором оказался на высотке, с которой хорошо были видны армейские склады, в оптику я спокойно мог разглядеть веселую рожу часового на КПП. Чуть севера-восточнее была видна раскинувшаяся долина, с довольно большим, заболоченным озером, берега которого были заминированы. Это минное поле было еще, с советских времен. После второй аварии украинские военные его усилили, сделав здесь опорный пункт. Но после одиннадцатого года, когда полторы тысячи человек, пытаясь прорваться на север, к центру «Зоны» погибли в этих местах, и правительству больше не были нужны склады, их заняли «свободовцы», привели в более - менее жилое состояние, починили кучу оставленной техники, а временами, любили гонять по минному полю своих врагов. Конечно, оно не было усеяно трупами, сталкеры их убирали, но все же, часто можно было увидеть много погибших сталкеров, оставленных на показ другим.
Я внимательно, через оптику, рассматривал трупы. Сегодня их было с десяток. Мой взгляд остановился на человеке в камуфляже, на голове у этого сталкера была новенькая полимерная каска «Сфера», точней ее остатки, пуля хорошо разворотила голову, на которой я рассмотрел рыжие волосы, и такую же рыжую бородку. Без сомнения это был Хомяк, наш посыльный, который должен был доставить важные документы в штаб миротворческих сил, от группы военных сталкеров. Тяжело вздохнув, я толкнул прапора в бок, и указал пальцем в сторону, где лежал Труп. Достав бинокль, прапор внимательно вглядывался в долину, затем, положив бинокль на землю, снял фуражку, грузным взглядом уставившись в землю.
Я то- же последовал его примеру. Снятую фуражку с минуту мял рукой, но вскоре одел на голову, а поверх ее, напялил каску, опустив стеклянную маску на глаза. Маска эта, была много функциональной, во-первых, она выполняла функции защитных очков, закрывая глаза от дыма и грязи. Во-вторых, она могла соединяться со специальным кислородным фильтром, и получался полноценный противогаз. Но самое главное, это нано устройство маски. Она содержала, многочисленные сверхточные микросхемы, и в результате получалось что-то, вроде монитора, на котором отображались видимые и не видимые цели, нужную цель можно было зафиксировать и вести до ее уничтожения, а затем переключиться на другой объект.
Оперившись на колено, я поднес приклад своего «Винтореза» к плечу. Придерживая ствол левой рукой, правой быстро зафиксировал в целеуказателе, спящего снайпера на вышке, и в миг отправил его к предкам. Моментально переключившись на другого «свободовца», на соседней вышке, я выпустил еще одну пулю. К моему удивлению он оказался не один. Тяжелая пуля прошла через двух сталкеров, и оба бойца полетели в низ.
Еще бы пара свободовцев отправилась к предкам, если бы Прапор не отдернул меня.
- Ты че творишь, сейчас всю базу на ноги поднимут. - В глазах Семена было какое-то недоумение, и даже испуг, который редко появлялся на этом лице. - Валим от сюда, быстрее! - Нормально. - Я подскочил на ноги, и в мгновенье, послышался выстрел с «СВД», пуля пролетела совсем рядом, и я благоразумно рухнул на землю. - Хвостенко на землю! - Откуда шмаляет сука!? - Прапор с еще большим испугом в лице глядел на меня.
- Не очкуй солдат.- Легким, не заметным движением руки, я достал флягу с водой и кинул в сторону. «Бах» - разнеслось по местности. Естественно я сразу уловил место, откуда стреляли. Большой тополь возле стены, на котором сидел снайпер, стал моей новой целью. Раз, два и кукушка замертво свалилась с дерева.
Отлично, но теперь надо уж точно уходить. Со стороны КПП вылетели «УАЗик», и два «Урала», набитых боевиками. Вот теперь мы попали, вот теперь нам задницы надерут. - Крутилось у меня в голове. А канвой все приближался и приближался. Прапор, вскочив на ноги, побежал по хребту к деревне кровососов, возле которой были наши. Я, было, кинулся за ним, но, немного притормозив, выпустил еще одну пулю. Собственно говоря, пуля попала в десятку, точнее в голову водителя джипа. Машину круто занесло в бок, и в нее влетел Урал. С обоих транспортов полетели люди, кто-то даже, свернул шею, а я кинулся дальше, чуть не влетев в гравитационную воронку.
Примерно через четверть часа мы были уже на месте. Наши ребята, предупрежденные по рации, уже рассыпались по местности, и готовы были к встрече гостей. Прапор укрылся за большим валуном, где отсиживался лейтенант Габулов. Я добежал до самой верхушки высотки, и рухнул в густой, коричневый кустарник, а в паре метров от себя я увидел капитана Коваля. Кивнув друг другу головой, мы уставились на хребет. Не прошло и пяти минут, как показалась цепь свободовцев, обшаривавших местность, внимательно обходящих аномалии. На серо-зеленном камуфляже хорошо видны были желтые отвороты, повязки и обшлаг. Вооружены они были по последнему слову техники, новеньким европейским и американским оружием. Говорят снаряжение им, поставляла какая-то американская шишка.
Прапор долго ждать не стал, и без приказа шарахнул по ним из гранатомета. Пара свободовцев по частям разлетелась в разные стороны, еще пара разлетелась целиком. И после этого с нашей стороны прозвучал четкий залп шести стволов, переросший в беспорядочную стрельбу, продолжавшуюся, минут пять. Наступила глубокая тишина, но она продолжалась не долго, вскоре с обеих сторон последовали короткие очереди. Противники пытались спровоцировать другую сторону на не обдуманные действия. Я внимательно всматривался в поле битвы. Мой взор упал на свободовца лежавшего в кустах. Рядом, примерно в полутора метрах, с ним чуть искажая воздух, вертелась аномалия. Тихий выстрел, и пуля взрыв землю, шлепнулась рядом с ним. Видно нервы у этого «свободовца» были на пределе. Отскочил он в сторону, и естественно в аномалию. Его подкинуло в воздух, и начало с неимоверной скоростью раскручивать, несколько мгновений и куски мяса разлетелись в стороны. Спасибо тебе «Карусель». И вновь тишина, такая глубокая и давящая на душу. Не колыхнется кустик от дуновения ветерка, не каркнет ворона. Но самые сильные затишья бывают перед самыми сильными бурями.
Свирепый, захлебывающийся рев, доносящийся с деревни, прервал эту тишину.
- Вот дерьмо. - Кротко бросил Коваль.
Я перевел взгляд на хутор. - Дерьмо. - Подтвердил я.
Со стороны деревни прямо на свободовцев неслись два кровососа. Один был, если не ниже, то уж точно не выше меня, не самая крупная особь, а вот второй метра два с половиной высотой, и метра два шириной. Боевики даже не успели сделать не одного выстрела, как начали разлетаться в стороны. Большая часть «свободовцев» мгновенно полегла. Молодой кровосос впился, в какого-то сталкера. Стоя боком ко мне, он подставил пульсирующую мякоть мозга под выстрел. Мешкать я долго не стал, зафиксировав кровососа, на целеуказателе, я мог следить за каждым его движением в новенькой, электронной оптике на винтовке, спусковой механизм сработал и пуля, разрывая воздух, понеслась в цель. Голова кровососа разлетелась в красно - бурое месиво. Два тела рухнули на землю, привлекая к себе внимание другого кровососа, который с диким и ужасным ревом кинулся в нашу сторону, попутно переходя в режим «стелс».
Вот это уже было полное дерьмо, кровососы становятся в этом режиме настоящими титанами, и уловить их достаточно тяжело, особенно в пасмурный день или ночью. Так и сейчас легкого преломления света, образующего своеобразную границу тела не было видно, я полагался только на целеуказатель, да на легкий след оставляемого им - пыль и земля слегка поднимались в воздух.
Навстречу несущейся твари выскочили два моих лейтенанта, Габулов, чемпион по армрестлингу в нашем батальоне, за не дюжую силу он получил прозвище бизон, и прыткий Блохин. Они в упор, с «Абаканов» начали палить в него. Однако кровосос, выйдя из «стелса» легким движением обоих рук раскидал их в стороны. Пробежав еще пару метров, он остановился, словно не зная кого первым растерзать. Я, воспользовавшись моментом, выпустил пулю, которая попала ему в лоб. Послышался треск кости, и зверь отлетел назад. Не прошло и мгновения, как он вновь оказался на ногах. И без того красные глаза кровососа налились кровью. Лоб его превратился в ужасное месиво. Зверь с сипением кинулся вновь на нас. Снова нажав на спусковой механизм, я обнаружил лишь пустую обойму. Ко мне подступило волнение, и даже испуг. Но кровосос не успел сделать и пяти шагов, как по долине разнеслось шипение, и у него под ногами взвился в воздух султан из дыма, земли и грязи - Прапор приложил из гранатомета. Тварь откинуло в сторону. Лишь жалобный вой раскатился по долине.
В громадной луже крови лежал кровосос, тело его было изъедено ранами от осколков, конечности были переломаны. Поднявшись на ноги, я отправился к нему, по пути перезаряжая винтовку. Хоть кровосос и был жив, но опасности он не какой не представлял. Когда я подошел к нему, он лишь равнодушно взглянул на меня, а затем вновь уставился в небо. Я не стал долго его мучить. Выпустил пулю в открытый на виску мозг. В небо устремился несколько пустой взор кровососа, но что-то человеческое показалось мне в нем.
Около часа уже прошло после этой бойни на высотке, слава богу, раненых и погибших в отряде не было, но мы отрывались от преследовавших нас «свободовцев», вновь упавших нам на хвост. Путь отряда лежал к северу «Дикой территории», где нас должен был забрать вертолет, а пока мы шли по довольно без людной местности, кишащей мутантами и аномалиями. Если идти примерно на северо-запад, то выйдешь к «Рыжему лесу» и Лиманску, а если идти на юго-запад, то выйдешь к «Дикой территории», на запад к «Янтарю».
Здесь я принял довольно большую ошибку. Чтобы особо не привлекать внимания, мы разделились на три группы, по два человека, и шли на расстоянии параллельным курсом. Я шел с прапором, и шли мы уже с час, не видя других групп, постоянно приходилось прерывать движение, проверяя местность на аномалии. Вскоре дозиметр стал петь как соловей, пропала связь, и мы потеряли спутник. Тут я заподозрил неладное. Мы двигались уже четверть часа словно слепые, и складывалось впечатление, как будто за нами кто-то следит. Остановились мы около невысокой гряды холмов, под которую уходила дорога. Дальше идти было опасно, с одной стороны дороги был густой, мертвый лес, с другой высотки, а затем лес опоясывал всю дорогу. В глубине леса, за холмами, был не большой хуторок, некогда славившийся среди сталкеров, ходивших в эти места. Посреди огромной поляны, там стояло несколько хозяйств, в центре которых была церквушка. Состояла она из трех частей. Высокой, этажа в четыре часовни, зала с алтарем и иконостасом, где молились прихожане, и двух этажной пристройки, где жили священники. Из всего этого хорошо сохранилась только часовня, в которой сталкеры останавливались на ночь. Не раз и мне приходилось здесь ночевать. Но в последнее время здесь активно стали пропадать сталкеры, и ладно новички какие-нибудь, так опытные мастера своего дела. Пропадали тут сталкеры из разных кланов и группировок, долговцы, свободовцы, одиночки. Поэтому у меня идти в эту сторону, желания не было, ни какого.
Неожиданно запиликал целеуказатель, выделив живой объект, за густым кустом на высотке. Выделив цель, я ее приблизил на мониторе, разглядев торчащую из-за куста ногу. Вот только чья это нога? Затем мне в глаза бросился белый кроссовок, ну тогда понятно, какой-то браток спрятался в куст, только бандиты, нарядившись в темные одежды, могли напялить белые кроссовки. Однако примерно через минуту целеуказатель снова запиликал, выделив еще два объекта на высотках. Сворачивать назад было нельзя, уходить через лес то же. Там полно аномалий и всяких тварей. Оставалось идти по дороге, где нас ждала, по-видимому, засада.
- Прапор, на высотки, трое гопников в засаде. - Я кивнул головой в сторону высотки.
- Вижу. - Подтвердил прапор.
- Идем вперед, не показываем виду, что обнаружили их. - В пол глосса проварил я.
Мы шли осторожно, дабы не влететь в аномалию, но они как не странно не попадались на нашем пути. Тем временем целеуказатель обнаружил еще пару целей.
Дойдя до конца гряды, нам на встречу, из леса вышли два мародера. Одеты они были примерно одинаково, на серые кофты с капюшонами были надеты кожаные куртки, один был в джинсах, другой в трико, кроссовках и очках, у обоих на плечах были подвешены старые советские противогазы. Они окинули нас взглядом, мы старались не делать лишних движений. Один из них поднял вверх руку, и на этот сигнал из леса вышел третий бандит. Он был одет в длинное, коричневое, потрепанное пальто, с капюшоном, далеко надвинутым на глаза, в одной руке он держал «М-16» в другой четки. Лицо, прикрытое капюшоном, разглядеть мне не удалось. Но я чувствовал его холодный взгляд на себе. Мы простояли в молчании с пол минуты, неожиданно раздался его хриплый голос.
- Зброя на землю, снарягу всю те ж, швидко.
Мы с Прапором стояли как два столба, не выполняя приказ гопника.
- Ви що виродки, не зрозуміли, зброя, снарягу на землю. Перестріляємо всіх зараз на хрін.
- Успокойся дядя, давай поговорим. - Я всматривался под капюшон, пытаясь разглядеть лицо бандита.
- Про що мені з тобою говорити, виродок червоноперий! - На прикрытых тенью капюшона губах появилась ухмылка.
- Давай коней гнать не будем, давай договоримся, у меня тут пару дорогих артефактов завалялось. - Я медленно стал снимать походный рюкзак, в котором лежал на самом деле заряженный пистолет.
Но только сейчас, я заметил, как Прапор уже снимал потихоньку свою «Грозу» с плеча. Тут я растерялся. Толи прапор струсил, и готов был сдаться, толи этот на голову больной сейчас начнет шмалять во все стороны. Вот и стаю я как вкопанный, нервно качая головой, смотрю на Хвостенко. Тут у меня вырвалось из глубины души.
- Отставить. Отставить прапорщик.
- Спокойно Балосс. - Крикнул Прапор. Металлическим раскатом затрещала «Гроза».
Бригадир в плаще, кинулся в лес, а остальные двое фраеров остались лежать на дороге. Как и бригадир, мы кинулись в лес. Со всех сторон на нас посыпался град из свинца, давно мертвые деревья падали, скошенные десятками пуль. Я надвинул целеуказатель на глаза, и методично начал обстреливать высотку, Прапор и без целеуказателя хорошо полевал окружность бронебойными пулями. Вскоре с вершины огонь прекратился. Обстрел продолжался только из опушки через дорогу.
- Надо что-то делать, Прапор, сейчас гранатами закидают и все, хана.
- Ростов, уходить надо, через лес. - Семен нервно перезаряжал автомат, посматривая на лежащую рядом с ним тяжелую гранату.
- Лови лимончик. - Граната быстро пронеслась в воздухе, и на соседней через дорогу опушке, вырос султан из пыли и земли. Стрельба умолкла, у нас появилось время на отступление. Тут я вспомнил, что у меня на бедре все это время висела вакуумная граната. Такие гранаты и бомбы недавно поступили на вооружение военных сталкеров и спецназа, выдавали их по две на человека в месяц. И вот одна такая была сейчас со мной, но и ее вполне хватит. Действуют такие заряды подобно аномалии «Воронки». При взрыве образуется сфера в нутрии, которой находится вакуум. Только если в аномалии действуют какие-то не изведанные законы, образующие вакуум, то здесь вакуум достигается с помощью высокой температуры, огненная буря в радиусе тридцати - сорока метров выжигает все, дерево, метал, земля превращается в стекло, а главное сгорает воздух, образуется вакуум. Поскольку вакуум в земных условиях сам устраняет себя, всасывая окружающие предметы, воронка начинает работать как пылесос, а когда плотность вещества достигает максимума, происходит еще один взрыв, вакуум исчезает. В общем, убойная штучка.
Плотно приклеив скотчем гранату к стволу дерева, я прикрепил к чеке леску, другим краем примотав ее к другому стволу. Мы кинулись в глубь леса, обегая стороной аномалии. И тут позади нас послышался страшный грохот, яркое свечение осветило темный лес. Меня моментально кинуло на землю, и начало тащить назад. Я ухватился руками за ствол старого дуба и всеми силами пытался удержаться. С плеч сорвало ранец с частью оборудования и снаряжения, и казалось, что вот-вот я сам сорвусь. Прапору повезло больше, в момент взрыва он был за огромным валуном, и, распластавшись на нем, был в безопасности. Но эффект всасывания не вечен, и вскоре все кончилось. Только куски разных вещей и предметов, а так же какого-то, а может быть и каких-то бандитов разлетелись в разные стороны. Такой взрыв не заметить было трудно, по этому у меня появилась надежда, что придет помощь, так как мародеров было скорей всего больше, чем мы видели. Я тут же вспомнил о рядом находящейся деревушке, а точнее о высокой часовне, да и было у меня несколько зеленых сигнальных огней, чтобы показать свое месторасположение. По этому наш путь лежал теперь к этой деревни.
Мы шли практически в слепую. Оставшееся оборудование продолжало молчать, сигнал по-прежнему кто-то глушил. Начинало темнеть, а в густом лесу это было особенно заметно. Вскоре мы выбрались к заросшей проселочной дороге, которая вела к хутору. Шли мы не по самой дороге, а по обочине в густом, пожелтевшем бурьяне. Идти приходилось, пригнувшись, аккуратно, не выдавая своего присутствия. Каждый неверный шаг мог обвернуться для нас смертью. До деревни было не боле полу часа ходьбы, но мы добирались до нее целый час. Вскоре показались окраинные строения, высокая часовня и сооруженная сталкерами деревянная, дозорная башня. Деревня эта была не большой, всего шесть дворов, пара двух этажных домов советской постройки, на окраине стояло здание магазина, а по середине была церковь и ее высокая часовня, дававшая отличный обзор.
Я вскарабкался на высокую ель, чтобы осмотреть деревню. Штурм предстоял быть легким, в деревне находилось всего восемь человек охраны, трое из них охраняли подступ с дороги. Как всегда я долго мешкать не стал, опустил, маску с целеуказателем, приник к оптике и в считанные мгновения снял всех троих, они даже с места сдвинуться не сумели. Спустившись с дерева, я рукой дал Прапору сигнал двигаться в деревню.
Хвостенко, приладив к «Грозе» глушитель двинулся вслед за мной, теперь главное было не поднять шуму, и дойти до церкви. Деревню патрулировали еще пятеро. На перекрестке горел костер. Трое из патрульных уселись в кружок вокруг него, еще один трусцой добежал до туалета стоящего на улице. Лишь один продолжа ходить по дороге в зад вперед, посматривая по сторонам, видно он был старший в группе, и я опасался, что эта сволочь выйдет на связь с часовыми у дороги, и, не обнаружив их, поднимет тревогу. Но мои опасения были напрасными, покрутившись еще с минуту, он прилег на старый матрас возле костра. Еще через пару минут к костру подошел мародер бывший в туалете. Все, все в сборе, можно начинать. - Промелькнуло у меня в голове. Движением руки я отдал приказ Семену на атаку. Он начал первым, выпустив пулю, которая попала спящему бандюге в голову, тело его лишь не много дрыгнуло. Рядом сидевший мародер подскочил на ноги, но его метким выстрелом убрал я. Затем Прапор, дав очередь, завалил сразу двоих, а вот последний, успел выстрелить в нашу сторону, но так же распрощался с жизнью.
Быстрыми шагами мы добежали до костра. Первое на что я обратил внимание - все мародеры были вооружены довольно хорошо, у троих из них были «Калашниковы» сотой серии, один был с «Грозой», у еще одного была американская автоматическая винтовка. На них были новенькие полимерные жилеты. У одного из них зашипела рация.
- Эй, там, в деревне, пацаны, вы че палите? Эй, вы че там? Пацаны меня кто слышит!? Трубу возьмет кто!? Пацаны вы че разом посать ушли! Трубу возьмите придурки. Не, Ворон я на патруль высылаю. - Рация замолкла.
Все теперь будет жарко, я подхватил у одного из мародеров «Грозу» и патронов к ней, и мы с Прапором кинулись в церковь. За последние месяцы состояние церкви стало совсем плохим. Раньше за ней ухаживали сталкеры, оставаясь здесь на ночлег. Раньше всегда можно было увидеть новые, свежие доски на стенах и полу, почищенные от паутины углы, наполированные до блеска иконы с ликами святых, здесь сразу могли ночевать сталкеры из враждебных кланов, забывая о войне, это был кусочек мира, среди хаоса и ада. Но теперь этого не чего не было. Крыша церкви совсем прохудила, полы обветшали, иконы почернели. Мы вбежали в церковь, в это время вдали, началась стрельба, до нас донеслись крики, перемешанные с чьим-то ревом. Во всяком случае, у нас было время, чтобы подняться наверх часовни. По пути мы обнаружили пару ящиков с «Мухами», схватив по три гранатомета, кинулись дальше наверх. Взбежав на четвертый этаж часовни, я увидел большой лагерь мародеров за деревушкой. Он представлял собой дюжину палаток беспорядочно расставленных кругом, несколько поржавевших контейнеров, и несколько куч разных ящиков, по-видимому, с патронажем. Но главное, что в средине лагеря стояло устройство глушащие радиосигналы. Эта глушилка была американского производства, и как она попала вообще в руки бандюков, было загадкой, хотя за годы, провиденные в зоне, я перестал удивляться, слишком много непонятного, удивительного и странного было здесь. Долго ждать я не стал, тем более что в нашу сторону двигался отряд человек из десяти. Заодно я определил причину пальбы за деревней - несколько трупов мародеров на окраине лагеря, наверное, часовые, и убитый снорк. Зверюга видно решила пообедать.
Приведя быстро в боевое положение гранатомет, я дал залп в глушилку. Снаряд с «Мухи» попал ровно в локатор, и установка взлетела на воздух. В лагере началась паника, а патруль открыл огонь по нам. Тут сработал и Прапор, словно какая-то автоматическая установка, выпустил подряд три гранаты из подствольника, при этом весь отряд раскидало в разные стороны. Однако. Человек тридцать мародеров, с лагеря кинулись в нашу сторону.
- Ой, сейчас позабавимся! - Усмехнувшись, я хлопнул прапорщика по плечу.
- «А гробы та как сейчас подорожают». - Ответил мне он, и мы открыли шквальный огонь по противнику.
Мародеры сразу разбежались за укрытия, но вскоре начали активно отстреливаться. Деревянные стены часовни от пуль «Калашей» разлетались в щепки. Длинный след от гранатомета протянулся в нашу сторону, и позади раздался взрыв - от келий, где когда-то жили священники ни чего не осталось. Еще один мародер дал по нам из мухи, купол часовни разлетелся в разные стороны, над нами сорвало крышу, нас хорошо приложило ударной волной. Быстро оправившись, мы снова начали методично обстреливать противника. Тут я вспомнил о КПК. Да! Вот оно, есть сигнал! - я быстро отправил «SOS» рано или поздно, на него кто-нибудь должен был прийти.
Бой шел уже с пол часа. Патронов было мало, и они кончались. Прапор успел поймать плечом пулю. Положили мы бандюков много, но к ним подоспела помощь, еще чуть-чуть и они бы взяли бы часовню, или просто расстреляли ее, превратив в груду дерева. Но в последний момент, как в дешевом кино пришла помощь, с неба, в виде двух «Мишек», и двух десантных «Касаток». Обрушив на противника шквальный огонь из пулеметов и ракет, они превратили лагерь в сплошное месиво. Через густой дым вырывались языки пламени, где-то взрывались боеприпасы. Обе «Касатки» плавно приземлились на поле возле деревни, из одной вертушки вывалился десант экзопехоты, а из другой мои спецназовцы. Бойцы в экзоскелетах отправились зачищать лагерь, а спецназовцы отправилось к церкви, попутно добивая оставшихся в живых мародеров. Долго ребят ждать не пришлось, первыми на часовню поднялись капитан Коваль и лейтенант Блохин. Подхватив раненного прапорщика, они начали спускаться вниз, а наверх поднялся майор Потапов.
- Все Балосс, уходим, нас на базе ждут, срочно.
- Что там? - Оперившись на «Грозу» я поднялся, и мы быстро начали спускаться в низ. - Так что случилось? - Мы быстро спускались по лестнице.
- Не знаю, на связь вышел генерал Чернигов, сказал, что вертолеты прейдут раньше намеченной точки, и что мы срочно ему нужны.
Вскоре все оказались в вертолетах, и машины быстро поднявшись в воздух, направились к нашему форту, «Первого миротворческого батальона России». Внизу мелькали полуразрушенные постройки, не большие стаи слепых собак и кабанов, кое-где попадались сталкеры, трусцой перебегавшие с укрытия в укрытие. А солнце почти полностью скрылось за сопками.

 Глава 3.  

Вася ни когда не был спокойным и послушным ребенком. Когда его сверстники играли солдатиками в песочнице, он со старшеклассниками делал самопалы, а потом ходил стрелять голубей. Любитель подраться, и не любитель учебы, самый известный хулиган в школе. К четырнадцати годам он уже пару раз обчистил хаты, и втянулся в это дело. Когда одноклассники, стеснительно посматривали на девочек, он уже попробовал вкус женской любви. Но однажды двое знакомых старшеклассников с соседнего района решили взять квартиру, и Вася с другом пошли с ними на это дело. Квартира была какого-то бизнесмена, и поднять в этот раз удалось много. Но вот у бизнесмена оказались хорошие связи. И через неделю Вася сидел, в месте со всей компанией, на скамейке ожидая приговора. Прокурор постарался, пять лет теперь Вася должен был провести за решеткой.
Когда Вася вышел на свободу, ему было уже девятнадцать. Отец умер, мать сильно болела, пришлось опять промышлять криминалом. То обворовать кого-нибудь в темном переулке, то квартирку вынести. Потом встретился со старым знакомым, тот предложил заняться бизнесом. Бизнес оказался тяжелым, в руку обрез, а обрез к голове водителя. Так с десяток машин удалось угнать. Но от судьбы не уйдешь. Как-то в родной Ростов приехал мужичек, и каким-то образом вышел на Ваську. Заказ был сложный, надо было угнать «Мерседес». Сначала все шло как по маслу. Приоделись по солидней, в сумку из под ноутбука запихали обрез, на дороге подсели к какому-то мажору. Через десять мнут катанья по городу, приставили к голове ствол, на окраине города высадили мажора, жахнули картечью, а тот как оказалось позже, не помер, машину к клиенту. Но хозяин «Мерседеса» оказался все тем же бизнесменом, на квартире которого, Косой первый раз погорел, вот такая вот судьба. И в тот же день все менты в городе разыскивали угонщиков. В результате Вася уехал в Брянск, спасаясь от «длинных» рук мажора.
Был солнечный, теплый, летний день. В небе кружили ласточки, где-то во дворе веселилась ребятня, тяжелый молоток бился о железо, разнося по улице звонкий стук. Делать ни чего не хотелось. Вася, лежа на диване, ленивым движением подносил бутылку пива к губам. Сделал глоток, вновь и вновь, и ставил ее на пол. По телевизору шла какая - то галиматья, но он не обращал внимания на нее, всматриваясь в «пейзаж» за окном. Сделав еще пару глотков, Востриков обнаружил, что бутылка абсолютно пуста. Приподнявшись и опершись на подлокотник дивана, Вася устремил свой взор в коридор.
- Анька, принеси пива.
- Сам встань, и возьми. - Раздался тонкий женский голос из соседней комнаты.
- Слышь коза, не выпендривайся, принеси бутылку. - Лицо Васи наполнилось злостью.
- Сам ты козел. - Вновь прозвучал в ответ женский голос.
- Я сказал, принесла мне пиво. - Вася подскочил на ноги и швырнул бутылку в коридор. Она с треском разбилась, стекло разлетелось в стороны. Из соседней комнаты донесся испуганный крик. Через мгновения в комнате уже стояла девушка с бутылкой пива. Косой, взяв пиво, снова лег на диван. Раздался звонок в дверь. В коридоре послышались быстрые женские шаги, щелчок повернувшегося дверного затвора. Тут Аня вскрикнула, и в коридоре началась непонятная возня. Вася настороженно встал с дивана, тихо подошел к стенному гарнитуру, открыл дверцу, за которой лежал пистолет. Схватив его, Вася быстрым движением заскочил за дверь.
В зал, не видя Косого за дверью, вошел Федя Ломоносов, здоровенная детина, амбал, работающей на местного авторитета Семена Саблезуба. Саблезубый держал в страхе пол города, а, приехав в город, Востриков прибился к нему. Имея опыт в угонах, Вася заинтересовал своей персоной Семена. Поработав некоторый срок на Саблю, Косой взял довольно большую сумму денег в долг, на какое-то прибыльное по его словам дело, но что-то у Васи долго не срасталось. Семен ждать долго не стал, начал трясти с Косого деньги, а теперь его люди пришли и в его дом. Федя, окинув зал взглядом, почесал лысый затылок. Ломоносов был под два метра ростом, и метра полтора в плечах, размахивая огромными кулачищами, он методично ломал носы, за это и получил прозвище Ломоносов. Вася был как минимум на голову ниже, поэтому, подскочив к Ломоносову, в прыжке саданул его рукоятью пистолета по голове. Федя своей громоздкой тушей рухнул на землю, попутно разбив, себе, нос. Косой с дрожью в теле, смотрел на поверженного противника, но тут он почувствовал в затылке сильную боль. В глазах потемнело, и парень упал на пол.
Очнулся Косой через полчаса. Он седел на стуле, руки были заломлены за спину, и закованы в наручники. Голова трещала по швам, в глазах было мутно. Вася окинул взглядом комнату, на диване лежала Аня, на полу держа на голове бутылку холодного пива, сидел Ломоносов, с боку облокотившись на шкаф, стоял Саблезубый, а напротив Косого стоял Сашка Длинный, правая рука Сабли. Длинный присел на корточки, внимательно смотря на Васю. - Где деньги? - Сашка, скрестив пальцы, хрустнув ими.- Будешь отдавать или нам разобрать тебя, и продать запчасти нуждающимся? - Нет сейчас у меня денег. - Вася посмотрел на Семена. - Но скоро будут, я отдам, обещаю. - Конечно, отдашь! Только Вася, деньги мне сейчас нужны. - Саблезубый махнул головой на Васю. Длинный подняв с пола «Винчестер» со всей силой ударил Вострикову в живот.
- Нет денег говоришь, сейчас значит, разбирать будем тебя! - Заорал Длинный, вновь сев на корточки перед Косым. Тут не выдержал Вася, махнув перед собой ногой, он угодил Сашке в нос, тот с воем рухнул на землю, затем подскочил на ноги и заметался по комнате.
- Он нос мне сломал! Он нос мне сломал! - Визжал Саша.
- Успокойся дятел! - Крикнул на него Семен. - Возьми пива холодного и приложи!
Тут из- за спины показался еще один громила Сабли, Туз Пиковый. Это был Васин старый знакомый, он его с Семеном и познакомил. Не имени, не фамилии его ни кто не знал. С Васей он был в хороших отношениях, часто вместе работали, а после пили.
- Вась, - давай по-хорошему, отдашь деньги, и мы с миром разойдемся. - Туз был спокоен и безмятежен, радушно улыбаясь.
- У меня есть оборудование и снаряга, она кусков на пятьдесят потянет, в натуре. Еще пять кусков наличкой отдам, а пятерик висеть буду? - Косой спокойно, рассудительно обратился к Сабле.
- Так, вот и диалог пошел. - Саблезубый, подошел к окну. - И где все это?
- У меня в гараже. - Сквозь зубы проговорил Вася.
- Так, Туз, берешь этого. - Семен ткнул в Васю дулом винчестера. - И идете в гараж, посмотришь, что там за снаряга, если что-то ценное, то повезло тебе Вася.
Туз снял наручники с Косого, тот поднялся на ноги, потирая затекшие руки.
- Бери ключи, и пошли. - Кратко бросил Туз.
Они спустились на улицу, там было пусто, люди как будто специально испарились. Быстро дошли до гаражей. Вася нервно пытался открыть замок, но у него ни чего не получалось, но вскоре замок все-таки поддался. Они оба вошли внутрь просторного гаража, где стояла новая «Волга», Вася открыл не большой люк, который вел в подвал. Оба товарища спустились вниз, Вася подошел к двум металлическим ящикам, стоявшим на полу, и открыл их. В одном из них лежал комбинезон английского спецназа, коричного оттенка, какие носили бандиты на просторах «Зоны отчуждения», пара противогазов, то же западных, а так же бронежилет. Во втором ящике лежала пара немецких пистолетов-пулеметов, укороченный «Калашников», и американский карабин, а так же пара каких - то детекторов.
- В сталкера поиграть решил!? - с усмешкой сказал Туз.
- Да, почти. У меня знакомый в «Зоне», он с дружками молодняк сталкерский там гопает, дело прибыльное, да и не очень опасное. - Несколько смущенно ответил Вася.
- Да, интересно. А меня возьмешь с собой. - Туз потормошил вещи лежавшие в ящиках, внимательно оглядев их. - Ну, ты даешь.
Тут на Васю нашло какое-то не понятное чувство, вот-вот оборвется его мечта. Злость подступила к горлу. Вася схватил пистолет с глушителем, лежавший в ящике, и направил на Туза.
- Ты че делаешь? - Испуганно вскрикнул Туз.
- Вася выпустил две пули, которые разорвали Тузу голову, его грузная туша рухнула на землю. Востриков не растерялся, сунул пистолет за спину, прикрыв рубахой, и побежал домой.
- А Туз где? - Удивленно спросил Семен.
- Сейчас прейдет! - ответил Вася, вытаскивая пистолет.
Семен и его люди растерялись, поэтому Вася без проблем расстрелял их. Подскочив к лежащей на диване Ане, он пощупал ее пульс. Убедившись, что она жива, Вася с облегчением вздохнул. С минуту, посидев на полу, он поднялся, спрятав за рубахой пистолет, и отправился в гараж. Собрав все снаряжение, Косой завел «Волгу» и подогнал к дому, закрыв гараж. В квартире Вася долго оставаться не стал, собрав вещей, и оружие он все отнес в машину, уже начинало темнеть. Двор был пуст, Востриков отнес в машину Анну, та была одета в спортивный костюм, и тапочки, поэтому он еще раз поднялся в квартиру, прихватил ей обуви, да шмоток. Закрыв дверь Косой, быстро выбежал на улицу, сел в автомобиль, и понесся прочь из города.
Утром Вася был уже в Клинцах, где жил его дядя. Выгодно продав снаряжение, Востриков отдал на попечение Анну, оставив денег, а сам через Белоруссию рванул на Украину. Добравшись до городка Малин, Вася нашел своего старого знакомого, часто ходившего в зону. Вот его мечта и сбывается. Потянулись месяца, успешные и не успешные дела, потихоньку Вася встал во главе одной из банд мародеров зоны. Доставляя неприятности сталкерам, Косой разживался деньгами, группировка его росла. Промышляя сначала на границе «Свалки» и «Темной долины», он постепенно перебрался на «Дикую Территорию». Там и добыча по жирнее, да и если не лень, можно самому артефактом ценным разжиться. В общем, дела шли удачно.
Но однажды наступила черная полоса в жизни Косого, с начала Анна выскочила замуж за какого-то профессора, затем «долговцы» накрыли отряд Юрки Мака, который был его правой рукой, авторитет его начал падать, люди уходили к Борову в темную долину. Затем Вася, взяв в долг большую сумму, решил устроить ловушку, для сталкеров на безымянной территории. Пару месяцев все шло нормально, а тут какой-то отряд военных разнес все дорогое оборудование, радиоглушилку, огромное количество боезапасов, полностью уничтожил лучшую из его бригад. Вот вновь вроде дела потекли спокойно. Но тут один из его бывших людей принес весточку от Борова, в которой тот не двузначно дал понять, что не против присоединить к себе группировку Косого, и скоро появится на Дикой Территории.
Пронесшись через половину зоны, вертолеты подлетали к НИИ «Агропром». В низу, на земле, мелькала холмистая земля «Зоны», усеянная постройками, ранее принадлежавшими НИИ. Вертолеты пронеслись мимо самого корпуса «Агропрома», где теперь была одна из баз «Долга», и где часто останавливались сталкеры, чтобы подлизать раны, и накопить сил для следующего похода в зону. Не далеко от «долговской» базы находился перевалочный лагерь военных сталкеров, где можно было переночевать, или укрыться от выброса. Не редко туда заглядывали обычные сталкеры, особенно те, кто не имел проблем с миротворцами, или военными сталкерами. Одиночки могли спокойно продать военным, артефакты по выгодной цене, или разжиться редким оборудованием. Правда, таких сталкеров были единицы, в основном, одиночки обходили стороной подобные места, лишь опытные мастера работали с военными. Вскоре вертолет наш подлетел к форту.
На протяжении всего юга и запада периметра зоны было построено двенадцать таких фортов. Шесть из них прикрывали южное, Киевское направление, два прикрывали не проходимые болота. Последние четыре закрывали выходы со стороны Агропрома и Янтаря. На озере Янтарь был один из самых не преступных фортов, расположенный на высоте, он простреливал всю долину, а если и надо то и озеро. Второй «Агропромовский» форт, представлял собой, сеть железобетонных ДОТов и мощного заграждения из колючий проволоки. Однако мой форт был настоящим гигантом. Представлял он из себя шестиугольник, в нутрии которого располагались служебные помещения, казармы военных сталкеров, спецназа, медсанчасть и офицерская столовая. Эти помещения были отгорожены железобетонными стенами метровой толщины, дальше располагались различные артиллерийские и пулеметные казематы, являвшиеся основной силой форта. За фортом, огороженные бетонной стеной, находились казармы миротворческого батальона, столовая, плац и боксы с техникой. С флангов форт прикрывали Доты, а пространство до них, было перегорожено тремя рядами колючей проволоки. Тот, кто хотел бы пробраться в зону, или из нее, на этом участке, по пал бы в настоящий ад. Чтобы миновать огромные мотки проволоки надо, не меньше получаса, а в это время вас с двух сторон держат на мушке снайперы и пулеметчики, и выжить, шансов почти нет. Вот не давно, налетела на форт группа сталкеров новичков, так дежурный париться не стал, дал приказ батареи ста миллиметровых, сталкеры еле ноги унесли. А на следующий день банда мародеров наткнулась на южный ДОТ, пулеметы минут десять свинцом поливали, так никто из них и не выжил.
Крыша форта представляла собой вертолетную площадку, на две машины. Огорожена она была в человеческий рост стеной, со стрелковыми портами, откуда постоянно работали снайперы, несколько тяжелых пулеметов и батарея ста миллиметровых орудий. Вертолеты плавно приземлились. Я первым выскочил из машины, но тут же мой взгляд упал на трех офицеров, двое из них были одеты в черные облегающие футболки, с грозными буквами ФСБ, в черные наглаженные брюки, и черные кепи, на рукавах красовались две лычки, знак младшего офицерского состава. Третий был одет так же, но еще и в черную куртку, на которой красовались полковничьи погоны.
- Полковник Розенберг, «ФСБ» России. - Подойдя ко мне, представился офицер.
- Не надо этой офицеальщины, Федр Васильевич. - Я снял с головы фуражку.
- Владислав Сергеевич, по-моему, официальщина как раз сейчас и нужна. - Выражение лица у полковника было злое, и по-армейски строгое. - Попрошу пройти со мной, товарищ подполковник. Розенберг быстрым шагом отправился к лестнице, ведущей вниз, в служебные помещения. Я, еле поспевая, спустился за ним, а за нами и два вторых офицера. Тут они перегнали нас, и встали по обе стороны двери, на которой гордо красовалась табличка - Командующий «первым миротворческим батальоном А. В. Чернигов».
Розенберг просто влетел в кабинет. - Еще раз здравствуйте, Александр Владимирович, но оставьте нас один на один. - Розенберг, кивком головы указал генералу на дверь. Чернигов послушался чекиста и, выходя из кабинета, с некоторым сочувствием похлопал меня по плечу. Розенберг сел в генеральское кресло, достав сигару, закурил, медленно наслаждаясь кубинским табаком. - Ты садись, давай, присаживайся. - Розенберг указал мне на стул.
- Спасибо господин полковник, я постою. - Я задвинул стул под стол, а сам облокотился на стену.
- Да нет, ты все же садись, разговор будет не короткий. - Полковник положил в пепельницу сигару, и скрестил руки на столе. - А возможно и неприятный. - Добавил он в полголоса.
Мне пришлось подчиниться властному собеседнику. Расстегнув разгрузочный жилет, я положил его на старый ржавый сейф, стоявший в углу кабинета, и наконец-то снял каску, от которой затекла голова. Я уселся напротив чекиста, взял лежащую в пепельнице сигару, поднеся ее к носу, и глубоко вдохнул в себя аромат. - В общем, слушай меня внимательно, спецназовец. - С каким-то призрением сказал Розенберг. - Завтра, рано утром, ты со сваей группой отправишься на «Дикую территорию». Там будет проходить стрелка, Боров с темной долины, крупно поссорился с Васькой Косым, кстати, вы именно его банду сегодня разнесли. У командования миротворческих сил, давно имеется зуб на них обоих. Так вот, генерал Чернигов, отдаст вам, позже, приказ, уничтожить, или взять их обоих. И вот, этот самый приказ выполнять не стоит, точней частично не стоит. Боров должен уйти от вас, а ты этому поможешь. Ты меня понимаешь. - Полковник прервал свою речь, словно давая возможность высказаться мне, а сам налив в стакан воды из графина, жадно его выпил.
- Сука, ты продажная, Розенберг, и за сколько, он тебя купил? - От этих слов Федр Васильевич чуть было не подавился водой.
- Ты думаешь, что ты говоришь!? - Розенберг набросился со злостью на меня. - Да ты сопляк и не представляешь, что говоришь. А чтобы охладить твой пыл, у меня есть хорошее средство. - Полковник достал из портфеля, толстую папку, на которой красовалась надпись, Дело «№n». - Знаешь, что это?
- Догадываюсь.
- А давай-ка, я тебе память освежу. Например. Вот. Двадцатого февраля, две тысячи пятого года, старший лейтенант Владислав Сергеевич Ростов, при задержании подпольной банды боевиков, застрелил безоружного главаря Халифа Басаева. помнится, тебя тогда подозревали в умышленном уничтожении подозреваемого, и свидетеля по многим громким делам? Было такое? Было! Или вот, например. Старший лейтенант пограничных войск ФСБ России, Владислав Ростов, выбросил трех рядовых, старослужащих, дедов, примечание следователя, из окна третьего этажа, казарменного помещения. Помнится мне, все они тогда и померли. Что тогда тебе сделали? Правильно сослали сюда. А вот это вообще интересно. Заставил бежать двух старослужащих по аномальному полю, подгоняя их стрельбой из пулемета, в результате чего, рядовой Денисов попал в аномалию «карусель», а рядовой Шац угодил в «гравитационную плешь». Его тогда еще стая слепых псов доела, да!? А вот это! - Полковник достал из портфеля два листа с печатным текстом. - Вот это, о твоих сталкерский похождениях, о том, как ты, находясь под следствием, дезертировал с оружием, как два с половиной года занимался сталкерством. В общем, лет на тридцать строгача, я тебя засажу. По этому, если Боров выживет, я все спрячу надежно.
- Ну и сука ты Розенберг. - Я вскочил со стула, со злостью ударив о ножку стола.
- Подполковник, ты сам творишь свою судьбу, только завтра, а пока подумай. Хорошо подумай! - Розенберг убрал документы в портфель, встал и отправился к выходу. Остановившись у двери, он добавил. - Ты Влад еще не знаешь, какую судьбу тебе уготовил завтрашний день. - Полковник вышел из кабинета.
Я сел на стул, голова болела, в сознании не укладывалось все происшедшее здесь. Вскоре в кабинет вошли генерал Чернигов и его зам, полковник Тормасов.
- Что было? - Генерал, растерянно смотрел на меня.
- Ни чего. Он просто интересовался деталями, одной операции, которою я как-то проводил. - Я налил стакан воды, и осушил его до дна, а после вновь поднес к носу сигару, оставшуюся в пепельнице.
- А, что такое состояние как будто расстрелять тебя хотели? - Полковник Тормасов достал из внутреннего кармана фляжку, и налил из нее коньяку в стакан.
- Да нет, просто устал, день блин тяжелый выдался! - Я залпом выпел коньяк.
- Э-э-э, нет братец, так коньяк не пьют, его по глоточку надо, держа двумя руками, чтобы нагревался, нагретый коньяк по-настоящему передает аромат и вкус напитка. - Полковник снова налил мне спиртного. - Пей, как учат.
- Тормасов, ты его не спаивай, мне он трезвым нужен. -Чернигов выхватил стакан у меня из рук. - В общем, Ростов, тут дело такое. Завтра на «дикой территории» пройдет стрелка, между Боровым, с темной долины, и Косым.
- Да! А что это они?
- Я точно не знаю, но говорят, что Боров наехал на Косого, мол, или ты вливаешься в мою группировку, или я «дикую территорию» силой возьму, а Вострикову не то, не другое не понравилось, в общем, разведка лучше знает, если честно. Завтра вас высадят возле, Долговской базы, операция будет совместной, с вами будут работать два отделения спецназа СБУ, и два спецотряда «Долга», ребята проверенные, не раз в деле были. Операцией руководить будешь ты. Нам главное любым способом устранить обоих. Уничтожите, так уничтожите, повяжите, придадим суду, справедливому, и «мягкому».
Сейчас отдыхаете до семи ноль - ноль, а затем быстро выступаете к заводу «Росток».
Я сразу же позабочусь о снаряжении, чтоб патронов по больше выдали, снаряжение нужное. А теперь шагом марш отдыхать.
- Есть шагом марш отдыхать! - Я схватил каску и разгрузочный жилет, и пулей вылетел из кабинета. У меня было не понятное состояние, какое-то волнение и злость от встречи с Розенбергом и не определенность в завтрашнем дне, мне придется подставить человека, который на меня рассчитывает. Но садиться в тюрьму то-же не вариант. Ладно, пусть будет, как будет.
Ночь была сегодня светлая, огромная луна и многочисленные звезды хорошо освещали землю. Спать абсолютно не хотелось, меня мучила встреча с полковником. Будь то бы кто-нибудь другой на его месте, может, я бы так не мучился, но давняя не приязнь к Розенбергу ярко сказывалась. Да и эта фраза - «Ты Влад еще не знаешь, какую судьбу тебе уготовил завтрашний день». - Постоянно крутилась в голове. Я облокотился на высокий бруствер, в голову лезли разные мысли, которые я пытался обдумать и переварить. На крыше форта была абсолютная тишина, даже собака не завоет, или кабан не похрюкает около трупов убитых мутантов у стен форта. Постепенно мозг начал отключаться, веки накатывались на глаза, а в мыслях промелькнуло. - Сейчас усну, и рухну на пол, ну и пусть, наплевать, на все и на всех. - Я потихоньку начал сползать по стене. Меня разбудил, прервав тишину, кашель часового, стоявшего возле ста двадцати миллиметрового орудия, неподалеку от меня. Я поднялся, вновь попытавшись опереться о холодную, бетонную стену. Постепенно ноги вновь перестали держать меня, и я начал сползать вниз, окончательно заснув. Сколько я так проспал, не знаю, но разбудил меня крик часового. Сначала я ни чего не понял, толи на него кто-то напал, толи он заснул, и ему приснился ужас. Но когда я окончательно очнулся, оказалось, что это мне с просони показалось что-то ужасное, а часовой всего лишь по телефону передавал о большой стае кабанов несшихся в нашу сторону. Я подошел к орудию, оттолкнув часового, и выглянул в орудийный порт. Стая кабанов быстро приближалась к нам со стороны «Агропрома». Все звери были матерые, по полтора и больше метра в холке, красные глаза ярко выражались в ночи. К орудию быстро подоспел артиллерийский расчет. Я поднялся на смотровую площадку, где уже копался наводчик. Он передал координаты наводки, и в миг местность осветила вспышка выстрела, еще миг и грохот разнесся по долине. Снаряд попал в траекторию движения стаи, множество осколков, оставляя трасы, устремились в разные стороны, подгоняемые взрывной волной.
Стая сразу же рассыпалась, часть зверей осталась лежать на земле, а оставшееся сначала кинулись в разные стороны, но за тем вновь устремились все вместе в нашу сторону. Командир расчета быстро подхватил заряд шрапнели, и зарядил орудие. Через мгновение над стаей показался сноп огня. Разлетаясь от него шрапнель, оставляла огненные трасы в воздухе. Кабаны, опять начали разбегаться, но орудийный огонь поддержали два тяжелых пулемета, звери один за другим падали скошенные пулями, и вскоре осталась всего пара хромых вепрей, которые заковыляли назад к «Агропрому».
- Жуть, что это с ними, вроде матерые зверюги были, а ломились как от кровососа. - Ко мне поднялся прапорщик Евстигнеев, командир расчета.
- Да, кабанчики еще те, собакам еды, на пару месяцев хватит. - Ответил я прапорщику, но сам вглядывался в долину, словно пытаясь обнаружить причину такого бегства кабанов.
Долина была спокойна, очень спокойна. Тут я заметил двух спавшихся кабанов, они лежали друг возле друга, уперев головы в землю. - Что-то тут не то. - Промелькнуло у меня в мыслях. - Дежурный оптику, быстро! - Старлей дежуривший сегодня, быстро шмыгнул внутрь форта. А я по-прежнему вглядывался в ночную даль. Кабаны так и лежали на том же месте. Ну не уснули же они! Пока старлей бегал за снайперкой, я заметил какое-то движение, что-то не маленькое, очень черное, быстрыми движениями, прячась за деревьями, приближалось к кабанам. Я подозревал, что это могло быть, но в тоже время очень сомневался в своих догадках. Вот и дежурный подоспел с «СВД». Вскинув винтовку к плечу, я быстро примкнул к оптики. Прицел был обычный, не навороченный как на моем «Винторезе», и не показывал целей. Однако мой глаз еще не успел забыть старую добрую оптику. Вот снова что-то порхнуло, в близи кабанов. Тут я и разглядел, что так напугало вепрей. Матерая химера, быстро приближалась к ним. Я приготовился к выстрелу, луна хорошо освещала местность, однако монстра все равно было плохо видно. Пулю я выпустил почти наугад, но как у меня запело сердце, когда зверь подпрыгнул вверх, и по долине разнесся его вой. Я выпустил еще одну пулю, но химера лишь отозвалась злым рычанием, и кинулась прочь. Собственно говоря, отпускать зверя я не стал, сделав третий выстрел. Вдали вновь послышалось рычание, зверь проковылял еще пару метров и рухнул на землю.
- Держи солдат. - Я отдал винтовку старлею.
- Странно, откуда здесь взялась химера? - Дежурный смотрел в сторону «Агропрома»
- Не знаю, наверное, в поисках лучшей жизни сюда забрела! - Я похлопал офицера по плечу, и спустился с наблюдательного пункта.
После такого зрелища, и выброса энергии я замертво рухнул на кровать, еле стащил с себя ботинки, заснув в одежде.
Проснулся от грохота в коридоре, кто-то, что-то уронил, и, по-видимому, тяжелое. Я приподнялся и сел на кровати, капитан Коваль, сожительствующий со мной, уже проснулся, и шумел в ванной. Тут зазвенел будильник, окончательно разбудив меня.
Я быстро умылся, и мы с Ковалем отправились в столовую. Сегодня там было многолюдно, третье и четвертое отделение военных сталкеров отправлялись к «Янтарю», да еще и наше отделение к «Ростку». Попутно поздоровавшись со всеми, я сел за стол нашего отделения, все мои ребята уже завтракали. На завтрак была, как всегда каша, чай и бутерброд с колбасой и котлета. У нас всегда работал буфет, с довольно большим выбором всякого разного. Быстро перекусив, мы все шестеро двинулись на сбор. Первым делом зашли в чистку. Основной защитой от радиации и химии был специальный комбинезон, состоял он из ткани, пропитанной нано раствором, который не пропускал всякую гадость, при этом комбез был легок и удобен. Подобным раствором пропитывались чехлы для касок, разгрузочные жилеты. Комбинезон так же имел встроенную «компенсационную систему подавления аномальных полей». В ткань вшивалась мелкая металлическая проволока, которая соединялась с металлическими пластинами, нашитыми на комбинезон, они как громоотводы, поглощали часть энергии аномалии, а по проводкам она попадала в специальный накопитель, который в шутку назывался «обжора». Таким образом, человек, попав в аномалию, поглощал часть ее энергии. Конечно, свежая аномалия все равно могла покалечить, но шанс выжить был. Помнится мне, с этой системой был скандал, точней с защитным комбинезоном «Сева». Киевское НИИ «Обороны и Высоких Технологий» создало в две тысячи десятом году «Севу», костюм получился достаточно надежным и универсальным. Но дорогим. Изначально его хотели поставить на вооружение военным сталкерам Украины, но более простой и надежный защитный костюм «ПЗК-4м» российско-германского производства оказался более лучшим вариантом. В результате, «Севу» начали выпускать не большими партиями и продавать частным лицам, то есть сталкерам. По этому «Сева» достаточно массово попала в «Зону отчуждения», а с ней и система подавления аномалий. Теперь каждый серьезный сталкер имеет подобную, самодельную систему. Одев очищенные от радиации, эта процедура была обязательной после возвращения из «Зоны», комбинезоны и ботинки мы двинулись в оружейную комнату. Защита от огнестрельного оружия, для всех спецотрядов российских миротворцев была стандартной. Кевларовые бронежилеты, полимерную кирасу, бронешлем типов «Сфера» или «Скат», целеуказательная маска и кислородный фильтр, поножи, наколенники и налокотники, а так же полимерная кираса, защищающая грудную клетку бойца, это было стандартное защитное снаряжение спецназа. Они хорошо защищали солдата, при этом были легкими и надежными. При сильной радиации кислородный фильтр заменялся противогазом восьмой серии, он хоть был менее удобен, но лучше защищал бойца. Вооружение спецназа было самым разным, от самых обычных «Калашей» до АС «ВАЛ» и «Калашников» сотой и двухсотой серии. Но самым популярным оружием были «Абакан» и «Гроза». На моей полке лежал, почищенный еще с вечера, «Винторез». Я зачехлил его маскировочной лентой, и забил разгрузочный жилет патронами и обоймами, гранатами и прихватил пару «мин Клеймора». Малый армейский рюкзак, я загрузил различными маячками, детекторами и пачкой сухого пайка и патронами. В отличие от военных сталкеров, которым приходилось работать в зоне несколько дней, а то и недель, военный спецназ отправлялся в зону на один - два дня, по этому дополнительного оборудования и снаряжения много не требовалось, и большие армейские ранцы военных сталкеров заменялись не большими компактными рюкзаками.
- Все готовы? - Обратился я к своим бойцам, одевая каску.
- Так точно! - Хором ответили солдаты.
- Выходим, вертолеты уже ждут. - Мы все двинулись на крышу форта, где нас уже ждали десантный вертолет «Касатка» и ударный вертолет для прикрытия. Я уселся на днище вертолета, свесив ноги, и придерживаясь одной рукой за борт. Машины быстро поднялись в небо, и вот снова начали показываться знакомые пейзажи «Агропрома». Полет был нормальным, но на подходе к «Свалке», под нами началась пальба. Я, было, подумал, что это по нам палят, но когда вертолет повернул в бок, стало видно две группы бродяг ведущих бой возле железо-дорожного туннеля, наверное, бандиты подловили сталкеров, с хабаром, а те делиться не стали. Наша «Касатка» двинулась дальше, а «Мишка» задержался на пять минут, выпустив несколько ракет в обе группы, попали ли они, я уже не видел, но стрельба сразу, же смолкла. «Свалку» мы довольно быстро миновали, и вскоре оказались у завода «Росток». Высадили нас на востоке комплекса, там всегда было пусто, сталкеры сюда практически не совались. Лишь иногда могла забрести группа «долговцев», но это было редко. На земле нас уже ждали украинские спецназовцы, и несколько сталкеров из «Долга». Оба сталкера были одеты в камуфляжные защитные костюмы, камуфляж был российский, на рукавах были черные отвороты, один из них имел на рукаве черно-красную повязку, а у второго на каске был красный щит - эмблема «Долга». Долговец в каске, это капитан Трухинин, а второй прапорщик Жданов. Знал я их обоих, еще с тех пор как вольным сталкером ходил в «Зону». Мне пришлось пару раз с ними работать. Они были хорошими сталкерами. В отличие от остальных «долговцев» в них не было, какой-то присущей «Долгу» серьезности и высокомерия. Они не смотрели на обычных сталкеров с высока и с презреньем, как гренадер на «пехотного», как говорится, готовы были дать последний бинт.
- Давно не виделись, сталкер! - Я поздоровался с капитаном.
- Очень, давно! - Протянул руку мне прапорщик.
- Ну, что готов подполковник? Мои бойцы уже на позициях. - Поправляя на себе амуницию, доложил капитан.
- Мои солдаты то же готовы к делу. - Ко мне подошел капитан Игнатьев, руководивший украинскими спецназовцами, протянув руку.
- Ну, тогда выдвигаемся. - В это время наш вертолет поднялся в воздух и двинулся обратно.
- Местность уже осмотрели?
- Так точно, товарищ подполковник. - Ответил мне Игнатьев. - Местность хорошая, в центре завода есть большая открытая площадь, где будет стрелка бандюков, а она окружена многочисленными постройками, в которых можно посадить солдат, кроме того, есть несколько вышек, с которых простреливается местность, а еще стройка, перекрывающая подходы на «Янтарь» и «Рыжий лес».
- Со стороны «Бара» и «Безымянной территории» прикрывают подходы мои бойцы. - Добавил капитан Трухин. - На «Янтарь» я думаю, они не полезут, если бежать начнут, там сейчас много военных сталкеров, да и опытных одиночек не мало.
- Ну, я думаю, мы им и с завода уйти не дадим. - Перебил, я речь «долговца».
Отряд продолжал идти к назначенному месту. Нас окружали обветшавшие постройки, мертвые деревья, дорога под ногами была полностью разбита. В наполовину разрушенном фабричном корпусе, на окне лежал старый, усохший труп. Кое-где сновали одинокие слепые псы. Тут и невольно начинаешь задумываться, а не конец ли это рода человеческого. Наше движение прервал, доносившийся откуда-то из глубины комплекса, рев снорка, но этот рев вскоре отдалился, и мы продолжили свой путь. Прошли мы немного. Посреди дороги, словно китайский болванчик стоял зомби. Это был не сталкер, на нем были остатки обычной одежды, рубашка настолько истрепалась, что стала похожа на моток паутины, сини джинсы были ободраны и истерты, на всем теле и одежде виднелись кровавые пятна, половина головы представляла сплошное месиво, из мозгов и запекшийся крови. Весь наш отряд остановился. Мы могли его одним залпом отправить на тот свет, но это когда-то был человек, и не столь приятно на самом деле убивать зомби. Серое грозовое небо давило на сознание, стальные тучи низко висели над головой. Впереди меня стоял Прапор. Я оглядел местность, и сразу заметил колодец около зомби. Тот не обратил особого внимания на нас, и продолжал стоять, выдавливая из себя стоны, и не понятные звуки, иногда среди них четко вырывались буквы, и даже слова. Я поднял с земли кусок асфальта, затем громко топнул, несколько раз ногой. Зомби обратил на это внимание и медленно заковылял к нам. Окружающие, удивленно и растеряно смотрели на меня. С силой, замахнувшись куском асфальта, я бросил его в колодец. Каково было мое удивление, но это сработало, зомби кинулся за летящей массой и угодил в глубокую яму. Мы все с облегчением вздохнули. Я подошел к колодцу, зомби все еще был жив, но он явно переломал все кости. Лежа на дне, он говорил одно словно. - Боль, боль, боль. - Сняв «Винторез» с предохранителя, я выпустил пулю, и звук, доносившийся с глубины, утих.
Вскоре мы добрались до места назначения. Местность была хорошей, засаду можно было устроить великолепную. Я присмотрел высокую вышку стоявшую с края площади, на ней было два уровня, на второй лестницы давно уже не было, она валялась у подножья сооружения. Перекинув через перила веревку, и закрепив на первом уровне, мы с Хвостенко и капитаном Ковалем залезли наверх. Отсюда был прекрасный вид. Простреливалась большая часть завода, да и руководить действиями отрядов отсюда было удобно. Вскоре все группы расположились по периметру. Кто-то укрылся в заводских постройках, кто-то на крышах зданий. Лейтенантов Блохина и Габулова, я отправил прикрывать тыл, они засели в густом бурьяне, за заводским автопарком.
Вот уже прошло несколько часов, а не одна из бригад так и не появилась. «Долговцы» прикрывающие подходы, так же не наблюдали их. Ко мне уже начало подкрадываться сомнение, придут ли они вообще? Тут еще и дождик накрапывать стал. Потрескавшийся серый асфальт в момент потемнел, капли нервно били по металлу. Накинул капюшон, а затем сунул в карман КПК. Дождь сильно не разыгрался, не большая морось наполнила воздух. В низу по площадке пробежала псевдособака, скалясь по сторонам, зная, что она тут не одна. Вдали зазвучал жуткий рев, от которого невольно голову вжимаешь в плечи, и сжимаешь в руке винтовку.
От бездействия, да и от усталости я, было, начал засыпать, как в рукаве завибрировал КПК. Я быстро достал его, на экране светилось новое сообщение, Трухинин сообщил, что его ребята заметили группу Борова. Не прошло и пяти минут, как сообщение пришло о Косом, тот направлялся с «Безымянной территории». Я по КПК быстро отправил сообщение всем командирам групп о «готовности в пять минут». Натянув по глубже каску, я надвинул на лицо целеуказатель, и включил электронику «Винтореза», рядом копошились Прапор и Коваль.
Первыми к месту дошли пацаны Васьки Косого. Он быстро распределил всех по местам. Двое мародеров с «Калашами» и оптикой залезли на нижний уровень вышки, и, слава богу, что они не заметили солдат располагавшихся на крыше автопарка. Вскоре поспел и Боров со своей бригадой. Вот теперь должно было начаться веселье. Вперед выступили оба бригадира, пожав друг другу руки, они начали о чем-то говорить. Беседа между ними становилась все живее и горячее. Мой взгляд упал на группку мародеров, обходящих автопарк, не знаю, что они там собирались делать, но дабы не обнаружить себя, я приказал Габулову и Блохину устранить их. Они были вооружены «Валами» и поэтому сработали тихо, и быстро. По КПК я передал всем своим одно слово - начинаем. Я сунул компьютер в жилет, попутно выхватив гранату. Эта граната предназначалась мародерам сидевшим под нами. Я пристав швырнул ее в низ, а через мгновенье вышку сотряс взрыв. Оба автоматчика полетели в низ. Со всех сторон началась пальба. Бандиты палили друг в друга, мы по ним, они по нам. Пули оставляли десятки султанчиков дыма на земле и на зданиях. Один из мародеров бросил, было на крышу автопарка гранату, но она ударилась о стену и упала на землю. От последовавшего взрыва несколько украинских спецназовцев, засевших с низу, шарахнулись с воем в стороны. Тут же дымный след от заряда гранатомета последовал в сторону бандитов, огненный сноп поднялся в воздух, раскидав их. Я методично расстреливал обойму своего «Винтореза», но не Боров, не Косой мне на глаза не попадались. И все-таки в моем прицеле оказалась толстая рожа Борова. Я убрал от глаза оптику, в голове закрутился разговор с Розенбергом. В принципе, стоял ли передо мной выбор? Один другой раз не выполнить задание, и как следствие строгий выговор, или любоваться на небо в клеточку? Тут я понял, что Боров и без меня уходит, но на него уже положил глаз «долговский» снайпер, сидевший на крыше. Я словно зомби, машинально, вскинул к плечу винтовку, и выпустил пулю. Долговец схватился за сердце, на руку накатила кровь, и тут же он рухнул на кирпичное ограждение крыши. Тут я как будто очнулся ото сна, руки задрожали, к горлу подступал крик, еще мгновение и я бы не сдержался. Но пара пуль, эффектно хлопнувших рядом, привели меня в сознание. В это время Боров с парой своих людей уходил от нас. Они добежали до старой трубы высотой с человеческий рост, и «нырнули» в нее, вторя им в след, просвистели пули, и один из беглецов упал сраженный на землю. Тут наутек, пустился и Косой. Пробежав между двумя полуразрушенными постройками, он кинулся в сторону «Янтаря». Двое бойцов из СБУ кинулись за ним, но Косого прикрывали его люди, незаметно притаившиеся на тропке меж этими строениями, и оба спецназовца упали сраженные очередями «Калашей».
Вскоре сражение на площади закончилось, бандюги не успевшие уйти из-под огня, а таких было много, навсегда остались лежать на этой площади. Земля была залита кровью, дым стелился по долине, ветер разносил запах дыма и плоти. Вдали послышался рев каких-то тварей, словно они чуяли запах смерти. Вот она, «Зона отчуждения», сегодня ты славный искатель, а завтра твои останки поедает слепой пес. На улице в ряд сложили погибших спецназовцев, их было пятеро, четверо СБУшников, и один «Долговец». Рядом были раненые, одному оторвало руку, взрывом гранаты, еще несколько поймали пули.
Ко мне подлетел майор Потапов. - Ростов надо организовать преследование, за бригадирами. - Офицер вопросительно глядел на меня, ожидая ответа. - Хорошо, майор, ты бери пару бойцов из «долговцев», или СБУ, и следуй за Боровом. - Боров знал многие тропы в «Зоне». И я знал об этом, поэтому был уверен, что Боров сможет уйти от преследования. - А я пойду за Косым. Прапор, Коваль со мной. Потап, Блоха и Бизон идете за Боровом. Игнатьев остается за старшего.
И вот уже час как мы гнались за Косым. «Зона» на север становилась все страшнее и ужаснее, но все притягивающие и захватывающе. Голые деревья коричневым массивом тянулись по обочине дороги, которая уходила в сопку, за которой было озеро «Янтарь». Грунтовая дорога была полностью разбита, местами были видны аномалии, на обочине лежал мертвый сталкер. От тела остались лишь кости, амуниция и обмундирование лохмотьями прикрывали их, в руке у него был заржавевший «Калаш». Впереди нас шел Прапор, методично кидая болт в подозрительные места, прокладывая дорогу. Посреди дороги лежал снорк, с воткнутым в спину металлическим прутом. Серое небо давило на голову, серо-коричневый пейзаж щемил душу. Мы обошли труп снорка и двинулись в перед. В глубоком овраге лежал «КАМАЗ», с окна кабины выглядывал скелет. Кой-где на ветках могучих дубов попадались повешенные сталкеры - следы постоянной вражды группировок. На ржавых остовах машин светились «электры», кое-где, плавя землю в стекло, пылали «жарки»
Когда до перевала оставалось совсем немного, от туда, послышалась стрельба - говорили явно «Калаши», вскоре стрельба утихла, и мы рванули в перед. На перевале был небольшой лагерь, в котором сталкеры могли отдохнуть перед последнем броском к «Янтарю», там часто останавливались ученые, с которыми можно было поторговаться артефактами. В общем, оазис посреди моря тьмы. Мы продолжали подниматься, если на верху были сталкеры, мы имели хороший шанс перехватить Косого. В это время стрельба вновь разыгралась на верху, на этот раз кроме «Калашей» заговорил пулемет, но вскоре прогремели два взрыва, и за ними последовала тишина. Когда мы поднялись к лагерю, там было пусто. Косой задерживаться не стал, оставив лишь четверых мертвых сталкеров. Мы положили всех четверых в ряд, накрыв брезентом. Куда мог двинуться Косой? Перед нами открывалась долина озера «Янтарь», с его оголившимися берегами, мертвыми деревьями, на востоке виднелся массив завода «Янтарный», который наводил ужас на сталкеров своим пси-излучением, на юге озера виднелась лаборатория ученных, занимавшиеся изучением пси-излучения, от куда-то из далека, доносились стоны многочисленных зомби и снорков обитавших здесь, в некоторых местах берега были просто усыпаны трупами неопытных сталкеров, сгинувших от излучения, или попросту убитых зомби.
- Ну и куда он мог рвануть? - Капитан Коваль внимательно смотрел на меня, включая тревожный маячок. Такие маячки, сталкеры использовали в случай «если совсем прижали», чтобы сообщить свое место положение, если ваш КПК попадал в зону действия сигнала маячка, то его место отображалось на навигаторе, и вы могли увидеть место где бедолаги попали в ситуацию. Коваль положил маячок под брезент, и за тем вопросительно уставился на меня.
- Да и, правда, куда ему сейчас идти? Не в лагерь ученых же? - Подхватил вопрос Прапор.
- Ну, на север к Лиманску ему идти смысла нет. - Я сжал один палец. - Там в пригороде люди Лютого окапались, а Косой и Лютый давно на ножах. В «Рыжий лес» ему подобно нет смысла прорываться, да и на север, прорываться, верная смерть, не аномалии так зомби убьют, не мутанты, так наткнется на военных стакеров. Остается одно, по хребту уходить на «Безымянную территорию».
- Верно, рассуждаешь Балосс. - Утвердительно сказал Прапор.
- Да и вдобавок, у него могли остаться там люди. - Добавил Коваль.
- Ну, тогда медлить не будем, отправляемся вперед.
Мы продолжали следовать за Косым. Наконец-то попали на его след, кто-то из его людей обронил четки, типичный для бандитов предмет. Вскоре нам на пути попался привал сталкеров - группа одиночек отдыхала на небольшом холмике. Сунув свой «Винторез» прапорщику, я отправился к искателям. Я медленно поднимался на холм, держа перед собой руки. Сталкеры завидев меня, несколько встревожились, приготовили оружие. Один из них пошел мне на встречу. Я остановился, продолжая держать руки перед собой.
- Здравствуй брат. - Я внимательно смотрел на реакцию сталкера.
- Ну, здравствуй странник. - Лицо его было удивленно - настороженное. - Что тебе надо?
- Скажи мне друг, не видел ли ты тут гопоты, недавно? - Я осторожно опустил руки.
- Гопов говоришь? - Я положительно кивнул головой на вопрос сталкера. - Видали мы тут минут пятнадцать назад, трех, шли такие серьезные, один «ПКМ» тащил, но они нас не тронули, мы их то же, ушли они на восток.
- Спасибо сталкер, сочтемся, когда-нибудь.
- Обязательно сочтемся. - Подтвердил он.
Я медленно развернулся, и отправился к своим. Когда идешь спиной к сталкерам, невольно подступает к горлу страх, кто их знает, может быть, кто-то из них давно злость затаил на военных, а вот так легко схлопотать пулю в спину. Шаг за шагом я ждал неожиданного щелчка затвора. Но не чего так и не произошло, я дошел до места где ждали мои спецназовцы.
- Что сказали? - Вопросительно смотрел на меня Прапор.
- Косой пошел на восток, на «Безымянную землю». - Я глубоко выдохнул, и посмотрел назад, туда, где были сталкеры. Они уселись возле костра, и о чем-то говорили, косясь на нас. - Все пошли.
Мы двинулись дальше. Впереди был спуск с горного хребта, а у подножья сильно фонило, поэтому нам пришлось надеть противогазы, кислородная маска здесь явно не помогла бы. Мы пробирались по радиоактивному полю медленно, многочисленные аномалии заставляли нас выверять каждый шаг. Под ногами хрустели кости погибших мутантов, кой - где попадались тела погибших сталкеров, изуродованные и лежащие в мучительских позах. Но ужас этой ловушки, мы ощутили, когда увидели картину, которая еще долго будет крутиться у нас в памяти. Под высоким старым дубом стоял танк, борта его поржавели, одна из гусениц лежала позади, растянувшись металлической полосой, на башне виднелись следы запекшийся крови, а по танку и возле него медленно перешагивая, на четвереньках ползали три снорка. Медленно вдыхая воздух у земли, они искали жертву, на теле лохмотьями висели остатки танкистской одежды, следы запекшийся крови и язвы покрывали их тела. Мы замерли, надеясь не привлечь внимание, но один из снорков резко повернул голову в нашу сторону, вслед за этим последовал дикий рев, перемешанный с криком и смехом душевно больного. Он подскочил на ноги, вскинув вверх руки, а затем упал на землю, скрючившись, и словно червяк, крутясь на земле, словно в конвульсиях и горячке он то кричал, что-то не понятное, то смеялся. Неожиданно он подскочил на четвереньки, и в два прыжка оказался возле нас, третий прыжок пришелся на Коваля, сбив капитана с ног, зверь кувырком перекатился нам за спины. Не успел Коваль подняться на ноги, как снорк кинулся ему на спину, ухватившись руками за шею, и пытаясь прокусить комбинезон. Но тут подоспел Прапор, одним махом он ножом перерезал снорку шею, тот упал на землю и забился в предсмертных конвульсиях, захлебываясь кровью. Коваль отскочил назад и упал на землю, споткнувшись о скелет какой-то твари. В это время со стороны танка раздался протяжный гул глоток сразу нескольких тварей. Тут мы поняли, что там было не три снорка, из-за танка выкатился еще как минимум десяток этих созданий. Прапор успел выпустить гранату, из подствольника, это спугнуло их, но не остановило. Мы кинулись бежать, и честно говоря, я толком не помню, что было дальше. Помню коричнево-ржавую землю в глазах, помню, как передо мной колыхнулся воздух, меня подкинуло высоко вверх, в глазах стало темнеть, и сильный удар головой о землю.
На сколько времени я потерял сознание, я да же не знаю. Я очнулся, в глазах было мутно, сильно тошнило, болела голова, раздражительно трещал дозиметр. В округе кроме мертвецов и аномалий не было ни кого. Еле отрывая от земли голову, я окинул взглядом местность. Ни Прапора, не Коваля ни где не было. Собственно как не было и снорков. Я попытался подняться на ноги, но не смог, все тело ныло, упав на землю, я опять отключился.
Легкий ветер гнал сгустки радиационной пыли, которая оседала тонким серым слоем на растениях и превращала их в коричневые, мертвые отростки. Среди аномалий разлагался труп сталкера, привлекая внимание падальщиков «Зоны», слепых псов, которые вились вокруг труппа, осторожничая дабы не попасть в аномалию. Был бы среди них псевдопес, он давно бы уже, вытащил труп на безопасное место, хотя он скорей всего просто не заинтересовался бы падалью, предпочтя свеженького сталкера - новичка. В конце - концов, пара собак пошустрее подобралась к телу, но один из псов мощным ударом головы кинул другого в аномалию, потревоженная «воронка» начала пылесосить местность, и обе твари мигом улетели в аномалию. Через мгновение куски и останки псов разлетелись по округе, распугав остальных.
Леня Хмельницкий наблюдал все это из-за перевернутой «Шестерки». Натянув противогаз, он передернул затвор своего «Калаша», и медленно зашагал вперед. Здесь сильно фонило и «счетчик Гейгера» пел как соловей. Псы, почуяв приближение опасности, кинулись в рассыпную, но один из них оказавшийся на пути у Лени, с куском мяса, который еще пару минут назад был его собратом, ощетинился на сталкера, выпустив добычу, он злобно скалил зубы на него. Хмельницкий, хотел обойти животное, но пес всей своей тушей развернулся в след. На облезших боках виднелись язвы и шрамы, одно ухо зверя на половину было откушено, или оторвано, тонкий длинный хвост почти полностью облез, левая половина нижней челюсти была сильно изуродована. Скалясь и огрызаясь на сталкера, пес постоянно проверял, на месте ли добыча. Когда Леня попытался сделать еще один шаг, пес бросился на него, но Хмель был не промах, дав короткую очередь, он свалил пса. Зверь лежал на земле, дергаясь в конвульсиях, одна из пуль попала в голову, и мозги разлетелись в приличную лужу. Сталкер оглянул местность, не привлек ли он чье-нибудь внимание. Вроде никого нет, кроме пары другой псов крутящихся вдали. Поставив на предохранитель автомат, Леня двинулся дальше. Хмель знал эту тропу, он часто ходил по ней к радиационному полю, что на границе «Янтаря», там часто встречались артефакты, причем не мелкие, а которые можно было продать за хорошие деньги. Обычно Леня работал в группе с Зайцем и Маркусом, но первый лежал подстреленный на «Кордоне», а второй ушел в запой, поэтому пришлось идти одному, но ни чего. - Я ведь сталкер со стажем. - Вспоминая слова старой, доброй песни, говорил себе он. Наконец-то Сталкер добрался до «Радиационного поля». Перед ним простиралась долина с многочисленными насыпями, тянущимися на сотни метров. Когда-то, еще во времена первой аварии, сюда свозили радиоактивный мусор, это была своего рода вторая «Свалка». Радиоактивные останки ссыпали длинными рядами, заливали бетоном и засыпали землей. В результате вся долина была в своеобразных курганах, простиравшихся на сотни метров, говорят с воздуха, это место было похоже на античный город. Хмель добрался до первой насыпи, она была метра два высотой, за шесть лет существования новой «Зоны», да и за двадцать лет после аварии, эти курганы начали хорошо оголять погребенные в них радиоактивные останки. От постоянных выбросов на этой холмистой равнине задерживалось много радиации, да и старые захоронения сильно фонили. Сталкер решил забраться наверх насыпи. Заскочив на старый холодильник, он прытко перепрыгнул на лежавшую к верху ногами машину. Затем по разрушенной бетонной заливке, забрался на самый верх. Впереди была насыпь повыше. - Вот туда мне и надо. - Подумал Хмельницкий. Слез он быстро, и пробежав пару десятков метров, оказался у второй насыпи, она оказалась намного выше, чем он думал, метров пять не ниже, но вся изрезанная и осыпавшаяся, она представляла хорошую лестницу, всего минута потребовалась Хмелю, чтобы оказаться на верху. Сталкер огляделся, убедившись, что вокруг нет опасности, двинулся к противоположному краю насыпи. Эта насыпь была метров пятнадцать ширенной. Не дойдя пару метров до края, Леня услышал в низу чье-то бормотание. Он быстро лег на живот и ползком добрался до края. Как он и ожидал, внизу было пару зомби, которые крутились на месте и что-то нескладное бормотали себе под нос. Хмель решил обойти их стороной, и гуськом и по-пластунски преодолев пару десятков метров, нашел удобный пологий спуск. В это время где-то вдали, застрочил автоматы, и Хмель по привычке рухнул на землю, подползя к краю насыпи, а затем, слегка улыбнувшись от своего беспричинного испуга, решил подняться, но его брезентовая штанина сильно зацепилась за какой-то штырь, торчавший из-под земли. Сталкер пытаясь вырваться, оступился и кубарем покатился по склону. Оказавшись у подножья насыпи, он поднялся на ноги, отряхиваясь, и тут понял, что оба зомби идут в его сторону. Хмель передернул затвор, и скинул автомат к плечу, и тут он узнал в одном из зомби Митю Старосту, который с месяц назад пропал на «Янтаре» и которого он знал уже целый год. Сильно зажмурив глаза, Леня, не переставая жать на спусковой курок, выпалил всю обойму в трупы. Когда он открыл глаза, за завесой дыма лежало два тела, Хмель, размахнув рукой дым, заметил, что один из зомби еще бьется в конвульсиях, но добивать его он не стал, развернувшись, сталкер кинулся к следующей насыпи. Забравшись наверх, он достал из-за пазухи флягу с водкой, и сделал большой глоток, занюхав рукавом. Не много посидев, сталкер двинулся дальше.
Вскоре Леня оказался в центре долины, которая представляла собой пустошь, по кроям возвышались насыпи, дальше на запад была радиационная пустошь, на север располагался «Рыжий лес», на восток «Безымянная земля», а еще дальше «Военные склады». Центр долины был усеян аномалиями, новичок, попав сюда, навсегда мог остаться здесь. Да и опытные сталкеры, не редко заканчивали свой путь в этих аномальных лабиринтах. Леня снял с лица противогаз, протерев стекла, он одел его обратно. Подготовив детекторы, сталкер двинулся в гущу аномалий.
В последнее время, многие артефакты перестали быть видимы глазу, и их можно было найти только с помощью специальных детекторов, которые мастерили ученные. Хороший детектор стоил хороших денег, по этому многие сталкеры, перестали искать артефакты, переключаясь на постоянную резню, друг с другом, занялись наемничеством, пошли в копатели на свалку. Много народу ушло в бандитские круги. Хмель дошел уже до самого центра аномального поля, но прибор все молчал, лишь висевший на боку детектор аномалий пищал, когда сталкер приближался к аномальной зоне. В какой-то момент сталкер вознес глаза к небу и в полголоса проговорил.- «Зона» дай мне хоть один артефакт. - И в это самое время, детектор артефактов тихо запиликал. - Да-да!!! Спасибо тебе зона! - Хмель перевел свой взгляд на детектор, тот показывал направление, где был артефакт. Он был где-то впереди. Сталкер вытащил из сумки болт и кинул его перед собой, вроде все чисто. Сталкер прошел пару метров и повторил операцию, на этот раз болт со страшной силой и выкинуло в сторону. Хмель бросил в сторону еще один болт там чисто, он обошел «Трамплин» стороной. Искатель прошел еще пару метров, детектор артефактов своим беспрерывным писком показывал, что артефакт где-то рядом. Неожиданно прибор засветил долгожданную добычу. Это была «Карусельная вспышка», довольно редкий артефакт. Ученые говорят, что он образуется в «Электрах», но артефакт отрывается от материнской аномалии, и, попадая в «Карусель» наполняется ее силой. Размером с кулак, ярко-голубого цвета, он играет в лучах света, если держать его в руке, то он начнет ее немного вращать, издавая покалывающие электрические разряды. Хмель сунул артефакт в специальный контейнер, рядом висел еще один, в котором, издавая тепло был «Огненный шар».
- Вот это удача! - Подумал сталкер, прижимая к себе «Калаш». - Вот до топаю к Сидоровичу и продам все, за «Вспышку» он тысяч пятьдесят отвалит, а за «Шар», тысячи три думаю я с него сдеру. - Крутилось в голове у искателя. Тут его взор упал в ту сторону, где был «Янтарь». - А может быть к ученым пойти? Они больше заплатят. - Сталкер, подумав пару минут, все же двинулся в сторону «Янтаря».
Преодолев аномальное поле, он вскоре оказался у очередной насыпи. Взобравшись на нее, он сел на колено, поставив автомат на землю и опершись на него. - Вот дойду до лагеря ученых, куплю новый защитный костюм, да пушку новую. - Подумал про себя Хмель, сразу переведя взгляд на свой «Калаш». - Эх!!! Жалко с тобой расставаться. - Этот автомат уже столько раз спасал жизнь сталкеру. Деревянные вставки несколько потеряли в цвете, а метал, покрылся в некоторых местах ржавчиной. - Нет продавать я тебя не буду. - Твердо решил для себя Леня. - Вот дойду до базы «Долга» отдам тебя Апшерону, пусть он тебя подлатает, поставлю оптику и подстовольник на тебя.
Сталкер поднялся и вновь двинулся в путь. Эта насыпь была усеяна аномалиями разного вида, так что приходилось идти крайне осторожно. Вдали послышался чей-то кашель. Хмель перевел свой взгляд на дорогу, там шли трое бандитов. Впереди всех двигался не высокий и худой пацаненок, волоча на спине «Калаш». Позади него плелся, как видно их бригадир, в черном кожаном пальто, из-под которого выглядывал бронник, и расстегнутый разгрузочный жилет, на плече у него висела «G-36». В хвосте двигался еще один мародер, на нем был штурмовой костюм, который использовали бандиты, в руках у него был «ПКМ».
- Да, серьезные парни, давно я таких бандитов не видел. - Если бы Хмель вступил в открытый бой с ними, то шансов у него не было бы, но тут сталкер заметил, что возле края насыпи, перегораживая дорогу, стояли три контейнера буквой «П», а между ними навалом лежали, какие-то тюки и ящики.
- Мне туда! - Мелькнуло в голове у сталкера. Обходя аномалии, Хмель спустился с насыпи, и быстрым шагом дошел до края насыпи. Отсюда, до контейнеров было метра три, но и этого не большого расстояния хватило бы, чтобы его заметили. Сталкер все-таки решил рискнуть, закинув автомат за спину, он быстро пробежал до контейнеров. В ответ не последовала ни пальбы, не окриков. Контейнеры не много фонили, но были чисты от аномалий, вскарабкавшись на ящики, сталкер вновь увидел бандюков, они продолжали идти, в его сторону. Хмель решил подпустить их поближе, и накрыть шквальным огнем. Группа приближалась все ближе и ближе, Леня несколько раз высовывал голову из укрытия, что бы не потерять их из виду, или пропустить их приближение.
Когда мародеры подошли на расстояние метров в тридцать, сталкер выскочил по пояс из-за укрытия, и открыл огонь в их сторону. Бандюги разбежались в разные стороны, Хмелю ни кого из них не удалось убить, но на земле осталась чья-то кровь. Сталкер вновь сел за укрытие, и тут на него обрушался шквальный огонь из пулемета. Метал контейнера, разрывало пулями, а от свиста пролетавших мимо пуль у сталкера заложило уши. Тут видно у стрелявшего кончились патроны, и огонь стих. Хмель вновь вскочил из-за укрытия и дал очередь в сторону насыпи, но, поняв, что не видит мародера, вновь спрятался. Пулеметчик ответил короткой очередью, а затем еще одной и еще одной. Медленно расстреливая контейнеры, бандит не давал сталкеру открыть ответный огонь.
Хмель во время заметил, что два других бандита не стрелюют, и заподозрил не ладное. В это время раздалась очередь из «Калаша», и пули шлепнулись совсем рядом с ним, не успел сталкер, укрыться пониже, как с другой стороны раскатился отзвук «немки», одна из пуль на вылет попала в руку. Хмель укрылся между ящиками, нервно сжимая автомат, пару мгновений тишины, и откуда не возьмись на него с контейнера на прыгнул пацаненок, тот, что был с «АК», мертвой хваткой, ухватившись за горло. Леня еле скинул его со спины, парнишка вновь подскочил на ноги, махая перед собой ножом. Свист пуль, разнеся в воздухе, совсем рядом с Хмелем, и мародер с разбитым и окровавленным черепом рухнул на землю. Сталкер отскочил в сторону. Тут где-то не вдалеке застрочил «Абакан», а вслед за ним «Гроза», в ответ раздался шквальный огонь пулемета, но он вскоре стих. Наступила тишина.
Хмель рванул прочь от контейнеров, но влетел в «Трамплин». Сталкера подкинуло невысоко, и тот упал на землю, снова попытался побежать, но перед ним упала пара пуль. Хмель понял, что сопротивляться нет смысла, и, встав медленно с земли, убрал за голову руки. Через минуту к нему с двух сторон, вышли спецназовцы. Один низкий и крепкий с «Грозой» в руках, другой повыше и худощавый с «Абаканом» на плече.
- Кто такой? - Взяв в обе руки автомат, к нему дошел высокий спецназовец.
- Как видите искатель приключений на свой зад! - Усмехнулся сталкер.
- А если серьезно?
На обоих военных были противогазы, и Хмель внимательно всматривался в их глаза.
- С кордона я. - Хмель опустил руки.
- С Каймановской банды? - к нему обратился второй боец.
- Да, я с Кайманом работаю, под его началом.
В это время по дороге к ним подошел третий боец, в руках у него был «Винторез», ростом он был выше всех остальных, а ширенной не уступал тому крепкому спецу.
- Говорит из Каймановских. - С ухмылкой сказал, подоспевшему офицеру, боец с «Грозой».
- А! Хмель, давно тебя не видел! - Военный снял противогаз. Как обомлел Хмель, увидев перед собой Подполковника Ростова.
- Балосс!? - Вот это встреча, я тебя с полгода уже не видел.
Прапор и Коваль то же сняли противогазы и пожали руку сталкеру.
- Эх! Подсобили вы мне ребята! Так бы меня на тот свет бы отправили.
- А что же ты сталкер в одиночку ходишь? - Прапор отдал Лене автомат, который тот обронил, когда попал в аномалию.
- Да мои ребята на «Кордоне» остались, не пригодные они сейчас для походов. - Хмель осмотрелся вокруг, где-то вдали завыла какая та тварь. - А Кайман, мне предлагал взять с собой отмычек, да на фиг они мне нужны, чтобы потом ночью пристрелили, или с хабаром дернули? Нет. А я вот, на «Янтарь» шел, думал хабар продать да тут эти! Кстати, а вы тут как оказались?
- А мы за этими гавриками шли по пятам. - Коваль хмуро смотрел на насыпи. - Да так бы еще с километр бы перлись, а ты их притормозил.- Сказал капитан с улыбкой на лице.
- Ладно, не чего тут задерживаться. Нам то же на «Янтарь» пойдем в месте. - Я снял с плеча винтовку и двинулся по дороге.
- Только бы убедиться, что Косой подох. - Остановил меня Прапор.
- Подох. Он, подох. Проверять не надо.- Ответил кратко я.
- Так это Васька Косой был? - Удивлено спросил сталкер.
- Да мы его с Боровым накрыли на «Дикой территории», у них там стрелка была. - Подтвердил Коваль.
Пыльная, глинистая дорога тянулась в даль, прерываясь изредка аномалиями. По обочине тянулся длинный излом, пылая раскаленной лавой и радиацией. На небольшом острове посреди аномалии, лежал обугленный труп сталкера, бедняга видно не успел перескочить на другой край, когда в воздух выплеснулся столб раскаленного грунта.
Я хорошо знал Хмеля, еще с тех пор, когда сбежал с части и вольным сталкером ходил в «Зону», мне не раз приходилось работать с ним, и другими ребятами Каймана. Сам Кайман был довольно знатным сталкером в «Зоне отчуждения». Через него прошло много желторотых новичков, решивших стать сталкерами. Раньше Волк и сам ходил в «Зону», как и все искал арты, бился с мутантами, но однажды добрые парни с «Монолита» его хорошо потрепали, в результате Кайману разнесло левое плечо, и с тех пор он только и обучал молодняк на «Кордоне». Хмель то же когда-то пришел желторотым ботаником в «Зону», бывшему профессору Киевского университета захотелось повидать все прелести этого мира, и хотя, сколько не говорил Кайман, что он ни когда, не станет хорошим сталкером, Хмель довольно быстро поднялся на ноги, а вскоре и вовсе стал правой рукой Учителя новичков.
Довольно быстро мы дошли до того места, где угодили в аномалию. Я положил довольно большой булыжник возле нее. - Странная аномалия. - Пояснил я сталкеру. - Сегодня угодили в нее. Я думал все, «кишки по веткам разбросает», а нет, уцелели, правда, меня, да и Прапора с Ковалем разбросало на довольно большее расстояние.
- На довольно большое расстояние? - Удивился Леня.
- Ну да, на километр точно! - Подтвердил прапорщик.
- На километр? И вы уцелели? - Не поверив, переспросил сталкер.
Долго задерживаться у аномалии мы не стали и двинулись дальше. Где-то не вдалеке был тот самый танк, у которого мы наткнулись на стаю снорков. Но приближаться к нему мы не стали, и, описав довольно большой крюк, двинулись дальше. Кроме снорков, здесь было конечно полно и других опасностей. Не редко в здешних местах видели контролеров, и химер, а о зомби говорить не стоит. Мы передвигались короткими перебежками, то и дело, останавливаясь, и приседая на колено, осматривались вокруг. Вскоре показались южные склоны «Янтаря». Мы прибавили шагу, что бы побыстрей добраться до научного лагеря. Кое-где вдали, начали показываться огни костров, и вырисовываться контуры лаборатории. Как не странно, но по пути нам не попалось не одного зомби, или другого препятствия.
Впереди всех шел Хвостенко, за ним двигались Хмель и Коваль, я шел, сзади прикрывая отряд. Я чувствовал не ровный взгляд Виктора на Сталкере. Я и Семен в свое время бывали вольными сталкерами - Прапор, одно время был в рядах «Долга», но потом вернулся в военные сталкеры, о себе говорить вообще не приходится, я больше года был вольным сталкером, по этому мы с Семой спокойно относились к сталкерам. Капитан Коваль, еще прапорщиком попал в один из батальонов миротворцев в «Зону отчуждения». Здесь ему пришлось не сладко. Когда украинское правительство поняло, что ему одному не справиться с обороной периметра, оно подало прошение в ООН, о миротворческой миссии. Тут на помощь Украине пришли многие страны, и все по разным причинам - Америка желавшая укрепится на востоке, получила хороший шанс показать свои бицепсы, восточно-европейские и центрально-европейские страны почуяли большую угрозу в «Зоне». Не меньшую опасность представляла «Аномалия» для России и Белоруссии. По этому в сюда начали отправлять один за другим батальоны миротворцев, обустраивать периметр укреплениями. Рота, в которой вначале служил Коваль, была направлена на болота, тогда еще относительно безопасные, и не попавшие под энергию выбросов. Им предписали держать позиции на самой границе с НИИ «Агропромом». Как рассказывал сам Витя, по началу все казалось забавным приключением, но вскоре по ночам, откуда-то издали, начались доноситься щемящие душу крики и вой, по периметру то и дело раскатывалась стрельба, через несколько дней, ночью из лагеря пропала пара солдат. Позиции тогда еще были земляными, жили в блиндажах, копали окопы. К концу первой недели рота уже не досчиталась десяти бойцов. Вскоре одной ночью, какая-то тварь выше человеческого роста, с прозрачным силуэтом ворвалась на позиции, схватила одного офицера и уволокла за собой, как не старались расстрелять ее бойцы, она словно титановая, не ощущая боли, вырвалась с добычей. Все это подрывало дух подразделения, начались случаи дезертирства, солдаты, а порой и офицеры бежали, прочь подальше от «Зоны». А некоторые уходили, наоборот, внутрь периметра. За такими смельчаками один раз выслали отряд, двух солдат и сержанта нашли растерзанными не далеко от позиций, а остальные бесследно пропали.
Сам Коваль держался крепко, хотя нервы уже были на пределе. И вот наступил один «прекрасный» день. С утра была тишина, не одной твари не было рядом с позицией, но тишина к вечеру начала давить на мозги. В рядах начался какой-то страх, первый раз, солдаты слышали в «Зоне отчуждения» такую глубокую тишину, и она сильно давила на психику. В семнадцать часов двенадцать минут, произошло что-то не вероятное. Огромный выброс накрыл периметр. Казалось, он был еще мошне первого, который сотворил «Зону».
Небо сначала потемнело, как будто на землю опустилась ночь, а затем яркая вспышка желтовато-голубого света, прокатилась по земле, и гром раскатился в округе. Все вышли на улицу наблюдать за происходящим. Небо начало наливаться ярко синим цветом, который начал переходить в сиреневый, а затем в красный. У кого-то из солдат начал трещать «счетчик Гейгера». Вдали показалась огромная стена пали и огня, в которой то и дело сверкали молнии. Стена летела с огромной скорость прямо на расположение роты. Все кинулись в россыпную. Кто-то пытался бежать, тем не повезло больше всего, кто-то укрылся в блиндажах. Коваль вбежал в одно из укреплений. Там уже было несколько солдат и офицеров, последним залетел, придавив собой дверь, командир роты, капитан Лобач. В это время волна огня обрушилась на позиции. Трясло словно при сильнейшем землетрясении. Потолок блиндажа, из балок и земли, начал проседать, у одного из солдат противно продолжал, трещать дозиметр. Последнее, что помнил, еще тогда прапорщик, Коваль, как на его голову рухнула деревянная перекладина.
Сколько часов прошло после выброса, Коваль не знал, да и не кто не знал. Сильно болела голова, тело было словно ватное. Еле поднявшись на ноги, прапорщик двинулся к выходу. Блиндаж был почти полностью разрушен, толстыми балками и землей засыпало почти всех, кто там был, у входа придавленный дверью лежал капитан Лобач. Напротив выхода, в разрушенном окопе сидел рядовой Смолкин, он то же прятался в блиндаже и выжил.
- Кто уцелел, отзовитесь!? Кто командует? - Во все горло орал Коваль.
- Сержант Андреев, я старший, видно после вас! - Отозвался голос из соседнего блиндажа.
- Тогда слушай мою команду! Все пересчетались на первый, второй, третий! - Вновь надрывая горло, кричал прапорщик.
- Первый, второй, третий, четвертый, пятый, шестой!… - Хриплыми, ломаными голосами ответили бойцы.
- Так ребята надо убираться от сюда. - Виктор вылез из окопа. - Все поднимаемся на ноги и за мной.
Дальше все было как в многочисленных рассказах сталкеров, об их спасение после выброса. Из семи бойцов до периметра дошли только двое - Коваль и рядовой Смолкин.
Много нахватался от «Зоны» капитан, поэтому со сталкерами он был краток.
Тут я понял, что мы уже дошли до научного лагеря. Он был обнесен высоким металлическим забором. У ворот дежурила пара военных сталкеров, которые, видя офицеров, вытянулись по струнке. Мы вошли внутрь, не далеко от входа кружком у костра сидело человек десять военных сталкеров. Сталкеры встали, но я дал отмашку и они опять уселись. На противоположной стороне, под брезентовым навесом, за столами, сидели несколько офицеров из нашего батальона, и пара знакомых сталкеров. Перемахнувшись руками, мы двинулись во внутрь бункера. Дежурный офицер открыл дверь, мы вошли в специальный предбанник, надели противогазы, после чего нас обдали специальным дезактивирующим веществом. После этого нам открыли дверь, ведущую в сам бункер. Встретил нас начальник смены старший лейтенант Осин.
- Господин подполковник! Вертолеты прибуду через пятнадцать минут. - Офицер немного «косо» поглядывал на сталкера.
- Хорошо. Пусть врач осмотрит рану. - Я кивком головы показал на Хмеля.
- Так точно! Врача быстро! - Прокричал дежурный.
- И дайте что-нибудь пожрать! - Добавил Коваль.
Мы уселись на улице за столом. Вскоре повар притащил четыре порции разогретого сухого пайка. Голод в конец овладел нами, и мы быстро начали уплетать еду. Пока мы трапезничали, к нам за стол подсел профессор Иващенко. Этот человек уже больше года был старшим научным сотрудником лаборатории. Знал я его не понаслышке. Человек он был хороший. Конечно не без своих причуд, но в целом приятный в общении тип. Все в командование миротворческого контингента, прекрасно знали, что Артем Николаевич не редко имеет дела со сталкерами. Большинство артефактов, которые поступали из лаборатории, были найдены вольными искателями «Зоны отчуждения». Но, как и на многое подобное командование закрывало глаза.
Ученый переводил взгляд с меня на Коваля, с капитана на Семена, с прапорщика на Хмеля. Его взгляд, на несколько мгновений застывал на сталкере, и опять возвращался на меня. Иващенко поставил руку на стол, и ладонью описал круг. - Не ужели вы господин сталкер пустым прибыли сюда. - Тихим голосом проговорил ученый. Хмельницкий дружелюбно улыбнулся в ответ. - Почему же? Вовсе не пустым. - Сталкер несколько раз хлопнул по стоявшему рядом с ним контейнеру. Кивком головы, профессор позвал сталкера за собой, и они оба удалились в лабораторию. Мы остались втроем. Ожидание вертолетов было долгим и скучным. Когда нечем заняться в «Зоне», то время летит долго и нудно. Оживил нас шум работающих винтов где-то вдали. В сторону лаборатории летел долгожданный вертолет.
На улице сегодня было хорошо. Дул теплый южный ветер, небо над фортом было чистым. Лишь вдали, где была ЧАЭС, показывались темно синие грозовые тучи. Столкновение чистого, покрытого легкой светлой дымкой неба, с тяжелым, чернобыльским выглядело очень зрелищно. Я двинулся внутрь форта, когда на лестнице меня перехватил Тормасов.
- О! Ростов вот ты где! Быстро к Чернигову он тебя ищет.
- А что-то случилось?
- Да у нас взвод военных сталкеров пропал! Давай к Чернигову, я сейчас то же подойду.
Я быстро спустился вниз, пройдя по знакомому коридору, дошел до кабинета генерала. Там уже были полковник Малько, командир, авиагруппы нашего миротворческого корпуса, полковник Алехин, командир артиллерийского дивизиона, и командиры всех спецгрупп.
- Извините за опоздание. - Я снял с себя фуражку.
- Ни чего, проходи, садись. - Ответил генерал.
Я сел на свое место, попутно поздоровавшись со всеми офицерами.
- Так господа! У нас пропал без вести целый взвод военных сталкеров. Это ребята Кудашева, из второй роты. - Генерал нервно теребил ус. - Через час сбор, и выступаем. Всем взаимодействовать, друг с другом, в случае необходимости вызываем огонь авиации, и ракет. Всем отрядам держаться в поле зрения друг друга. Отряд по нашим данным пропал, на юге «Выжигателя мозгов», так что проявлять всем осторожность, и в случае морального дискомфорта не задерживаться на одном месте и сразу отступать…

 Глава 4.  

Хобот сидел на полу, старенького сарая. Останками бинта, он пытался закрыть рану в животе. Оторвав рукав от серо-коричневой куртки монолитовской формы, он приложил его к окровавленному месту, держа одной рукой, перемотал бинтом. В глазах начало темнеть, и усталость взяла верх. Сталкер уснул на полу, держась одной рукой за распоротый живот. В голову лезли страшные воспоминания этой недели. Еще недавно Хобот и его лучший друг Гремлин, были отмычками у Отца Валерьяна. Но в один прекрасный день, возвращаясь с рейда, в месте со сталкером по кличке Лютый, их группа попала в засаду наемников. Парням удалось уйти, и прихватить пару дорогих артефактов, которые были у погибшего сталкера. Прикупив снаряги, да детекторов, друзья решились на авантюру, отправиться на «Военные склады». По началу черный сталкер помогал им, найдя «золотую рыбку», и пару артефактов по проще, они двинулись дальше. Тут Гремлин предложил вернуться, но на Хобота словно нашло забвение, он как помешанный начал рваться на север.
- Я знаю! Мы станем богатыми, я это чувствую.
- Нет, Хобот мы туда не пойдем. Во всяком случае, я не пойду.
- Но и не иди, трус, а я пойду. И ты увидишь, что я вернусь сказочно богатым.
Хобот толкнул на землю друга, и ушел прочь. Гремлин, немного посидев, решил отправиться за ним.
Хобот довольно быстро достиг барьера, сегодня там дежурили одиночки. Дорогу, ведущую на север, преграждали многочисленные баррикады. Среди заграждений виднелись сталкеры. Барьер тянулся далеко в стороны от дороги. Оборона его была не простым делом. Каждый день зверье совершало атаки на него. Да и «Монолит» не дремал. Эти фанатики каждую неделю, отправляли сталкеров на тот свет. До прорыва одиннадцатого года, барьер держали военные, и делали это хорошо. После хаоса случившегося в тот год, не мало солдат и офицеров осели на военных складах. Они продолжали держать укрепления до тех пор, когда сюда не пришла «Свобода».
- Ты куда? - Обратился один из сталкеров.
- На север! - Гордо ответил Хобот.
- Ну и дурак. Погибнешь. - Ответил другой сталкер.
- Почему? - Со злостью, и иронией сказал Хобот.
- А там все погибают, не от монстров, так от аномалий, не от аномалий, так от «Монолитовцев», или зомби, или просто станешь пустышкой как они. - Ответил третьей сталкер.
- Нет, я вернусь, и вернусь богатым. - Хобот передернул затвор «Калаша» и двинулся дальше.
- Может остановить его? Он же не вменяемый. - Один из сталкеров было кинулся за ним.
- Не надо, первого зомбака увидит, и очухается. - Ответил другой сталкер.
Сталкер продолжал идти вперед, туда, где слышался отзвук «выжигателя». Аномалии словно расступались перед ним. Это сейчас, лежа на холодной земле, он понимает, что лишь чудом не погиб. Хобот услышал быстрые шаги за своей спиной, его охватило желание оглянуться, увидеть того, кто шел за ним, но словно таинственная сила не позволяла ему это.
- Хобот! Друг постой! - За ним бежал Гремлин.
- Ты решил идти к богатству со мной брат? - Не своим голосом ответил Хобот.
- Что ты несешь? - Гремлин понимал, что с другом что-то не так.
- Мы будем богаты, брат. Душевно богаты, пойдем в месте на север.
- Что с тобой?
В это время, в воздухе пронеся странный звук, похожий на взрыв. Гремлином завладел страх, и чувство паники. Начались галлюцинации, и мозги словно закипели. Уши резал странный скрежет, и чей-то шепот.
- Уходим, быстрей! - Гремлин побежал прочь.
Но тут в воздухе разнеся звук выстрела. Хобот словно очнулся ото сна, но в мозгу, зазвучал скрежет и непонятный монотонный звук. Громко закричав, схватившись за голову, сталкер упал на землю и потерял сознание.
Очнулся Хобот там же где и отключился. Холмистая местность, была покрыта мертвым лесом, выжженная земля коричнево-серого цвета, была окутана легкой дымкой.
Где- то вдали слышался мощный отзвук «выжигателя». Бродяга с трудом встал на ноги. И тут он почувствовал, что у него за спиной кто-то стоит. Он боялся повернуться, но в то же время, что-то тянуло его оглянуться, и увидеть то таинственное, что тянуло его сюда.
Поняв, что в руках у него автомат, Хобот передернул затвор. И медленно развернулся назад. Выстроившись в ряд, за ним стояли десять «монолитовцев». Сталкер уже было хотел открыть огонь, но из-за спин фанатиков послышался голос.
- Сталкер ты преодолел почти все испытания. - Тут в его сознании снова помутнело. Он опустил автомат, и словно заколдованный глядел на «монолитовцев».
Из- за строя вышел боец в экзоскелете. На серо-коричневом камуфляже, были местами поржавевшие металлические пластины. Гидро и механические усилители были покрыты коричневой краской, которая местами облупилась. Каска цвета хаки местами проржавела. Хобот сразу обратил внимание на отсутствие прибора ночного виденья, который обычно располагался на шлеме костюмов.
- Сталкер скоро сбудется твоя мечта! - Боец в экзе приблизился еще на несколько шагов.
- А какая у меня мечта? - В сознание Хобота опять прояснилось, но «монолитовец» не оставляя шансов ответил.
- Служить «Монолиту». - Вслед за словами сталкера наступила тишина.
Двое из фанатиков вывели Гремлина, оставив перед строем. Тот был сильно избит, в ноге сияла рана, амуниция была потрепана, как у тех сталкеров, что годами лежали в подземельях «Зоны». Третий сталкер вбил в землю кол и, вытащив из ножен саблю, парой ударов заострил его. «Монолитовцы» подтащили гоблина к колу.
- Дойди до конца сталкер! Покажи всем, что ты можешь быть с нами.
Хобот словно заколдованный подошел к другу. Моны расступились, и сталкер обошел связанного друга сзади.
- Сверши начатое! Будь с «Монолитом»! - Тихо шептали сталкеры. - Сверши начатое! Будь с «Монолитом»! - Это звучало словно заклинание. Голоса фанатиков, давя на сознание хуже «выжигателя», звучали в ушах. Ноги его словно сами подошли к Гремлину. Хобот одной рукой взял его за подбородок, а другой за затылок друга. Мрачное окружение, скрежет «выжигателя» и голоса «монолитовцев», уже перестали обращать слышаться Хоботу. Громко вскрикнув, он с силой насадил голову друга на кол. Сталкер дернувшись, захлебнулся своей кровью, конечности его повисли словно тряпки.
- Брат теперь ты с «Монолитом»! - Боец в экзоскелете подал Хоботу нашивку, на которой были вышиты ЧАЭС и Атом.
- Я буду с «Монолитом» навсегда. - Хобот склонил голову.
Один из фанатиков подошел с саблей наголо, к телу Гремлина, сильно размахнув клинком, с плеча рубанул по шее сталкеру, двое других бойцов убрали окровавленное тело в сторону. И только тут Хобот заметил другие колья, на которых были черепа сталкеров - еще тот первый кто, решил служить «Монолиту», принес своих друзей в жертву мифическому кристаллу.
На улице где-то завыл пес, и сталкер мучающейся кошмарами проснулся. Сильно болела рана. На улице шел дождь, а за его шумом временами доносился отзвук «выжигателя». Хобот пытался вслушаться в звуки, но ливень заглушал их. Где-то рядом послышался звук шагов по земле. Сталкер схватив автомат, снял его с предохранителя. Насторожено вслушиваясь в тишину, он готовился, было уже к встречи с кровососом, но тут в сарай, похрюкивая, зашел молодой кабанчик. Бродяга выставил вперед автомат, и зверь, почуяв опасность начал пятиться назад. Отойдя на пару шагов, зверь остановился, любопытно рассматривая сталкера. Пусть он и такой маленький, но для раненого сталкера и тушкан представляет опасность. Хобот дернулся вперед из всех сил, при этом, громко крича, издавая звук похожий на стрельбу. Поросенок, испугавшись его, кинулся прочь. - И не возвращайся! - Крикнул в след Хобот. - Сталкер снова улегся на мокрый пол, пытаясь уснуть. Звук дождя, успокоительно, действовал на сталкера, и Хобот вновь уснул. Но только сталкер погрузился в сон, как его вновь начали мучить кошмары. Перед ним встали события следующего дня.
На склоне стоял сталкер. Ветер слегка пошевеливал его тонкий плащ. Замерев в ожидании, он был неподвижен словно монумент. Вскоре на узкой грунтовой дороге показалась группа искателей. Они шли друг за другом, осматриваясь вокруг, водя перед собой дулами автоматов. Заметя неизвестного, ведущий сталкер остановился, подняв вверх руку. Остановилась и вся группа. Путник медленным шагом подошел к подножью склона.
- Кто ты сталкер? - Одиночка нацелил автомат в неизвестного.
- Я Сом, и больше тебе знать не надо. - Неизвестный вытащил из-под полы плаща автомат «Вал».
- А я Федя Стрелец, это мои парни. - Пояснил о себе сталкер.
- Наверное, вы идете за артефактами. - Неизвестный, оставаясь в тени плаща, своим взглядом, словно рентгеном, просвечивал одиночку.
- Да! На окраинах «Зоны» все меньше и меньше артефактов найти можно. - Ответил Стрелец.
- Вы сталкеры расхищаете богатства «Зоны отчуждения», а взамен не оставляете ей ни чего.
- Да! А ты как будто не берешь богатства «Зоны».
- Я, нет! Но я оставляю ей дары. - Сом отошел назад.
- О чем ты? - Удивлено тревожным голосом спросил Федя.
- Братья! Бей неверных! - Сом скинул с себя капюшон. Под ним виднелся коричнево-болотный противогаз «Монолита». Вскинув автомат к плечу, он открыл огонь в сталкера.
Стрелец рухнул на землю, его тело было окровавлено от ран. Сом шмыгнул за валун, и начал стрелять от туда. В это же время с нескольких сторон, сталкеров, свинцом поливали другие «монолитовцы». Одиночкам не оставили шанса, все они полегли, и коричневая, глинистая земля покрылась кровью. Вскоре над телами сталкеров встали фигуры «монолитовцев». Последним подошел боец в экзоскелете. Он медленно достал из ножен саблю. Сталь клинка, поржавела, и местами виднелись следы запекшейся крови. Двое других фанатиков, подняли один из трупов, и насадили его головой на кол. Дальше боец в экзе, взмахнув саблей, стремительным ударом рубанул по шеи. Тело упало на землю. Так же сделали и с другими сталкерами. Хобот смотрел на это абсолютно равнодушно, как будто, так и должно быть. «Монолитовцы» выставили колья в круг, в центре разожгли костер, и встали вокруг него. Вскоре появился боец в экзоскелете. У него в руках была старая медная чаша, до краев наполненная кровью.
- Братья! Сегодня мы бились во имя «Монолита». Наш новый брат - Хобот, проявил себя хорошо в бою, убив двух неверных. По этому сегодня он первым сделает глоток, крови врага, дабы насытиться их силой! - «Монолитовец» подал Хоботу чашу. Хотя сталкер понимал, что он делает, его руки, словно сами поднесли чашу к губам. Сделав большой глоток, густой, красной крови, он мокнул кончики пальцев в кровь, и вытер ее о щеку. На лице остался кровавый след. Чаша передавалась из рук в руки, и скоро опустела.
Отряд начал собираться в путь. К Хоботу подошел Сом. Нельзя сказать, что Сом был главой отряда, но и далеко не последним сталкером. Он был какой-то другой, не такой как все эти фанатики. В нем было что-то человеческое, ощущалось сознание, ни как в этих киборгах. По слухам, Сом, будучи еще обычным сталкером, попал под сильный выброс, спасаясь, он угодил в не известную аномалию. После его несколько раз видели на севре «Зоны». Это Хобот помнил еще с рассказов Каймана. Но тот ли это Сом? «Моны» же рассказывали, что «Монолит» давно еще призвал в свои ряды Черного сталкера. И ни кто точно не знает кто он. И вообще был ли Черный сталкер?
Как сказал Ворон, командир отряда, тот, что был в экзоскелете, они шли на базу, отдать жертву Монолиту, что бы набраться сил, и вернуться назад. Дорога, которой шла группа, была абсолютно не знакома Хоботу. С одной стороны ее обхватывали высокие склоны, с другой густой лес. По обочинам встречались поржавевшие Уазики и БТРы, в которых мелькали тела погибших военных. Оборванная амуниция, запекшаяся кровь, страх на лицах погибших - все это тяжелые воспоминания прорыва одиннадцатого года.
«Монолитовцы» продолжали идти на север, и вскоре дорога свернула на запад, где по рассказам был «Радар» или как его еще называли, «Выжигатель мозгов». Но отряд свернул, на другую дорогу, ведущую на север. Повсюду встречались заставы «Монолитовцев», все словно кишело ими. Патрули с собаками то и дело прошмыгивали мимо отряда.
Серая змейка пути вскоре вывела отряд к самой Припяти. Город огромным массивом расстилался на большой долине, изрезанной полосками леса. Отряд вошел в город, через какой-то небольшой спальный район, и немного пройдя, вышел на главную дорогу. Пройдя по ней к центру города, отряд свернул к огромному массиву гостиницы. На крыше и в окнах ее виднелись «мнолитовцы», стерегущие безопасность своего клана. По мертвым улицам сновали многочисленные патрули. Хобот с удивлением глядел на снорков, прошмыгивающих мимо сталкеров, и не обращавших на них внимание. Вскоре отряд вышел к местному дому культуры. Часть фронтовой стены здания разрушилась, видно из-за выбросов, а может быть от времени. На крыше дежурили несколько фанатиков с гранатометами на плечах, и оравших что-то непонятно друг другу.
Хобот поднимался по лестнице, впереди его был только командир отряда, заслонявший вид своим массивным экзоскелетом. Ему казалось, что он стал важным, и нужным отряду и «Монолиту». Пройдя несколько лестничных проемов, отряд вошел в актовый зал. Помещение было разбито, всюду лежали груды мусора, разбитые стулья и перекрошенный паркет. В центре этого хаоса, возвышалась пяти метровая куча мусора, сложенная в форме колоны, и ярко горевшая красными языками огня. В низу этой конструкции, виднелась решетчатая, металлическая конструкция, образовавшая небольшое углубление в стеле. - Это его образ. - Пояснил Ворон, командир отряда, подходя к алтарю. «Монолитовец» сел на колени и склонив голову, начал читать на латыни молитву. - Образ «Монолита». - Пояснил, подошедший к Хоботу, Сом. Дочитав молитву, сталкер отошел в сторону, а на его место сел один из бойцов отряда. Он не начал читать молитву, его бледное лицо было сосредоточено и спокойно. Двое «монолитовцев» вышли из строя, один держал в руках металлический кол, а второй нес саблю наголо. Командир отряда вновь подошел к стеле, ухватив сталкера за волосы.
- Леон наш брат! Он совершил много славных подвигов. Много неверных полегло от его пуль и острой сабли. Давно и верно он служит великому «Монолиту». Но путь его закончен. Силы его иссякли, и чтобы возродиться потом, вновь сильным и храбрым, он сегодня принесет себя в жертву Великому! - Все сталкеры находившиеся в зале сели на колени, склонив голову. Стоять остались лишь трое, Ворон и двое его ассистентов. Вокруг стелы находились ряды кольев с насаженными на них головами. Некоторые из них уже совсем иссохли, а некоторые, отдавая гнилым запахом, только начинали разлагаться. «Монолитовцы» вбили в деревянный пол металлическую арматуру. Леон на коленях подполз к колу, подбородком уперся в острее. Командир, обернувшись к алтарю, опять начал читать молитву на латыни, а двое других резким движением насадили голову Леона на кол. Кровь яркими струйками полилась на пол, а сталкер даже не издал ни одного звука. Хобот спокойно глядел на происходящее хотя, хотя где-то в глубине души в нем кипел ужас, и отвращение к происходящему, но освободить свои чувства он не мог. Ворон взял из рук сталкера саблю, и резким мощным ударом рубанул по шее. Тело Леона рухнуло на землю, забрызгивая пол кровью. Оба ассистента подняли обезглавленное тело, и быстро отправили в нишу, находившуюся в алтаре, облив его бензином. Яркие языки пламени охватили убитого сталкера.
Хобота опять разбудил грохот на улице. Началась гроза. Яркие молнии освещали ночное небо. Дождь, точнее ливень, уже совсем разошелся, затопляя долины и низины «Зоны». Сталкер только сейчас заметил расположившуюся на крыше сарая «жарку». Забившись в угол, и свернувшись в клубок, он опять начал засыпать, под звуки стихии.
И опять воспоминания вновь овладели им.
Это случилось уже в конце его пути. Хобот стал полноценным бойцом «Монолита», и завоевал уважение к себе среди фанатиков. Сегодня путь отряда лежал в глубокую чащу леса. Хобот не знал, что там было такое, но видно что-то очень важное. Отряд двигался по густому мертвому лесу. Кругом сияли аномалии, возле которых встречались редкие останки сталкеров. Кое-где виднелись рассевшиеся по деревьям снайперы из клана. Уже совсем не много оставалось до намеченной цели, когда сильная пальба раздалась впереди. Отряд рывком двинулся вперед, на ходу готовясь к бою, оставляя позади массивы леса. На не большой поляне, окутанной дымом, кипел бой. Разрывы гранат, свист пуль и стоны раненых сливались в единый шум. Хобот первым из отряда кинулся в гущу боя. Он не видел в кого стреляет, он не видел, кто в него стреляет. Случайная, а может быть и совсем не случайная, пуля ударила ему в голову. Металлический верх противогаза, к счастью выдержал попадание. Хобот почувствовал сильную боль в голове. Он не мог понять, где находится, что с ним. Стоя среди поля брани, он в любой момент мог получить вторую пулю, которая отправила бы его на тот свет. Сталкер понял, что стоит в костюме «Монолита», что позади, стреляют фанатики, а впереди засев за деревом остались только двое военных. Он уже давно не ощущал этого чувства, чувства страха, которое окутало его. Он не понимал, что делает здесь, почему стоит в форме «Монолита». Но страх все сильней подступал к нему, и в один момент сталкер не выдержал, кинулся прочь с этой поляны. Хобот, не оглядываясь, бежал, с трудом обходя аномалии. Мимо мелькали столетние стволы дубов и тополей, все они сливались в серый мертвый массив.
Длинные хребты холмов, редкий лес, многочисленные дороги, свивавшиеся в единый путаный клубок. Да! Это «Милитари», территория свободы и не менее свободных сталкеров. Вот только, это ни как не могло помочь Хоботу. Он был в форме «Монолита», на его руках была кровь сталкеров, искать пристанища у них, означало лишь одно - найти верную смерть. Хобот как-то сразу решил, что надо забиться в укромном местечке подальше от глаз всех и вся. Он двинулся на северо-запад, не подходя к выжженным лесам, и держась стороной любых сталкеров.
Впереди показался разбитый сарай, одиноко стоявший на вершине холма. - Вот еще один рывок, и передохну там. - Хобот ускорил шаг, чтобы поскорей оказаться у деревянного сооружения. В этот момент раздался выстрел, и пуля взрыла землю рядом с ним. Сталкер развернулся лицом к тому, кто стрелял, вскидывая к плечу автомат. Перед его взором предстал весь отряд «монолитовцев». Ворон стоял перед строем, держа в руке автомат, из дула которого вился тонкий дымок. «Монолитовец» вскинул еще раз к плечу автомат, и вторая пуля, распорола Хоботу живот. Сталкер упал на землю. Зажимая рану, он пытался отползти назад.
- Если ты думаешь, что я сейчас убью тебя. - Ворон сделал паузу. - Ты глубоко ошибаешься. Мне не нужна твоя смерть. «Зона» убьет тебя. Не сегодня, так завтра, но ты обязательно умрешь. - «Монолитовцы» неожиданно развернулись и ушли прочь.
Коваль с утра решил позадираться с Габуловым, но к середине дня лейтенанту надоело чересчур большое внимании Виктора, и тот решил в серьез начистить ему рожу. Мы с утра выступили к «Выжигателю». Как всегда наш отряд шел в разведке, прочесывая квадрат за квадратом. Очередной хребет привлек наше внимание небольшим сараем, одиноко стоявшим на вершине. Спецназовцы быстро поднялись к строению. И тут Коваль решил опять подоставать Бизона. Массивное тело Габулова с абсолютно не дружелюбной физиономией, накатило на капитана. Коваль поняв, что лейтенант уже совсем не шутит, начал пятиться назад, входя в разбитый дверной проем. - Черт! - Раздался окрик капитана, и мгновенный хлопок раскатился по округе.
- Коваль, мать твоя женщина. - Я влетел в сарай. Капитан держал в руках автомат, а в углу лежал окровавленный сталкер в форме «монолитовцев». - Ты, что палишь? Мы за «языком» шли? Или обоймы на право и на лево расстреливать.
- Да я спиной вошел, и не увидел его. - Начал оправдываться капитан.
- Спокойно сталкер. - Я уселся рядом, достав из аптечки бинт, закрыл им свежую рану. - Ты кто такой сталкер?
- Хоботом кличут. Меня. - Сталкер делал паузы между словами, набирая воздуху, и откашливая кровь. - Я сам не знаю, как попал туда, почему в этой форме. Я был в отряде Отца Валерьяна. Мы с другом отправились на север, и со мной произошло не понятное, я неделю был в рядах «Монолита», а не давно, мы наткнулись на отряд военных, мне попали в голову, и после этого, я словно очнулся после гипноза. - Сталкер собравшись с силами, кратко выдал всю свою историю.
- Ты говорил про военных, где они были? - Я сразу понял, что это и был пропавший отряд военных сталкеров.
- Не помню, это было на поляне, она была среди леса. Их, наверное, всех убили.
- На КПК сможешь примерно показать? - Я сунул сталкеру свой коммуникатор, с включенной картой местности.
Сталкер поводил пальцем по экрану, двигая карту, остановился. - Вот здесь. - Глаза его потускнели, взор уставился в одну точку. Рука медленно легла на пол, сжимая КПК. Я поднял прибор, по середине окровавленного экрана, отображавшего карту, была поляна, на которой были примерные координаты, составленные командованием.

 Глава 5.  

Мы похоронили Хобота возле сарая. Соорудив наспех деревянный крест, и повесив на него противогаз. Долго задерживаться мы не стали. Рядом могли быть патрули «Свободы», и в таком случае они уже двигались в нашу сторону. Кроме того, надо было двигать к основным силам и передать генералу Чернигову информацию, которую узнали у Хобота. Я до сих пор не мог понять, почему на помощь взводу военных сталкеров выслали почти две роты отборных солдат. Обычно спасательные миссии ограничивались двумя - тремя взводами спецназа, да парой вертушек. Здесь же, командование, что-то скрывало. Мы построились в походный порядок и быстрым шагом направились к деревне «Кровососов». Первым в строю шел Прапор, я замыкал строй, постоянно оглядывался назад, нет ли за нами хвоста. Вскоре показалась деревня «Кровососов». С восточной ее стороны располагались бронетранспортеры, а по деревне сновали солдаты. Мы быстро спустились с высотки, и вошли в деревню.
- Сержант! - Я окликнул одного из бойцов.
- Слушаю господин Подполковник!
- Где Чернигов расположился?
- В том доме! - Сержант показал рукой на двух этажный деревянный дом, возле которого располагалась водонапорная вышка.
- Так парни располагайтесь здесь, а я к Чернигову. - Мои бойцы уселись на ящиках с оружием, которые стояли на перекрестке, а я быстрым шагом пошел к дому.
На первом этаже сновали офицеры. Заметив озадаченного Тормасов, я окрикнул его.
- О! Ростов, уже вернулись!? Чернигов наверху. - Напялив на себя каску, полковник вышел на улицу, отдавая какие-то распоряжения солдатам, а я поднялся наверх. Комнат там не было, верхний этаж представлял одно сплошное пространство, посреди него стоял стол, за которым, листая документы, сидел Владимир Александрович. Я, подойдя к нему, вытянулся по струнке.
- Вернулись? Молодцы! Что-нибудь узнали? - Чернигов внимательно смотрел на меня.
- Так точно! Мы нашли одного сталкера, по его словам вся группа полегла в лесу чуть северней южной дороги.
- Что за сталкер? Кто он и где сейчас? - Тут я почувствовал, что генерал просто так не отстанет от меня. Да и этот взвод, который мы ищем не такой уж простой взвод. А быть может, мы и не военных сталкеров ищем?
- В общем, этот сталкер некоторое время находился в рядах «Монолита». Судя по всему Владимир Саныч, кто-то, или что-то хорошо промыло ему мозг. Не знаю, как там все было, но он был с «монолитовцами». Затем, ему в голову попала пуля, и как видно сбила всю программу. Он сбежал. Но перед этим успел побывать в бою с отрядом военных. И указал мне точные координаты того места, а они полностью совпадают с указанными вами. - Пояснил я генералу.
- И где он сейчас?
- Умер. Мы его похоронили здесь, на «Милитари».
- Ладно. Это хорошо теперь мы знаем, где отряд, скоро выступаем туда. - Генерал встал со стула, и подошел к окну.
- Зачем? - Но я не сильно удивился ответу генерала, но теперь я точно знал, что он ищет что-то поважнее погибшего отряда. - Они же мертвы, что смысл лезть в самое пекло, за трупами? Чтобы получить еще погибших? - Я несколько разошелся, но тут же попытался успокоить себя.
- Значит, мы оставим ребят лежать там?
- А что же мы не забирали тела других солдат попавших в такие ситуации?
- Подполковник! Ты слишком много себе позволяешь. Приказ есть приказ! - Вскрикнул на меня генерал.
- Я понимаю, господин генерал, что вы туда не за ребятами идете! Они, наверное, откопали, что-нибудь важное, а вы теперь из кожи лезть, готовы, чтобы заполучить это.
- Так все вышли вон! Кроме Ростова.
Все офицеры послушно спустились вниз. Чернигов, не много подождав, приблизился ко мне.
- Да Ростов! Да! Да! - Шепотом сказал генерал. - Да, нашли мы документы! Причем серьезные! Да, я захотел утереть нос хохлам и пиндосам. - Генерал начал волноваться, и как всегда в таких ситуациях, нервно дергал ус. - Эти бумажки прольют свет на многие, многие загадки «Зоны»!
В это время, в воздухе послышался слабый свист, и по мере того как он усиливался, он становился все более знакомым мне. - Ложись мины! - Вскрикнул я, и упал на землю. И в тот же момент на улице раздался взрыв, а на востоке деревни затрещали автоматы, и пулеметы.- Целы господин генерал? - Поднимаясь на ноги, спросил я.- Да все в порядке, немного уши заложило. - Чернигов встал на ноги, отряхнувшись от пыли, он схватил «Грозу» лежавшую на полу. - Давай на башню, там хорошее место для снайпера.
Чернигову было уже за пятьдесят, но он был живчиком, и с легкостью утер бы нос любому молодому лейтенанту на полосе препятствий. Ростом он был чуть ниже меня, но шириной в плечах не меньше. Не зная его так хорошо, я ему дал от силы сорок лет, но возраст выдавали седые волосы, и небольшие морщины, сильно игравшие, когда он кривил лицом. Мы вместе выбежали на улицу. На земле лежали несколько убитых офицеров. Я скинул с плеча свою бесшумную винтовку, и, перезарядив ее, побежал к башне. Генерал отправился к периметру обороны. Водонапорная вышка была в высоту с четырех этажный дом, и располагалась на небольшом холме. Отсюда открывался прекрасный вид на поле боя. За укрытиями располагались солдаты, отстреливаясь от врагов, а эту линию прерывали «БТРы», поливая врага свинцом. За деревней тянулась не большая гряда холмов, с которых стрелял противник. На верху башни уже сидел один снайпер, его «Драгуновка» басисто выпаливала пули в противника.
- Свободовцы? - Спросил я у коллеги.
- Нет! «Монолитовцы»! - Ответил старлей.
- Вот это да! - Я ни как не ожидал, что «Монолит» начнет нам мешать уже сейчас. - Ты чего без целеуказателя? - Спросил я у старлея.
- Да у меня оптика старая, толку от него? - Ответил снайпер.
- Верно, говоришь. Ты, с какого подразделения?
- Первый взвод, второй роты.
- А ты значит, из роты Кудашева?
- Так точно!
- А какой из взводов у вас пропал?
- Третий, лейтенанта Дубровкина. - Пояснил боец.
Странно! Взвод Дубровкина был не самым лучшим в роте. Тем более, что его ребята были обычными десантниками, а не военными сталкерами, и тем более не спецназом. И почему тогда направили именно их за документами? В батальоне есть и более опытные люди. И почему, Чернигов называл их военными сталкерами? От раздумий меня оторвала пуля, хлопнувшая рядом со мной. Я перевел глаза на поле боя, за не большим кустом сидел снайпер. Не дав ему выпустить еще одну пулю, я его снял. Тут фанатики пошли на приступ, человек сорок не меньше, все хорошо экипированные, многие в экзо-скелетах, атаковали наши позиции во фланг. Мы со старлеем, тот час переключились на них. Между нами началась своеобразная гонка, кто больше снимет противников. «Монолитовцы» поняв, что по ним палят сразу два снайпера, рассыпались, отстреливаясь из-за укрытий. Но не успел я разрядить вторую обойму, как в воздухе, пронесся след от ракеты. Яркая вспышка пронеслась по местности, и на том месте, где еще пару минут был отряд фанатиков, взмылся в воздух огромный столб пыли и земли. Кажется, все полегли. Я перезарядил, свежую обойму, и переключился на фронт атаки. В компьютеризованной оптике только и успевали мелькать головы сталкеров. Резкое шипение раздалось со стороны позиций «монолитовцев», и в нашу сторону устремился дымный след. Ракета неслась нам на встречу, а я словно вкопанный лежал на месте. Старлей подскочив, с криком спрыгнул в люк, на нижний этаж, и тут всю вышку тряхнуло, да так, что казалось, она разрушится еще в воздухе. Мне заложило уши, помутнело в глазах, казалось, что это все. Но, чувствуя дуновение ветерка, запах деревянного пола, и четко различая звук стрельбы, крики солдат, я понял, что меня только контузило. Я с трудом встал на ноги, и заглянул в разрушенный люк, на нижнем уровне разорванный лежал снайпер. Часть стены башни разрушило взрывом, но лестница уцелела. Я хотел, было схватиться за «Винторез», но в башне его не оказалось, рядом лежала только «СВД». Ну да ладно, старая добрая «Драгуновка» не хуже. Схватив винтовку, я начал спускаться в низ, попутно перекрестившись у останков старлея.
Внизу все суетились, навстречу мне выбежали, Габулов и Прапор, с цинками для «ПКМа».
- Жив? - Прапор, притормозил возле меня.
- Да. Голова только болит не много. - Ответил я.
- Эт пустяки! А Савинков где? - Спросил меня лейтенант Габулов.
- Там, остался, на полу, размазанный. - Делая, пауза между словами, ответил я.
- Вот суки! - Крикнул, со злостью крикнул Прапор, на его подвижном лице показались глубокие морщины.
Мы трое кинулись к линии боя. Я с Семеном засел за бронетранспортером, толстый метал брони, хорошо защищал, нас от пуль. Только и успевая высовываться из-за укрытия, что бы ответить огоньком противнику, нам казалось, что фанатики вообще не умирают. Неожиданно, разрезая воздух, появились сразу две «Акулы». Вертолеты накрыли сопки огнем из всех стволов. Тут по расположению прошел приказ, перейти в атаку. Я, схватив «Абакан» лежавшего рядом раненого солдата, под прикрытием брони пошел вперед, не отставал от меня и прапорщик. «БТР» только и успевал давать очереди, в оставшихся живых «монов», не давая нам шанса сделать хотя бы один выстрел. По нам все еще бил миномет, но, вскоре поднявшись на вершину, я обнаружил его. Орудие стояло за грудой поваленных бревен, обслуживали его двое «монолитовцев». Вскинув к плечу винтовку, я сделал два выстрела, обе пули попали в головы. Добив отступающих «монов», мы начали укрепляться на возвышенности.
- Вот же суки! - Ко мне подошел Коваль. - Двенадцать человек убитых, и тридцать шесть раненых!
- Да попали мы. «Монолитовцы» словно пытаются помешать нам, пробиться к отряду. - В слух рассудил я.
- Но, для чего им мешать прорваться к отряду? - Влез Габулов.
- Ну, хотя бы потому, что мы буем совсем рядом с «Радаром». - Ответил я.
- Не знаю, но если у отряда была какая-то важная информация, то «монолитовцы» давно уже ее забрали, и подчистили. - Коваль сел на землю, как и я, облокотился на колесо БТРа.
- И вообще, по-моему, командование, что-то от нас скрывает. - Я встал с земли, поднял «СВД» и «Абакан» и закинул их за плече.
В это время по рации нам поступил приказ, колонной двигаться на юг «Радара». Приказ есть приказ.
Впереди колоны шла «коробка», за ней двигались четыре бронетранспортера. Я сидел на борту «бэхи», нервно сжимая в руках автомат. В спину неудобно упиралась снайперская винтовка, я постоянно ворочался, пытаясь поудобней уложить ее. Потрескавшийся асфальт дороги, под тяжелыми массами машин разрушался еще сильнее. Местность была почти без возвышенностей, где-то на севере виднелся не большой, разрушенный хуторок. Я сразу заметил пару зомби, которые бродили по краю хутора, но они не реагировали на нас, и мы их трогать не стали. Колона постепенно приближалась к барьеру. Издали уже стало видно, что сталкеры снялись с позиций. Давно тут действовала, старая традиция. Добрый офицер кидал нужному сталкеру сообщение о приближающейся колоне войск, и бродяги сразу же покидали позиции. Мы приблизились к оставленным укреплениям.
Барьер, это нечто большее чем цепь укреплений, это то, и главное те, кто сдерживает волны смерти из севера «Зоны». Так сказал когда-то прапорщик Хвостенко. И он был прав. Сами укрепления, что называли сталкеры «барьером», держали лишь одно тропу из тех многочисленных, что вели с севера «Зоны отчуждения». Когда «Свобода» заняла «Военные склады», за «барьер» началась настоящая война. Многочисленные кланы и группировки, просто отряды одиночек-мастеров, хотели держать его, да так, чтобы «барьер» принадлежал только им. Из-за этой войны, «барьер» пришел в упадок на долгое время. Несколько раз и на долго, его занимали «монолитовцы». Лишь год назад сталкеры заключили мирный договор, который определил очередность «дежурств» на линии. После этого «барьер» все-таки удалось возродить. И теперь каждый день на нем дежурили отряды сталкеров.
- Стой танкист! - Я несколько раз ударил по борту прикладом автомата. Коробка резко затормозила.
- Что случилось. - Из люка высунул голову командир экипажа.
- Погоди, немного. Постоим. - Приказал я офицеру. - Четвертое отделение укрепитесь на «барьере», и ждите основные силы.
- Понял вас! - Перекрикивая шум двигателей, крикнули с последней машины.
Эй! Танкист поехали! - Я дал отмашку, и броня вновь двинулась.
Обогнув барьер, три машины двинулись дальше на север. Здесь начинался ад. Дорогу на север преграждал не большой военный блокпост. Сейчас им владели «монолитовцы», и чтобы не понести потерь, и свободно пройти дальше, мы устроили небольшую спецоперацию. Я, капитан Коваль и Бизон, слезли с брони, и по склону двинулись к блокпосту. Прапор, Блоха и Потап двинулись по дороги к нему. Вскоре, мы уже все видели блок пост. На нем дежурили человек семь фанатиков. Первыми атаковала группа Потапова, накрыв блокпост шквальным огнем. «Монолитовцы» клюнули на нашу приманку. Растянувшись цепью, фанатики начали отстреливаться от нападавших, совершено забыв о флангах. Церемониться мы с ними не стали, а просто расстреляли из подствольных гранатометов. Всех семерых сталкеров разбросало по сторонам, и теперь путь был открыт. Я связался по рации с колонной, что бы они выдвигались к блокпосту.
Мы быстро спустились с высотки. Я сел на проржавевший остов «Урала», который тут стоял еще со времен первой аварии.
- Эх! Водки бы грамм сто. - Я вытащил, пустую флягу из жилета.
- Да! Это правильно. Подлечиться бы не мешало, радиацию вывести. - Витя расплылся в ехидной улыбке.
- Вот так, у вас всегда, с утра пивко, в обед коньяк, а под вечер водка. С утра опять пивко, дабы подлечиться. - С усмешкой прокомментировал Потапов.
Майор Потапов, до моего прихода в отряд был заместителем командира. Тогда спецгруппой командовал майор Терешков, и офицер, получив несколько серьезных ран, должен был на неопределенный срок покинуть ряды. Коля Потапов, должен был возглавить отряд, но тут прислали меня. На десять лет младше, на звание старше, не нуждающийся в чьем-то мнении, я сразу не взлюбился майору. Сам Николай был человек хороший, всегда готовый помочь, дружелюбный и приятный в общении. Но между нами была пропасть. Сколько я не пытался засыпать эту пропасть своим дружелюбием, ни чего у меня не выходило.
Довольно скоро подошла бронетехника. Мы залезли на борт коробки, и двинулись дальше. Позади нас оставались искореженные машины, военная техника, погибшие сталкеры, колья с насаженными на них головами искателей. Все это было настоящим ужасом. Казалось, ад уже опустился на землю, и судный день уже начался. А где-то в дали уже слышались импульсы «Выжигателя».
- Мы, рядом от того места! - Ко мне обратился Потапов.
- Хорошо! Вижу! - Я глядел на КПК, мы действительно находились рядом с местом гибели отряда.
- Колона стоять! - Перекрикивая шум двигателей, я опять стукнул прикладом по борту.
- Чего случилось? - Вылез из люка танкист.
- Так бронетранспортеры, едете, перегораживаете дорогу, а мы к месту гибели отряда.
- Вас понял! - Крикнул мне офицер с «БТРа».
Тут мы снова разделились, наша коробка двинулась к нашей цели, а БТРы с десантниками остались прикрывать нас с тылу. Съехав с дороги, мы двинулись на запад, где-то вдали виднелась длинная стена, научного центра технического обслуживания «Радара». Скоро начался густой лес, и бронемашина не могла ехать дальше.
- Все командир приехали! - Из люка опять вылез командир.
- Да понятно! - Ответил я. - Десант! - Я первым спрыгнул с брони, закинув на плече автомат и сняв «СВД».
Вдали показались фигуры в коричневых мундирах. «Монолитовцы» с ходу открыли огонь по нам. Я, быстро вскинув к плечу винтовку, пристрелив пару сталкеров, но тут рядом со мной разорвалась граната. Меня откинуло в сторону, слава богу, крепкий бронекостюм выдержал взрыв. В голове гудело, а в глазах помутнело, я подлез к бэхи и облокотившись о нее, достал аптечку. Вколов себе хорошую порцию адреналина, вскинул вновь к плечу винтовку, и начал разряжать в фанатиков обойму винтовки. Тут грохотнуло орудие «БМП», в рядах наступающих сталкеров показался султан земли и дыма. И еще один выстрел разорвал нескольких сталкеров, а за тем последовал еще один выстрел. Мы вместе с десантниками, продолжали отстреливаться от врага. Со стороны «монолитовцев» послышалось шипение, и в коробку влетел снаряд из тяжелого гранатомета. Сноп огня и дыма, взвиваясь в воздух, поднимал башню машины, которая, покрутившись в воздухе, рухнула на землю. Неожиданно второй снаряд влетел в наш строй, несколько десантников разорвало, а остальных раскидало по сторонам. Сухой лес охватил огонь, стрельба не умолкала. Прапор, закинув на плече «Муху» дал залп по противнику. Снаряд, оставляя тонкий дымный след, разорвался над головами сталкеров. Я рухнул в куст, скрывшись от глаз противника, и недолго целясь, начал поливать врага меткими залпами. Вскоре фанатики перестали лезть на нас.
Бой закончился, и, перегруппировавшись, мы цепью двинулись дальше. Резко в воздухе пронесся звук выстрела, пуля зацепила одного из десантников, и тот от неожиданности отскочил в сторону, угодив в «гравитационную плешь». Я рефлексно скинул к плечу «СВД». Раздался второй выстрел, пуля попала Блохину в плечо, откинув его назад, в паре метрах от него, на ржавом остове «Урала», сверкая, трещала «Электра». Но мне удалось, заметить снайпера, тот сидел на старом дереве, и прикрывался жгучим пухом. Эх! Как я мечтал всегда так сделать - пуля, пробив оптику, попала в глаз снайперу, и тот даже не издав звука, рухнул на землю.
- Блоха жив? - Подлетел к раненому Прапор.
- Жив. Блин. Козел как цепанул. - Ответил лейтенант.
- Эт еще снайпер хреновый! Был бы наш Балосс! - От комментировал Коваль.
- Да ни очень-то он и хреновый. - Я нахмурился, указывая на погибшего десантника. Рядом с товарищем стояли два последних бойца из отделения.
- Так двигаемся дальше. - Подняв с земли, «Абакан», сказал я.
- А как же, Печеркин? - Остановил меня один из десантников.
- Тело мы не сможем вытащить без оборудования, только сами рядом ляжем. Так что двигаемся дальше. - Строго ответил я.
Мы продолжили двигаться к месту гибели отряда. Шли мы медленно и осторожно, дабы не попасть в аномалии, которых тут было много. На нашем пути вырос «Симбионт» - из земли, словно пальцы чьей-то руки торчали пять выростов, метров по три высотой, в центре, слегка поблескивая, виднелась «жарка», по краям крутились «Мясорубки». Местность рядом с аномалией была усеяна останками животных и сталкеров. Мы медленно обошли ее стороной, но тут за нашими спинами послышался выстрел. Народ мгновенно разбежался в стороны.
- Мочи. Бей, бей, в атку-у. да-а!. - Послышалось не связанное бормотание.
Габулов дал очередь, видно сам не зная куда, но зомби упал на землю и затих.
- Черт, напугал та как! - Быстро подойдя к телу, сказал лейтенант. Тут он перевел взгляд на аномалию. - Дьявол! - Бизон открыл огонь в сторону аномалии. От туда послышался чей-то жалобный стон. Я первым подбежал к тому месту. Среди блестящих аномалий, лежали тела еще нескольких зомби.
- Хорошо я первым их заметил! Так бы сейчас червей кормил! - Габулов подошел к аномалии.
Мы продолжили двигаться. Вскоре место гибели взвода, помеченное на КПК, стало рядом с нами, быстро мигая на карте. Мы рассредоточились, и цепью двинулись к назначенному месту. Передо мной словно направляющая, торчал длинный ствол «СВД», я был готов в любой момент вскинуть его к плечу, чтобы открыть огонь. Вот и кончился лес. Перед нами была большая поляна. Чуть северо-западней, за не большой возвышенностью виднелся радарный комплекс, точней его верхушка. Но самое интересное было посреди поляны. Там не было трупов погибших военных. Там был вход в какой-то бункер. Я сначала было подумал, что это очередной заброшенный объект. Но тут, дверь в бункер приоткрылась, из нутрии вышел «монолитовец». Сталкер оглядев местность, махнул рукой, широкие ворота распахнулись, и из сооружения выехал старенький «ЗИЛ». Машина остановилась рядом с въездом. Из бункера вышли двое фанатиков, что-то активно обсуждая. Вслед за сталкерами из бункера вышли три человека в комбинезонах, какие носят ученые изучающие «Зону». Мы удивлено переглянулись с сидевшим рядом Хвостенко.- Это кто? - Прапор посмотрел на меня.- Ученые с «Янтаря»! - Усмехнувшись, ответил я. Хотя до смеха тут было далеко. Я ни как не мог увидеть тела погибших солдат, и все больше подозревал, что нас сюда послали не за взводом. Бункер - вот видимо та цель, которую искал Чернигов. И важность этого объекта легко затмила жизни многих солдат.
Сталкеры и ученые забрались на кузов грузовика. Машина тронулась с места. Я махнул рукой в сторону бункера, и весь отряд, открыв огонь, двинулся вперед. Блохин дал залп из подствольника, граната попала в кабину машины. Яркая вспышка осветила серое небо, в воздух взметнулся сноп огня, и грузовик, продолжая двигаться, перевернулся. - Размолотим! Смерть неверным! - Раздалось со стороны бункера, и вслед, из открытой двери разнесся грохот пулемета. Один из десантников рванулся вперед, кинув гранату, но пули сразили его. Солдат упал на колени, еще пара пуль ударила в его тело, и тут в нутрии бункера грохнул взрыв. Пулемет утих. Солдат продолжал бороться со смертью стоя на коленях и сжимая в руке автомат. Выстрел. Пуля раскрошила череп десантнику, и его тело мертвым грузом упало на землю.
Нам на встречу из убежища выбежали человек десять «монолитовцев», открыв огонь. Опыт и более лучшие вооружение были на нашей стороне. Вскоре фанатики начали отступать внутрь сооружения. Кто-то из бойцов дал залп из подствольника, внутри бункера разнесся взрыв и вспыхнул пожар. Мы, было, вновь кинулись вперед, но в наш строй влетела граната. От взрыва ни кто не пострадал, но мы сбавили темп, оправляясь от попадания. Мой взгляд упал на вышедшего в проход «монолитовца» в экзоскелете. В руке он держал что-то очень похожее на взрыватель. Прапор кинулся на него. Мощный удар прикладом «Грозы» по голове сбил сталкера с ног. Я видел, как падает, выпущенный из руки взрыватель, как Хвостенко выпустив во врага обойму, начал перезаряжать автомат. Огромный сноп огня вырвался наружу, грохот разнесся по местности, клубы дыма окутали поляну. Подскочив на ноги, я кинулся к разрушенному сооружению. Под грудой обломков лежал прапорщик Семен Хвостенко. Это был его последний поход…
Сегодня флаг и знамена на форте были приспущены. Черные ленты слегка покачивались на ветру. Слишком много солдат вчера отдали свои жизни за этот бункер, а мы даже и не знали, что это за сооружение было, и почему оно было так ценно. На плацу стояли гробы накрытые триколором. По периметру, выстроившись в каре, стояли бойцы батальона. Прощальную речь читал полковник Тормасов. Чернигова весь день не было видно, а у меня было слишком много вопросов к нему. Я не стал дожидаться конца церемонии. - Да простят меня сослуживцы.
Я вошел в форт. Бетонные стены коридоров сегодня были по-особому холодны и неприветливы. Спустившись на второй этаж, я быстрым шагом дошел до кабинета генерала. Несколько раз, стукнув по двери, я вошел в кабинет. Через узкое окошко пробивались лучи света, на столе тускло горела лампа, как всегда было сильно накурено.
- Что тебе Ростов? - Генерал был сегодня не приветлив.
- Этот бункер, зачем он был нужен вам? - Я облокотился на шкаф.
- Какой бункер? А бункер. Знаешь. - Чернигов встал и подошел ко мне. - Я первый раз от тебя, узнал о бункере.
- Господин генерал. Вы послали нас на примерные координаты гибели отряда. Хобот подтвердил примерно такие же координаты. Отряда не было, был бункер, который «монолитовцы» взорвали в месте с собой, дабы не дать его нам. И я думаю, что вы знаете об этом бункере, но молчите. - К моему лицу начала подступать кровь.
- Ростов ты слишком много позволяешь себе. А я тебе вновь говорю, что я об этом бункере ни чего не знаю. - Настаивал на своем генерал.
- Какая же ты сука Чернигов. - Я сам, не ожидая от себя такого, резким движением ударил генерала в живот.
- Ты чего!? - Сквозь зубы, с удивлением и растерянностью, держась за живот, проговорил Чернигов.
- Сколько солдат полегло? И из-за чего? Из-за груды железобетона!? - Я наклонился к уху офицера.
- Это не груда железобетона. - Ответил генерал.
- А! Так вы знаете все-таки о нем? - Я уселся на стул. - Я просто хочу знать, ради чего погиб Хвостенко, ради чего погибли молодые пацаны.
- Знаю, я о бункере. Знаю. - Генерал сел, на пол облокотившись о стену. - Все это началось еще до прорыва одиннадцатого года. Я тогда еще был майором, и грезил о славе и подвигах. Я командовал ротой военных сталкеров, и однажды меня с взводом отправили на «Янтарь», охранять ученых. Меня тогда давно уже интересовала загадка «Выжигателя». И тут в последнюю ночь нашего дежурства, в лагерь пришел раненый сталкер. Он был не такой как все сталкеры в то время, много рассказывал, травил байки. В общем, он рассказал, что он ходил на север к «Выжигателю», и наткнулся в лесу на странный бункер, говорят, что когда-то, радар обслуживал дополнительный «объект», где в случай ядерного удара мог укрыться персонал, и возможно этот бункер как-то связан с «Выжигателем». Но я тогда не особо поверил, что он был там на севере. Мне казалось, что он врет. И вот прошло какое-то время, я уже и подзабыл о том сталкере, и тут прорыв. Солдаты, техника, ученые. Все рванулись к центру «Зоны». Это было грандиозная, операция, да ты и сам знаешь. Все поначалу шло как по маслу, но по мере приближения к центру становилось все труднее и труднее. Когда мы были на радаре, мне поступил приказ - где-то в глубине леса были перехвачены вражеские переговоры, надо было проверить, что там. Я с взводом добрался до того места. И что ты думаешь? Там стоял то самый бункер! И я уже не сомневался что это один из ключей к разгадке тайны, если не всей «Зоны», но уж «Выжигателя» точно! Но не успели мы сделать и шагу к нему, как поступил приказ о всеобщем отступлении. В общем, там уже другая история. Но я задался целью, во что бы, то, ни стало захватить этот бункер.
- И почему вы сразу ни чего не рассказали мне? - Я закинул голову, назад глядя на потолок.
- Не знаю. - Генерал схватился за голову. - Я виноват перед вами, всеми.
- Теперь мы еще видно долго не узнаем тайну «Выжигателя». - Я встал со стула, и направился к выходу.
- Но мы все узнаем, только время прейдет. - Генерал сказал как-то странно, что ли, словно не договаривая.
Ночь была темная, через узкие окошки не пробивался свет звезд и луны. В коридоре стояла мертвая тишина. Я не мог заснуть, мучили кошмары. И ни как из головы не выходил Прапор. Его окровавленное лицо, измазанное пылью. Я пытался заснуть, но тут на мозг начинала давить тишина. Темнота сегодня была ужасна. Я накрылся одеялом, зажмурил глаза. Но тут снова тишина. Все это хуже «Выжигателя» давило на сознание. Мне казалось - вот чуть-чуть и я сойду с ума. Но в коридоре послышался топот башмаков, а через пару минут в дверь постучали.
- Господин подполковник. Вас к себе генерал Чернигов вызывает! - Раздался голос с наружи.
- Сейчас прибуду. - На душе стало легче. Я подскочил, нащупал в темноте выключатель, и поставил тусклый свет. Быстро одевшись, я добежал до кабинета генерала, где меня ждал сюрприз.
 Глава 6.  
Боров глубоко затянулся сигаретой, сжав в руке, и выбросив в сторону, синею пачку сигарет. Около него возился человек в коричневом пальто, и с очками на глазах, нервно перебирая бинты и таблетки в аптечки.- Где же эта зеленка? - мужчина высыпал все содержимое аптечки на пол. - Доктор ви не це шукаєте? - Пацанчик, сидевший рядом с Боровом на не достроенной стенке дома, показал в руке тюбик с зеленкой.
- Ты что смешной? Отдай, я ведь хлопца лечу! - Ответил доктор.
- А вы возьмите! - Усмехнулся в ответ парнишка.
- Ганс отдай зеленку. То прибью сейчас. - Строго ответил Боров.
Парнишка сунул доктору зеленку, обижено отвернулся, уставившись на большое поле. Здесь в «Темной долине» не смотря на частые радиоактивные осадки, на кислотные дожди, трава была всегда зеленой, да и деревья были не такие мертвые как везде.
- А, що це пан, військові розв'язали нас притиснути? - Крутил автомат, внимательно разглядывая его.
- Ну, всякое бывает. Может, решили, что мы себя слишком вольно ведем. - Ответил Боров, сморщив полное лицо.
- А может быть и не просто решили нас прижать, а что-то планируют. - Высказал свое мнение доктор.
- Так що они можуть планувати? Навели шереху й все на цьому! - Перебил парнишка.
- Да нет! Я тут не давно, невольно подслушал разговор двух сталкеров в баре «Свободы». - Доктор остановился.
- Какой такой разговор? - Удивлено спросил Боров.
- Говорили они о той половине ключа, что ты носишь с собой. - Ответил доктор.
- А откуда они знают о нем? - На лице Борова появилась испарина.
- Ну, один из сталкеров знал, что у тебя есть этот ключ, и знал от чего он, но не знал, где ты его держишь, а второй поведал ему об этом. - Доктор закончил перевязку, и начал складывать свой чемоданчик.
- Тот второй сталкер мне знаком. - Боров надвинул брови на глаза.
- Да. Это Боря Хитрец. - Коротко ответил доктор.
- О чем они еще говорили? - Любопытно поинтересовался бригадир.
- Да я точно не скажу, но больно тот не известный сталкер интересовался ключом.
- А хто міг бути цей сталкер? - Ганс развернулся к доктору.
- Не знаю, может быть, информатор военных. А может быть просто любознательный сталкер. - Ответил доктор.
- Так, Ганс! Собирайся, возьми пацанов и найди эту суку Хитреца. - Боров был явно разозлен.
- А де мені його шукати? Цей Боря міг уколесить куди завгодно. - Возмущено ответил пацанчик.
- Свяжись с ним по КПК, он явно где-нибудь на свалке, сталкерскую молодежь гопит.
Парнишка соскочил со стенки, прихватив «Калаш», и отправился к выходу из комнаты.
У самой двери он остановился.
- А що з ним робити? - Обратился он к Борову.
- Ко мне веди, он живим, мне нужен.
Ганс вышел из комнаты, и направился вниз по лестнице. На лестничных пролетах стояли несколько часовых, поприветствовав их, Ганс двинулся дальше. Спустившись на первый этаж, он прошел по длинному коридору, и завернул в одну из комнат. Там на полу процеживая через себя водку, сидели человек десять мародеров.
- Знову радіацію виводите! - Усмехнулся Ганс.
- А мы не хотим, чтобы у нас чешуя выросла! - Ответил один из бандитов.
- Добре, збирайтеся, Боров наказав доставити йому парубійка одного. - Ганс подошел к выходу. - А кто такой, если не секрет? - Переспросил тот - же мародер. - Боря Хитрец. - Ответил Ганс, выходя в коридор.
Сидевший народ, разом поднялся, прихватив оружие, двинулся за Гансом. Путь до «Свалки» пролегал через знакомую местность, через хоженые тропки, где редко встречались сталкеры и монстры. Отряд шел медленно, кругами обходя каждую аномалию, стараясь не приближаться к стаям слепых псов, кое-где можно было увидеть кабанов. Отряд спустился в глубокий овраг, здесь стоял старый пост «Свободы», но сейчас он был пуст и разрушен. Редко сталкеры останавливались здесь, зная о том, что рядом полно гопоты. Пару минут передохнув, мародеры двинулись дальше. Дорога дальше была почти полностью чиста, и отряд прибавил в скорости. Проскочив еще с пару километров по дороге, которая была прикрыта редкими деревьями и валунами, они вышли к «Свалке». Две территории «Зоны» разделялись довольно длинным хребтом, который в нескольких местах прерывался ложбинами. Путь, которым шел отряд, был кротчайшим, но в, тоже время ложбинка между двумя сопками была полностью заражена радиацией. Ганс посмотрев в сторону «Свалки», снял капюшон, вытащил из сумки противогаз, и натянул на себя. Все бойцы в отряде последовали его примеру. Вскоре отряд двинулся дальше. По пути мелькали поржавевшие треугольные знаки, оставшиеся еще со времен СССР, предупреждающие о радиации. Отряд двигался скорым шагом, чтобы по быстрей покинуть опасную зону, и мародеры совсем забыли об аномалиях. Вдруг Леша Хорек, один из известнейших гопов Борова, подлетел вверх, и с криком рухнул на землю. На том месте, где еще пару мгновений назад стоял бандит, колыхая воздух. Пацаны сбежались к телу товарища. Руки, ноги были переломаны, а с головы струилась кровь - Леха упал прямо на камень.
- Усі пацани, йому пиздец, рухаємося далі. - Скомандовал Ганс.
- Не, братан так не пойдет! Че мы просто так оставим его здесь? - Оборвал его один из гопов.
- Ти що огризатися зібрався? Пішов швидко, те зараз раком побіжиш. - Закричал Ганс.
Мародер нахмурился и двинулся дальше. Пошел и весь отряд. Пройдя еще с километр, отряд остановился. Впереди были развалины какого-то старого корпуса, где постоянно ошивались сталкеры.
- Сема побери половину загону й вали на завод, тільки дивися на сталкеров не наривайся. А я с іншими в концтабір прогуляюся. - Распорядился Ганс.
Отряд, обойдя сталкерский привал, разделился. Быстро Ганс дошел до концлагеря, где были свои. На входе в будке дежурил какой-то пацанчик лет четырнадцати. За плечом у него была старенькая двустволка. Он глубоко затянулся сигаретой, и окликнул Ганса.
- Эй! Баран куда прешь? - Пацанчик вышел из будки.
- Що не бачиш, свої йдуть? - Ответил Ганс. - А за барана обличчя зараз розіб'ю.
- Нельзя туда, старший сказал ни кого не пущать. - Снизив тон, ответил малой.
- Мені можна! - Усмехнулся Ганс.
- Ты тут не командуй, то пристрелю. - Мальчишка скинул с плеча ружье.
- Я ж тебе сука! - Ганс схватил пацана за шею, и с силой ударил лицом о колено.
Малой всхлипнув, упал на землю, но как видно не растерялся, направив в сторону Ганса ружье, и выстрелил. В воздухе разнесся свист картечи, и один из парней Ганса, застонав, упал на землю. Но и не растерялся Ганс, быстро вырвав ружье из рук стрелявшего, он вскинул его к плечу и почти в упор высадил второй патрон с картечью, от которой голова пацанчика разлетелась в стороны.
На звук стрельбы выбежали дежурный по лагерю со своими помощниками.
- Че тут случилось? - Опешивши, один из них остановился у трупа.
- Так виродок цей мого пацана підстрелив. - Ответил спокойным голосом Ганс.
- Ну, Ганс, ты вообще рамки попутал, что сразу шмалять? - Ответил старший.
- А я не відразу! - Усмехнулся мародер.
Взяв под руки своего раненого, и убрав труп с дороги, все гопы двинулись вовнутрь концлагеря. В центре стоял фургончик, где обитал хозяин лагеря - Миха Туз. Оставив отряд у костра, Ганс двинулся к фургону.
- Опа! Ганс по здорову тебе!- Радостным голосом, поздоровался Туз.
- Здоровий картяр. - Пожал ему руку Ганс.
- Ты сюда зачем? Раба купить? Или дело, какое? - Туз достал водку, и палку колбасы.
- По делу Туз. - Серьезным голосом ответил Ганс.
- Оба, что случилось? - Миха налил стакан прозрачной и рубанув колбасу, подал Гансу.
- Так отут Борову, терміново знадобився Боря Хитрун. Ти його не бачив? - Ганс вслед, за словами, залпом осушил стакан, закусив колбасой.
- Видел, и совсем недавно! Когда? - Туз спросил сам себя. - Вчера! Мы до вечера с ним пили водку, а с утра он отправился на фабрику, к Магадану.
В это время где-то вдали зазвучала автоматная канонада. На столе зашипела рация, из нее хрипло вырвался крик.
- Мля народ! Наших бьют, нужна помощь, пацаны шматнитесь к нам.
- Сука! - Туз выбежал на улицу. - Народ подъем! На фабрике беспредел творится.
- Збирай хлопців, я зі своїми вперед піду. - Предложил Ганс.
- Да верно, а я пока отряд свой соберу. - Ответил Туз. Оставив раненого, отряд ганса двинулся к фабрике. До нее было пара километров, и отряд быстрым ходом приближался к нему. В рации то и дело прорывался голос.- Ганс, это Магадан быстрей! Быстрей! Под ногами только и мелькали обрывки земли, и поднимаемая пыль. Отряд быстро добежал до восточных ворот фабрики. На входе, окровавленный, с дрожащими руками и без ноги лежал Гарик Стрелец, заместитель Магадана. Мародер, заметя своих еще больше затряс руками, пытаясь что-то сказать, но из его глотки вырывались лишь не связанные слова. Ганс не стал вслушаться в его бред, и кинулся внутрь здания. По корпусу мелькали гопы, а за грудой небольших ящиков отстреливался Магадан.
Магадан был старшим на фабрике, он пришел в «Зону отчуждения» еще до армейского прорыва. Говорят он не сразу начал заниматься мародерством, но распри с коллегами повернули его на тропу гоп-стопа. Не малый хабар срывал он, грабя новичков, убивая ученых. Его несколько раз пытались поймать «долговцы», но безрезультатно. Сам Магадан много о себе не рассказывал, знали все только, что он с десяток лет пробыл в «местах не столь отдаленных» на Магадане. В отличие от грузного и попросту толстого, ленивого Борова, Магадан был настоящий спортсмен. Он запросто мог унести на себе с десяток «Калашей», со «Свалки» до «Янтаря».
Ганс упал рядом с Магаданом, передернув затвор, высунулся из-за ящиков. Он только сейчас увидел, что на другом конце завода мелькают фигуры сталкеров в навороченных костюмах, а местами виднелись даже экзоскелеты. Серьезные люди напали на фабрику. Ганс дав несколько коротких очередей в сторону врага, вновь укрылся за ящиками.
- Магадан, де Боря Хитрун? - Ганс толкнул гопа в бок.
- Умотал твой Хитрец, только пятки и мелькали. - Ответил Магадан.
- Куди? - Любопытно поинтересовался Ганс.
- Хрен его знает, на восток, по-моему. Коммуникатор у него вроде включен. Если он еще рядом то найдешь. - Магадан перезарядил «Калаш», и снова начал поливать врага свинцом. Ганс послушавшись старшего, достал свой КПК и посмотрел контакты.
- Так він у сітки, виходить, я його по GPS знайду. - Подумал Ганс. - Есть, от він! - Вскрикнул мародер.
- Что такое? - Удивлено спросил Магадан.
- Так так ні чого. Просто радий бачити його. - Ехидно усмехнулся парень. Костиль, підете із мною, усі інші сидять тут - Раздал приказания Ганс.
На электронной карте в коммуникаторе ганса мелькала красная точка, с подписью - Хитрец. Он был в паре километрах от сюда, на привале сталкеров.
Ганс быстро выскочив из-под огня, выбежал за пределы фабрики, а за ним и двое его товарищей. Они быстрым шагом кинулись к стоянке сталкеров, называемой «барахолкой». Дошли они до места за полчаса. Трех этажное здание было на половину разрушено, в уцелевшей части расположились сталкеры. Их было человек десять, и они все были диггерами, капающими дорогое оборудование в захоронениях свалки. Пара диггеров не представляла бы опасности для них, но десяток, это уже было серьезно. Ганс внимательно осматривал местность в бинокль, самое главное, чтобы не было по близости ни каких препятствий для маневрирования. Серые тяжелые тучи уже не могли сдерживать воду, и дождь, словно из ведра обрушился на землю, заглушая звуки. Парень еще с минутку подождал, и у него в голове уже обрисовался конкретный план. Оставив обоих товарищей на этой позиции, он, прикрываясь зарослями, обошел стороной сталкерское пристанище. Тут у него задребезжал КПК. На нем высветился звонок от Филина. - Че случилось? - Ганс углубился в кустарник. - Хитрец, а с ним еще двое направились за корпус. - Прохрипел голос из КПК. - Так это еще больше упрощает задачу. - Подумал Ганс, и вылез на окраину зарослей.
Идя у стенки, трое сталкеров то и дело оглядывались по сторонам. Они дошли до входа в подвал, вновь оглянулись по сторонам, а затем один из них достал из кармана ключ, и немного повозившись с замком, открыл дверь. Первым внутрь вошел Хитрец, за ним не высокий, коренастый сталкер с «Немкой в руках». Последний, высокий, худощавый и сутулый парнишка, открывавший дверь, оглянувшись, то же шмыгнул во внутрь здания. Ганс немного подождал, пока часовой сталкер, стоявший на третьем этаже здания, не скрылся из виду, и затем, быстро добежав до подвала, рухнул на землю. Сняв автомат с предохранителя, Ганс нацепил на него глушитель. Тихо открыв дверь, мародер острожными шагами начал спускаться вниз. Ганс хорошо знал этот подвал, он как-то раз прятался тут от выброса. Небольшая, бетонная лестница вела вниз, за тем был небольшой квадратный зал, от которого в сторону корпуса отходило еще одно помещенье. Именно там, и был Хитрец с его товарищами. Мародер подошел к входу второго зала, внимательно прислушиваясь к разговору сталкеров.
- Чуть копыта не отбросил. - Звучал голос Хитреца. - Уроды. Хорошо хоть не заметили, а может быть, за пленного приняли, я же в сталкерском костюме.
- А кто был то? «Долг»? - Прозвучал другой, низкий голос.
- Да вроде одиночки. Я разглядывать не стал. - Ответил Хитрец.
- А чего они напали на Магадана? Сколько не трогали его. Хоть он и мешал сталкерам. - Спросил третий из сталкеров.
- Да черт их знает. Может быть, Магадан кому-то из сталкеров сильно дорогу перешел, а может, просто надоело соседство с гопами. - Ответил Боря.
- А ми це з'ясуємо ще! - Ганс выскочил из-за угла, дав две очереди в сталкеров. Оба незнакомых сталкеров рухнули на пол, а Хитрец, растерявшись, поднял руки вверх. Ганс не стал церемониться с бродягой, ударив его по лицу прикладом. Хитрец, потеряв, сознание упал на бетонный пол. Подняв на спину сталкера, гопник выбрался из подвала, и быстрым шагом кинулся в сторону, где сидели свои. Часовой в очередной раз обходя «барахолку» заметил убегающего мародера, и сразу же открыл огонь, пули только и успевали падать рядом с гопом, а одна из них попала в Бориса. Тот, видно от сильной боли, очнулся, жалобно всхлипнув. Ганса прикрыли его ребята, отрыв шквальный огонь по корпусу. Мародер вскоре оказался в зарослях, скинув Хитреца на землю, перезарядил автомат, и начал отстреливаться.
- Вистачайте цього! - Ганс кивнул головой на сталкера. - І тягнете. Ідемо до "Темної долини".
- А как же наши? Они ведь перемрут на фабрике. - Филин хотел, было воспротивиться.
- Ти що смішної? Хлопцям скоріше всього кінець, а в мене наказ пахана, доставити це тіло йому. - Отрезал Ганс. Схватив под плечи сталкера, гопы начали отступать в сторону «Долины».
Боря лежал на холодном полу. Сильно болела спина, не чувствовалось ног, словно их оторвало. Через оконный проем задувал ветер. За закрытой дверью слышался чей-то кашель, и медленные шаги. Снаряги на нем не было, остался только брезентовый комбинезон. Сталкер попытался встать, но ноги были словно ватные, и он опять оказался на полу. Холодный воздух из окна дул на Хитреца, и тот отполз к углу комнаты, где горел костер. Здесь было теплее. Хитрец сразу осознал, что не выберется от сюда живим. Время тянулось с ужасной медленностью, как ему казалось. В коридоре послышался знакомый низкий голос Борова, а за ним и украинский говор Ганса.
- Открывай дубина! - Гаркнул Боров.
- Сейчас, секунду. - Послышался звон ключей.
- Що копаєшся, давай швидше, пан чекає! - Прохрипел Ганс.
Дверь открылась, и в комнату первым вошел Боров. Вслед за ним заскочил какой-то пацанчик, быстро поставив бригадиру стул. Боров, тяжко сел на стул, оправив кожаный плащ. Рядом с ним встал Ганс, держа на руках «Калаш».
- Ну, что, говори сука, только честно кому ты про мой ключ растрепался! - Немного радостным голосом, сказал Боров.
- Какой ключ? Боров ты что? Я даже не пойму о чем ты. - Хитрец облокотился о стену, делая вид, что не понимает бригадира.
- Вот этот ключ! - Боров достал цепочку, на которой висел электронный ключ. - Вот этот ключ, о котором ты растрепал какому-то сталкеру в баре у «свободовцев»…
- Боров, не смеши, я даже к «вольникам» нос не сую. - Перебил бригадира Хитрец.
- Ганс, объясни ему, что перебивать меня плохо.- Боров достал из пачки сигарету, но, повертев ее в руке, выкинул на пол.
Ганс, медленно подошел к Хитрецу, и резким движением пнул сталкера в живот. Боря скрючился на полу, откашливаясь кровью.
- Ну, что будешь дальше молчать? - Лицо Борова стало напряженным.
- Сука ты Боров. Вот, что я тебе скажу. - Хитрец злым взглядом посмотрел на гопа.
На это Ганс схватил его руку, и, прижав к земле ногой, достал из кармана охотничий нож.
- Говори, хто цікавився ключем! - Заорал Ганс. - Мовчиш!? - Ганс с силой рубанул по пальцам сталкеру. Хитрец, вскрикнув, задергался, словно в предсмертных конвульсиях. На бетонный пол потекли струйки крови.
- Говори! Говори! - Во весь голос орал Ганс. - Я тобі зараз усю руку відріжу.
- Не надо! - Вскрикнул сталкер. - Я не знаю, кто этот сталкер, он просил называть его просто - сталкер. Кто он, от куда, я не знаю. Он мне деньги хорошие заплатил, вот я и все ему рассказал.
- Что рассказал? Говори все.- Спокойным голосом сказал Боров.
- Он спрашивал, когда часовые сменяются, как быстрей до тебя добраться, сколько людей на базе. Прошу не убивайте. - Жалобным голосом, тараторил Хитрец.
- Чепа! Зайди сюда. - Рявкнул Боров.
В комнату заскочил пацанчик, что ставил стул.
- Да пан. - Малой был сосредоточенным и серьезным на внешность.
- Уберите этот мусор. - Боров подошел к сталкеру, и с силой ударил его ногой по лицу.
- Без базара, пан. - Ганс передернул затвор автомата, и выстрелил в голову сталкера. Кровь разбрызгалась по стенке, и несколько капель попали на лицо гопа. Мародер размазал их, бросив автомат на землю.- За ноги бери. - Приказал Ганс, Чепе. - Взяв сталкера на руки, мародеры, подтащили его к окну, и, не утруждаясь, выкинули из здания. Ганс высунулся на половину, из оконного проема. У стены здания лежала уже гора останков разных сталкеров, от многих уже остались лишь одни кости, другие только разлагались. Поверх этого месива лежал труп Бори Хитреца.
Ганс протер рукой грязное окно, и сразу же в комнату ворвался луч света. За круглым, металлическим столом сидели пятеро бригадиров и Боров. На столе стояло несколько бутылок водки, и в жестяных тарелках лежала нарезка. Не прошло и четверти часа как обе бутылке были приговорены, и на их месте появились две новые. Когда Мэлс, было, хотел в четвертый раз наливать по кругу, Боров громко стукнул по столу.
- Хватит! Мы туту не водку собрались жрать. - Крикнул мародер.
- Успокойся Боров! Сейчас люди ум включат, и будем думать.- Усмехнулся Мэлс.
- Я тебе сейчас голову продырявлю, тогда все думать будете. - Боров схватил одну из бутылок и разбил о стену.
- Спокойно пацан, не шуми. - На лице мародера осталась все та же тупая ухмылка.
Тут послышался звук затвора, все увидели, что за Мэлсом стоит Ганс, с «Калашом» на изготове.
- Заткнися, тобі сказали, вистачить, значить вистачить. - Ганс, продолжал стоять, целясь в бригадира.
- Ганс не суетись, остынь. - Боров, встав со стула, подошел к хлопцу.
Опустив ствол автомата, Ганс косо посмотрел на Борова, но отошел вновь к окну. Подвинув старый деревянный стул, Ганс уселся на него, положив на колени автомат, который глядел дулом в Мэлса.
- Так народ хватит. Давайте начнем. - Охладил наколенную атмосферу Василек, один из бригадиров. - Дело то серьезное.
- Вот именно! - Вскрикнул Боров. - Какой-то пидирас, хочет взять у меня то, что должно было обогатить нас всех. За этот ключ, мне готовы заплатить большие деньги.
- Да хватит втирать, кому нужен этот ключ. - Перебил Борова, Соболь, еще один из бригадиров.
- Кому нужен, тот уже готов был везти большие деньги за него. - Лицо Борова, окончательно покраснело. - И эта сделка не должна сорваться.
- Ну и что мы делать должны? Конечно, явно не штаны протирать. - Вставил свое слово Василек.
- Я думаю, что этот сталкер действует в одиночку, а если даже не один, то опасности он не представляет. - Высказал свое мнение Браха, еще один из бригадиров.
- А черт его знает, что за сталкер, кто он. Может быть, это один из тех, кто ходит на север. Вот прейдет он сюда в экзоскелете, и с «Немкой» в руках, и все. - Возразил последний бригадир, Макс.
- Так Хитрец ні чого не згадував про экзоскелет.- Усмехнулся Ганс.
- А ты что? Думаешь, он будет по барам в экзе расхаживать? - Вновь возразил Макс.
- Ну да логично. - Боров встал со стула и подошел к окну. - Кто бы он ни был, рас он хочет отнять у меня этот ключ, значит, он на что-то рассчитывает.
- Да, простым базаром тут ни чего не решишь. Надо создать какое-то противодействие этому. - Вставил Василек.
- Я предлагаю, переставить все наши посты, усилить слабые места. - Боров начал высказывать свои мысли. В это время внизу послышался хлопок, кто-то, вскрикнув, упал на землю. Не прошло и мгновения, как толстое стекло окна разбилось вдребезги, и в кабинет Борова влетела тротиловая шашка. Ни кто из присутствующих не успел выбежать. Огромный сноп огня окутал комнату. Стены, потолок и пол, единым разом затрещали. Все в кабинете было разбито, и перевернуто, забрызгано кровью, кругом стоял дым.
От фабричного корпуса шла толстая стальная труба, возвышавшаяся метра на три над землей. Местами она совсем проржавела, дыры в ней так и сияли. На дне трубы сплошным лесом нарос «жгучий пух». На одной из стоек, был повешен, еще «свободовцами», сталкер из «Долга». Останки сталкера, устрашающе покачивал ветер, который залетал в трубу и со свистом вырывался наружу.
У одной из опор стоял странник. Он был в обычном прорезиненном комбенезоны, коричнево-болотном плаще. Из-под капюшона виднелся старый советский противогаз с «хоботом». За спиной у него, выглядывала «Гроза», а в руке он держал канат. Скинув на землю автомат, сталкер ловко закинул канат, с трех лапным якорем в трубу. Бродяга сильно дернул за трос, и якорь выпал из трубы на землю. Подняв железяку, сталкер вновь повторил процесс. И снова не удачно. В третий раз, путник, сильно замахнувшись, бросил якорь, да так, что он пробил трубу насквозь. С силой, дернув за трос, он закрепил якорь.
Сняв с себя вещмешок, сталкер привязал его к концу троса. Еще раз, дернув за трос, он убедился, что все прочно закреплено. Странник ловко вскарабкался по тросу наверх. Сняв противогаз и отдышавшись, он поднял и вещмешок. Тут сталкер заметил, что оставил внизу автомат. Плюнув на землю, он отвязал вещмешок, и быстро спустился вниз, закинув за спину «Грозу», искатель вновь поднялся наверх. Встав в пол роста, и закинув за плечи вещмешок, он взял в руки автомат, передернув затвор, двинулся вперед. Шел он аккуратно, постоянно бросая перед собой болтик, и ногой проверяя ржавые участки трубы. Сталкер и не заметил, как трубопровод закончился. Впереди был довольно большой корпус, абсолютно пустой в нутрии. Труба заканчивалась большой и тяжелой решеткой. Путник, натянув противогаз, достал аэрозоль из вещмешка. Что было в нутрии баллона одному богу известно, но, распылив его содержимое по решетки, сталкер с легкостью вырвал ее часть.
Труба выходила в здание кубической формы, которое в нутрии было пусто. Высотой оно было в три этажа. Под концом трубопровода была не большая площадка, от которой шла вниз лестница. Сталкер ловко спрыгнул на площадку, и быстро спустился в низ. В это время в здание вошел часовой. Но не успел он даже скинуть с плеча автомат, как тяжелые пули «Грозы», размазали его по асфальту. Неизвестный странник быстрым шагом подошел к трупу мародера. Убедившись, что гопник мертв, он двинулся дальше. От корпуса, из которого вышел сталкер, на север и восток тянулся забор, заканчивался он трех этажным зданием стоявшим буквой «г». Сталкер подошел к стене здания, сняв с себя вещмешок. Развязав его, он достал прямоугольную тротиловую шашку, которую хотел, было уже запалить, но из здания вышел еще один часовой. Бандит вскинул к плечу автомат, направив дуло на неизвестного ему человека. - Ты кто? - Удивленно спросил мародер. - Что тут делаешь. - Сталкер потянулся за «Грозой», но гопник остановил его выстрелом. Да! Такого за «периметром» не бывает, а в «Зоне отчуждения» бывает и такое. Пуля ударилась о какую-то ржавую жестянку, и рикошетом пробила гопу голову. Забрызгала тонкая струйка крови, и тело мародера шлепнулось на землю.
Сталкер быстро подпалил запал шашки, и бросил ее в окно на втором этаже. Через мгновенье пламя вырвалось из окон, раскидывая битое стекло и обломки мебели. Перекрестившись, неизвестный снял автомат с плеча, и прикладом, разбив стекло в окне на первом этаже, залез внутрь дома. Он оказался в небольшой комнате. Шмыгнув через дверной проем, сталкер оказался в коридоре. Путник хорошо знал строение здания, поэтому быстро оказался у лестницы. Вниз по ней спускались несколько гопов, но сталкер, даже не дал им шанса, выпустив в них обойму из «Грозы». Осторожно поднявшись на второй этаж, бродяга увидел разбитую дверь, из которой валили клубы дыма. Искатель подошел к этой двери, но где-то внизу послышались быстрые шаги, и чтобы не попасться он забежал в противоположную дверь.
К разгромленному взрывом кабинету, подбежали пятеро бандитов. Все они были в штурмовых костюмах, вооруженные американскими автоматами. Один из них, выставив перед собой дуло винтовки, нырнул в комнату, вслед за ним и остальные четверо мародеров. Сталкер, рывком выскочил из комнаты, на ходу выдергивая чеку из гранаты. Закинув лимонку в кабинет, он придавил собой, обугленную металлическую дверь. В комнате раздался взрыв, и послышался чей-то крик. Бродяга, открыв дверь, не глядя, от бедра, выпустил обойму патронов в комнату.
Дым начал рассеиваться, в комнате все было залито кровью. Всюду лежали изуродованные взрывами тела. Около окна, лежал пацанчик, одна нога от взрыва превратилась в месиво, в животе была глубокая рана, из которой струилась кровь. Сталкер оглянувшись вокруг, увидел грузное тело Борова, быстро осмотрев его, он нашел на шее половину электронного ключа. Искатель опустил «Грозу» дулом в пол, и, не много покопавшись, открыл на цевье крышку, сунув ключ в небольшую нишу, и, закрыв ее, поднял автомат на руки. Бродяга опять обратил внимание на лежавшего у окна пацанчика. Тот до сих пор мучился, но смерть, ни как не приходила к нему. Странник хотел, было уже выстрелить в него, как в низу, вновь послышались чьи-то голоса. Не став испытывать судьбу, сталкер подошел к окну, и «набравшись храбрости», спрыгнул вниз. Быстро добежав до соседнего корпуса, он ловко вскарабкался вверх по лестнице. Запрыгнув в трубу, в пол роста путник добежал до конца трубы. На том же месте, где он и оставил, лежала веревка. Скинув конец вниз, он быстро спустился на землю.
Неизвестный сталкер оглянулся вокруг, вся «Темная долина» словно вымерла, ни собаки, ни кабана не было вокруг. Бродяга осторожно выдвинулся на запал, где был заброшенный еще после первой аварии фабричный корпус. По легендам, бродившим между сталкеров, там была одна из многочисленных, лабораторий находившихся в «Зоне отчуждения». Завод представлял собой, четырех этажное здание, с одной стороны к нему примыкал, большой в два этажа цех, с другой отдельно стояли в ряд гаражи, в которые с легкостью поместился бы самосвал. За центральным комплексом была не большая котельная. Все эти строения огораживал, трех метровый в высоту, забор. Сталкер вытащил из разгрузочного жилета бумажку, свернутую в несколько раз. На ней был подробный план этого завода. Внимательно осмотрев его, путник смял бумагу и выкинул в лужу. Небо совсем нахмурилось, тяжелые тучи больше не могли держать в себе в воду, и на землю обрушился ливень, заглушавший любой звук. Бродяга, перезарядив автомат, двинулся к заводу.
У старых, проржавевших ворот, стоял часовой. Дождь насквозь промочил одежду мародеру, и тот, нахохлившись, как воробушек, прыгал с места на место, дабы хоть как-нибудь разогнать скуку своего занятия. Путник, быстро пробежав через дорогу, упал на мокрую землю. Ржавая глина разбухла от воды, превращаясь в вязкую жижу. Странник, подождав, пока часовой развернется в другую сторону, поднялся на ноги, и, пригнувшись, добежал до глубокого рва, окружавшего фабрику. Осторожно, прокравшись до моста, искатель, вытащил нож, и с его помощью вскарабкался наверх. Часовой в это время, стоял к нему спиной. Острый клинок, быстро прошел по горлу мародера, и тот, прохрипев, упал на землю.
Больше часовых, с наружи комплекса не было. Напротив ворот, находилась большая связка старых металлических труб. Сталкер, осторожно ступая на старый асфальт, подошел к ним. За трубами слышались голоса. Не долго думая, он залез на связку, и вырвав чеку кинул вниз гранату. Через мгновенье раздался взрыв. Бродяга ловко забрался на самый верх связки. На потрескавшемся асфальте лежали несколько все еще живых гопников. Несколькими одиночными выстрелами путник окончил их муки.
Сбоем, прорвавшись во внутрь, корпуса, сталкер вскоре оказался, у входа в подвал. Осторожно спустившись вниз, он медленно, прислушиваясь к каждому звуку, оглядываясь на каждую тень, шел по длинному коридору. Пол здесь когда-то был выложен плиткой, но сейчас представлял, сплошное месиво, как после бомбардировки. Стены и потолок также в некоторых местах разрушились до железной арматуры. Здесь не было освещения, изредка тьму прерывали «жарки», в которые толи попадали какие-нибудь мыши, толи кусочки цемента со стен. Кое-где, попадались останки сталкеров, которые пытались пробраться сюда, но прервавшие свой путь в аномалии. Вскоре коридор кончился, и показалась старая заржавевшая дверь, с надписью - «Высокое напряжение»! Дверь была не прочной, но бродяга не спешил открывать ее. К нему подкралось чувство страха. Жарки перестали вспыхивать ярким огнем, холодный ветер задувал в коридор. Сталкер поднес дуло автомата к замку. Две вспышки осветили коридор. Дверь с противным скрипом приоткрылась. Искатель, осторожно вошел в темную комнату. Ветер ворвался вслед за ним, продолжая завывать в углах комнаты. Где-то впереди вырисовывались контуры большой стальной двери. В воздухе, слышался запах разлагающихся тел. Странник, сделал несколько шагов вперед. Твердый пол звонко разнес его шаги. В ответ, откуда-то из глубины комнаты, послышался не понятный звук. Ветер несколько раз пронес его по комнате. Сталкер остановился на месте, его ноги вжимались в пол, автомат в руках не много трясся. Наступила тишина, глубокая и мертвая.
Стук солдатских ботинок, послышался за спиной сталкера. Тихий приглушенный стон пронесся по комнате. Странник уже хотел, было развернуться назад, как что-то тяжелое, с огромной силой прыгнуло ему на спину. Он не устоял на ногах, и рухнул на пол. Тот, кто напал на него, откатился в сторону. Сталкер плохо видел противника, но хорошо понимал, что тот стоит на четвереньках. Вдруг эта тварь, с бешеным хохотом, дергаясь в конвульсиях, и что-то бормоча, забилась о пол. Бродяга, вновь не успел ни чего, сделать, как эта тварь сбила его с ног. Вцепившись, мертвой хваткой ему в плече, зверь, сильно ударил его в лицо. Искатель понял, что удар был человеческим кулаком. С трудом выхватив, из висевших на ноге ножен, свой штык-нож, он с размаху ударил монстра в бок. Тот, завыв от боли, отпустил плечо, и сталкер без труда скинул его с себя. Схватившись за автомат, человек без остановки выпустил обойму в монстра. Вновь наступила тишина.
Не много отдышавшись, сталкер включил фонарь. Перед ним лежал некогда военный сталкер, а теперь попросту сумасшедший снорк. Останки его формы лохмотьями свисали на теле, старый противогаз, слез с окровавленного рта. Путник оглядел комнату, он был далеко не первой жертвой этого монстра. Кругом лежали останки, как минимум пяти бродяг всюду были расстрелянные гильзы, пол заплыл в следах крови, а в углу, через разбитую маску на него смотрел спецназовец. Судя по останкам обмундирования, эти парни погибли здесь еще пару лет назад. Как выжил здесь этот несчастный? Без нормальной еды, и воды, в абсолютно замкнутом пространстве. «Зона» еще долго не даст нам ответа на такие вопросы.
Сталкер, зажимая рукой раненое плечо, подошел к стальной двери. Она была последней преградой, между ним и неизвестностью. Что там? Тайна «Зоны», или просто заброшенный бункер, коих много и за «периметром». Сталкер медленно поднес электронный ключ, к узкому разъему в двери, на не большом экране пробежали какие-то цифры, загорелся зеленый огонек, и дверь открылась, выставляя за собой тьму…
Я стоял на не большом пригорке, наблюдая в бинокль за фабричным корпусом. Дождь больно хлестал по лицу. Тяжелые капли струйками стекали с каски. Хорошо хоть, защитный костюм не промокал, в нем было тепло, и это сдерживало меня укрыться в рядом стоящем вагончике. Я еще раз взглянул в бинокль, не заметив ни кого на территории фабрики. Словно она вымерла, хотя здесь всегда ошивалась гопотня. - Ну, где же вы? - Тихо спросил я. - Сколько я тут стою? Минут тридцать? Опять Потапов опаздывает.
Сильный порыв ветра, принес издалека чей-то рев. По коже пробежали мурашки. Я снял с плеча «Винторез», сжав его в руках. Рев снова разнесся по долине, тут я не вытерпел, и, подбежав к вагончику, вскарабкался на крышу. Монстр все не переставал реветь. С утра меня преследовало, какое-то чувство страха и опасности. Вот еще не хватало погибнуть здесь от разрыва сердца. В это время где-то не далеко, послышался рев другого монстра - армейского «Хамера», который колесил по дороги, со стороны «Свалки». - Наконец-то! - Воскликнул я, спрыгивая с вагончика.
Машина быстро подъехала ко мне. Из нее выскочил Коваль.
- Господин подполковник, отряд специального… - Тут я прервал капитана.
- Вижу я, что прибыл. Я в машину, греться. - Не обращая внимания на капитана, я залез на свободное, рядом с водителем сиденье. - Где колона?
- Минут через десять будет здесь. - Ответил Потапов.
Ну вот, опять ждать. Хоть монстры сейчас не страшны. Время в ожидании всегда бежит долго, поэтому до того как показалась колона, словно прошла вечность. Впереди, размалывая старый, черный от дождя асфальт, колесила «БМП», за ней шли еще четыре бронетранспортера. В воздухе показались несколько «Мишек» из украинских летунов. В это же время у меня захрипела рация.
- Ростов! Вставайте в голову колоны, и двигаемся к фабрике.- Прохрипел голос Чернигова.
- Вас, понял, выдвигаемся. - Кратко ответил я. - Коваль, лезь в машину, и поехали.
Капитан быстро залез в машину, и мы двинулись вперед.
У самого завода мы все вышли из транспорта, вертолеты в это время уже несколько раз облетели корпуса. Ко мне подошел Владимир Александрович. Он как всегда выглядел браво, и лихо. Усы на концах были подкручены как у царя Николая, в зубах была сигарета. Одной рукой держа «Вал», он прижимал его к плечу, задрав вверх дуло.
- Народу там много? - Обратился он ко мне.
- Да ни кого там нет. - Я ждал реакцию на мои слова.
- Совсем ни кого? - Спокойно спросил генерал.
- Так точно. - Ответил я.
Тремя цепями, мы вошли не территорию фабрики. У входа лежал окровавленный часовой, которого я не заметил в бинокль. Пройдя в дворик, мы обнаружили, трех застреленных мародеров. Что называется, кто-то прошел перед нами. Все бандиты, находившиеся здесь, были уничтожены. Кто хорошо постарался, был слеплен явно не из теста, но точно из стали. Генерал явно был удивлен такому стечению дел. Мы вскоре спустились в темный подвал, который коридором шел в темноту. - Так освещение сюда! - Крикнул Чернигов.
Темнота, стоявшая здесь, была жуткой. Запах разлагающихся трупов пронизывал воздух. Я дабы не наслаждаться этим зловоньем, надел противогаз. Моему примеру последовали и остальные. Ветер врывался в коридор, и зловеще завывал в нем. Вскоре, сюда спустили прожектор, и дали освещение. Коридор представлял страшное зрелище. Кое-где поблескивали «жарки», рядом с которыми лежали останки сталкеров. По забрызганным кровью стенкам, как нам показалось, были размазаны чьи-то мозги. В одной из аномалий лежал старый, поржавевший «Калашников». Обойма его была странным образом разбита, и из нее рассыпались патроны. Свет прожектора, слегка угасая, попадал в не большую комнату, в которой была открытая, стальная дверь, ведущая в лабораторию. - Так! Отряд Ростова, первое и второе отделение СБУ, идут в низ, остальные остаются здесь, зачищаем местность. - Отдал приказания Чернигов.
Нам предстояло спуститься в лабораторию под кодовым именем «Заря». Еще несколько дней назад я и не думал, о таком. Розенберг, когда потребовал от меня уберечь от смерти Борова, всего лишь хотел получить ключи от этой подземки. Да, конечно после «Дикой территории» все пошло не по плану. Взрыв бункера у «выжигателя мозгов», переписал планы штаба. Если бы мы пробились туда, то возможно нам и не потребовалось бы спускаться в этот сюда. Но бункера нет, а чтобы понять, что все-таки представляет собой «Зона отчуждения», командование решило вскрыть эту лабораторию. Затем пропал, бесследно, курьер, перевозивший половину ключа от лаборатории. Естественно отпала надобность во второй половине. Хотя тут вышел еще один фокус. Боров с его шайкой был кем-то уничтожен прямо в своем кабинете. Так что, по-видимому, не только нам нужна была эта подземка.
Мы осторожно вошли в предбанник, путь из которого ввел в лабораторию. Обвешавшее помещение, было покрыто плесенью. Здесь лежали труппы сталкеров, давно упокоившихся в этом аду. Среди них лежал мертвый снорк. Свежие следы крови говорили о том, что монстр был убит совсем недавно. Тяжелая стальная дверь, ведущая в подземку, была слегка приоткрыта. Ветер, жужжа, задувал в помещение за дверью. Я с Габуловым налег на дверь, еще не много приоткрыв ее. - Граната! - Громко крикнул я, бросив за дверь лимонку. Из-за двери вырвалась вспышка, а за тем раздался мощный хлопок. Я, включив ночное виденье, пролез в проем. Осмотревшись, вокруг и убедившись, в безопасности, рукой подозвал остальных. Первым сюда залетел Бизон. За ним выглянул, было, Витя Коваль, но его кто-то оттащил назад, и в комнату вошел полковник Тормасов.
- Постой хлопец, я первый. - С усмешкой сказал полковник. - Мы стояли на не большой лестничной площадке. Старая синяя краска облупилась на стенах, и лохмотьями свисала в месте с плесенью. Внизу на лестничном пролете лежали кости какого-то бедняги. На потолке прямо над нами было почерневшее кровавое пятно. Мы медленно спускались по лестнице. Пейзаж ни чуть не изменялся. Где-то внизу слышались звуки какого-то работающего оборудования. Дойдя до нижнего этажа, мы попали в большой зал. В центре комнаты стоял грузовой лифт, у входа была не большая сторожка, из разбитого окна, выглядывали останки охранника. Рядом с лифтом лежал совсем свежий труп сталкера. Мы не стали разбирать кто он, но видимо это был зомби.
Тут я услышал странный звук, исходивший из соседнего помещения. Осторожно войдя в него, огляделся, это была сауна, но здесь было пусто, лишь в душевой кабинке лежали останки, по-видимому, ученого. Деревянная синяя дверца в конце помещении слегка приоткрылась. - Блоха! - Окликнул я, стоявшего не далеко лейтенанта. - Пойди сюда. Прикрой, проверим, что за той дверью. - Блохин послушно последовал за мной. Мы приблизились к двери. Сверху, над нами свисали провода, в которых играла «Электра». Этот странный шум явно исходил из-за двери. Но как только мы приблизились к ней. Наступила тишина. Тихо хрустя разбитой плиткой, к нам подошел майор Потапов.
- Что там. - Тихо спросил офицер.
- Не знаю. - Я осторожно вглядывался в тьму, стоявшую за дверью.
Достал коммуникатор, я включил тепловой режим сканирования местности, но на экране кроме нас, ни кого не было. Собравшись духом, я открыл дверь. Здесь было так темно, что даже ночное виденье не помогало. Передо мной слабо вырисовывались контуры какого-то большого объекта. Темнота давила на сознание. С лева от меня послышался странный звук, похожий на кашель. Я развернул дуло своей винтовки, и замер в ожидание. Мягкие, ели слышные шаги раздались в той стороне. Сквозь темноту вырисовывался контур человека. Мой палец нервно стучал по спусковому крючку. Тот, кто двигался в мою сторону, явно ни чего не видел, поэтому через мгновение он уже ударившись, уперся в меня. Я зажмурил глаза, и с криком выстрелил. Приглушенный выстрел разнесся по комнате, и вслед послышался звук упавшего тела. Дрожащей рукой с трудом включил фонарь на каске. На полу лежал зомби, когда-то это был, наверное, профессор, работавший здесь, очки с потрескавшимся стеклом, были в грязи и пыли. На нем были лишь разорванные штаны, а на теле сияли язвы и раны, следы запекшейся крови, перемешанные с грязью. Я перевел взгляд дальше, куда бил луч света от моего фонаря. От неожиданности перехватило дыхание, и я отскочил в сторону. Впереди были еще трое зомби, которые, медленным плетущимся шагом шли в мою сторону. Быстро переключившись на автоматический огонь, я выпустил в них очередь из винтовки. Сталкер ни когда не убивает зомби для развлечения, их смерть возможна, только для защиты, как-то мне сказал Боцман, старый волк, не раз исходивший «Зону отчуждения». Я выбежал из комнаты.
- Что там? - Остановил меня Потапов, который не успел войти туда.
- Зомби. - Кратко ответил я, переводя дыхание.
Мы вышли в главный зал. Здесь было трое спецназовцев, из украинцев, остальные уже спустились на нижний этаж. Лестница вниз была частями обрушена, и мы спускались осторожно, чтобы не переломать кости. На нижнем этаже явно не давно был бой. Я приметил пару свежих трупов снорков.
- Это вы их? - Обратился я к капитану Ковалю.
- Нет, не мы, за нас кто-то постарался, причем, совсем недавно. Мы нашли свежие гильзы,
да и тела еще теплые. Ниже этажом мы не фиксируем передвижений, хотя я думал, что тут тварей будет, как тараканов в китайском ресторане. - Ответил капитан.
Две группы спецназа, уже спустились на самый нижний этаж. Впереди всех шел полковник Тормасов, я, идя за ним, внимательно оглядываясь по сторонам, старательно пытаясь заметить малейшее движение, но вокруг все было пусто. Здесь не было не одного монстра, лишь старое громоздкое оборудование противно жужжало в ушах. Над головами мигали лампы, на мгновенье, освещая помещение красноватым светом. По периметру этого помещения, стояли разбитые, огромные колбы, в которых висели зародыши каких-то тварей. Несколько пробирок были пусты, видимо, именно эти подопытные и устроили первую бойню в лаборатории, после которой ее законсервировали. Тех ученых кто работали здесь, не знал ни кто, да и каким образом ключи от этой подземку «попали в народ» ни кто не знает. Кто знает, что за существа, выращивались здесь. Может быть мелкие тушканы, а может матерые кровососы. Как бы там ни было, я с каждым днем все больше верил, что «Зона» сотворена руками человека.
- На право отсюда, должен быть центр управления. - Разглядывая план лаборатории, сказал Тормасов.
- Первое отделение остается здесь, остальные за мной. - Я подошел к разбитому дверному проему, ведущему в соседнее помещение.
Пред нами предстал центр управления. Он представлял собой, большой кубический зал. С одной стороны был вход к комнате управления лабораторией, который как надстройка авианосца на несколько метров возвышался над землей, с другой стороны, на потрескавшейся стене, висели многочисленные экраны.
- Так под управлением, должен быть генератор, его надо включить. - Тормасов указал, на груду техники находившейся под комнатой управления.
Туда сразу же кинулись несколько инженеров из украинских спецназовцев.
- Ну, что господин полковник, наша цель там. - Я указал на комнату управления.
- Да. Ну что же, пошли копаться в бумагах. - Усмехнулся Тормасов.
- Лейтенант. Проверь тот коридор. - Я заметил, не большой вход, прямо под мониторами, а сам двинулся наверх.
Комната управления снизу казалась меньше, чем была на самом деле. Возле больших, бронебойных окон, стояли многочисленные компьютеры, и другая техника. У противоположной стены стояли шкафы, в которых, кучами валялось различное компьютерное оборудование, и просто тонны документации. У пульта управления, на стуле, свесив руки, лежали останки ученого. На потолке противно мигала красная лампа. Я всем телом ощущал холод, пронизывающий воздух.
- А что мы ищем вообще? - Я взглянул в сторону Тормасов, который уже активно копался в бумагах.
- Не знаю, подполковник. Любую информацию, которая может представлять нам интерес. - Ответил офицер.
- Так может, стоит, прислать сюда аналитический отдел, да оставить солдат для охраны? - Предложил Коваль, который только что поднялся сюда.
- А это идея! - Усмехнулся полковник.
- Да, тут работы на несколько дней. - Коваль сморщил лицо, отряхивая запыленную папку. - Вот это да. Чего я нашел. - Капитан внимательно рассматривал каждый лист той папки, что была у него в руках. - «Чрезвычайные происшествия». Интересная папка. Вот послушайте. «Семнадцатое ноября две тысячи пятого года. Сегодня нормальную жизнь в комплексе прервало происшествие в блоке литеры «б». Несколько «объектов», которых я давно просил вывезти в комплекс «Пи***к». Извиняюсь, название зашифровано звездочками. - Усмехнувшись, пояснил капитан. - «Вырвались из своих колб. В результате несколько сотрудников получили, серьезны ранения. Оба беглеца были убиты охраной. Четвертое января две тысячи шестого года. Сегодня вывели на холод нашего питомца, Арчи. Объект на морозе чувствовал себя отлично. На обратном пути в комплекс произошла трагедия. Старший научный сотрудник Г. Н. пренебрег правилами безопасности, не защитив голову. Результат - мы получили пустышку. Во всяком случае, могу констатировать, что Арчи полностью готов к серьезным делам. Две тысячи шестой год, одиннадцатое апреля. Завтра комплекс «Се**д**е», будет запушен на полную мощность, начнется главный эксперимент над «Зоной отчуждения». Большая часть объектов наших исследований, уже вывезена в комплекс «Пи***к», но есть пара особей, требующих для перевозки специального оборудования, которое прибудет вечером. После того, как все особи будут вывезены из лаборатории, она будет законсервирована. Электронный ключ подлежит уничтожению». Ну, однако, не уничтожили. - Все с той же фирменной усмешкой прокомментировал написанное Коваль. - А вот самое интересное. «Двенадцатое апреля две тысячи шестого года. Делаю последнюю запись в этом журнале. Все идет не по плану. До начала главного эксперимента осталось три часа, но последние экземпляры так и не вывезены, техника до сих пор не прибыла. Нам пора бы уже покинуть опасную зону, и законсервировать комплекс, но их все нет. Больше не можем находиться тут. В секторе литеры «а», произошла авария, несколько особей вырвались из клеток, и профессор В. Н. законсервировал данный отдел». Ну а дальше, страница вырвана. - Почесав затылок, Коваль кинул на стол папку.
- Так, а это что тут у нас? - Тормасов поднял с пола красную папку, и начал листать ее страницы. - Интересно, здесь полно разной информации, и в конце явно не хватает десятка страниц. - Полковник кинул мне папку.
Я быстро пролистал документ, тут и в правду было много информации. В том числе говорилось, об изготовление оборудования для некоего комплекса «Рассвет», о разных экспериментах, правда, где находился комплекс «Рассвет», было не понятно, недостающие страницы надежно это скрывали. Да и не особо было понятно, чем занимался упомянутый комплекс. Не став, вдавятся в подробности, этой папки, я вышел на связь с генералом Черниговом.
- Александр Владимирович, у нас тут кипы интересной документации, я думаю сюда нужно заслать аналитический отдел. - Проговорил я в рацию.
- А самим, что уже нельзя мозги напрячь? - В ответ прохрипел голос Владимира Александровича. - Ладно, шучу. Сейчас сообщу в штаб.
В это время, инженеры, повозившись с генератором, наконец-то дали освещение. Через тусклый свет грязных ламп, мы увидели лабораторию, которая была настоящим некрополем. Видно та страница, что была вырвана из документов найденного ковалем, рассказывала о том, что произошло с лабораторией после побега монстров. Хотя тут и так все было понятно. Кто бы не вырвался из этих клеток, он, или они, растерзали добрую половину сотрудников лаборатории. Теперь их черепа пустыми глазницами глядели на нас, словно прося помощи и спасения из этого ада. И ты смотришь на это, и думаешь, что смерть в «Зоне отчуждения», она напрасна, ты всегда должен оставаться, жив, и пережить ее. И хоть ты стоишь в противогазе, и не ощущаешь ни чего кроме резины, ты все равно чувствуешь запах смерти, ее присутствие здесь.
Мы уже поднимались на второй этаж, как в воздухе почувствовалось присутствие мелких разрядов электричества. Неожиданно лежавший кусок бетона, поднялся в воздух, и резко полетел в нашу сторону. Я даже не понял, как успел отскочить из-под удара. Бетонная глыба разбилась о стенку, оставив солидный отпечаток. Сверху послышался, звук, похожий на смех больного, за ним прозвучал разряд электричества, и в нашу сторону устремилась шаровая молния. В это время я понял, что сверху происходило что-то не ладное, зазвучали автоматы, и послышался крик раненого. Электрический шар облетел Блоху, и устремился дальше, но лейтенант, не растерявшись, дал очередь в него. В воздухе пронеслась взрывная волна, нас раскидало по лестничному проему, а на пол упало тело монстра. - Все целы? - Я оглядел своих бойцов.- Так точно, вроде ни кого не зашибло. - Ответил Коваль.
Мы быстро поднялись наверх. По помещению были разбросаны части нескольких полтергейстов. Не виданные, и казалось совсем призрачные существа, впервые предстали перед моим взглядом. Я с любопытством, забыв обо всем, и не замечая происходящего рядом с собой, глядел на останки монстров. Не знаю, кто были эти гуманоиды, но это явно когда-то были люди. С трудом, оторвав взгляд от зверюг, я заметил, происходящие вокруг. Несколько бойцов окружили раненого товарища. Кусок железной арматуры попал ему в бок. - Медика быстро сюда. - Прокричал я во весь голос. Медики, здесь не такие как за периметром. Вы думаете сюда спустился очкастый, кучерявый ботаник в белом халате? Нет, это был здоровый, в оранжевом научном костюме, мужик, своеобразный орангутанг, одним ударом правой способный завалить нашего Бизона… Он сразу же осмотрел раненого. Достал из аптечки, висевшей на боку, шприц с какой-то жидкостью, и вколол возле раны. Доктор, встав с колен, кивком головы позвал меня за собой.
- Ему можно помочь доктор. - В полголоса спросил я.
- Боюсь, что нет. Рана серьезная, арматура, глубоко вошла в тело, у него возможно внутренне кровотечение, да и органы скорей всего сильно задеты. - Так же тихо ответил медик. - Я вколол ему, сильное обезболивающее, что бы он не мучился, но дальше решать вам, или командованию. - Вопрос стоял ребром. Или попытаться удалить арматуру, и заставить мучаться солдата, или тихо помочь ему уйти.
С трудом мы вынесли раненого наружу. Оставили солдата возле медицинского грузовика, и весь старший офицерский состав собрался в стороне. Конечно, можно было попытаться довести его до госпиталя, но опять, не факт, что операция прошла бы удачно. По этому мнения разделились. Половина офицеров предлагала, ввести ему специальное средство, чтобы остановилось сердце, другая половина настаивала на том, чтобы перевезти парня в госпиталь. Пока мы спорили, все свершилось само собой. По дворику фабрики, пронеся хлопок. Я с трудом пробился через гущу собравшегося народу. Возле машины лежал рядовой, с головы стекала струйка крови. Кто дал ему пистолет мы так и не узнали. Возможно, его и застрелили, и просто зажали в руке оружие. Но мучения его кончились.

 Глава 7.  

В кабинете было сильно накурено. Легкие клубы табачного дыма кружились в воздухе, красиво поигрывая в мягких лучах тусклого света. На старом, дубовом столе стояли два хрустальных бокала, они, преломляя свет, отбрасывали яркие лучи, словно звезды на небосводе. На дне хрусталя, было налито немного красного вина. Толстая папироса, дымясь, лежала в черной прямоугольной пепельнице, от нее в воздух поднимался тонкий дымок, разнося запах дорогого табака. В дальнем конце стола сидел в полной парадной форме, генерал Чернигов. Темно-зеленная почти черная форма, была аккуратно выглажена, красные, шелковые отвороты на рукавах и стоячий воротник, обшитые позолоченной нитью красиво поблескивали от света. Золоченые пуговицы, натертые до блеска, яркими солнцами светились на темной ткани. На противоположной стороне стола сидел полковник Розенберг, положив ноги на стул. Он так же был в парадной форме, она была то же почти черного цвета, но с синеватым отливом, ярко-синие отвороты на рукавах, и стоячий воротник, были украшены серебреным галуном. Такие же, как и мундир по цвету, узкие штаны, были украшены синими лампасами. Высокие до колен сапоги, из черной лакированной кожи, отдавали ярким блеском. Среди такой роскоши не вольно забываешь, что находишься не в московской квартире, а в боевом форте, на периметре «Зоны отчуждения», где смерть и хаос всегда преследуют тебя.
- Господин генерал. - Начал, спокойным размеренным голосом полковник. - Надо, что-то решать. Хоть аналитический отдел собрал достаточно много информации из архивов этой лаборатории, отсутствующие документы, очень важны нам.
- Полковник, я понимаю, что страницы эти очень важны. - Владимир Александрович резко встал из-за стола, и направился к полковнику. - Но то, что у нас имеется, это и так уже много. Даже самый недалекий человек, понял бы, что наш искомый объект это комплекс на «Янтаре».
- Я это понимаю, и все понимают, но те, кто сидят в Москве, вот им нужны прямые доказательства, а не размышления и догадки двух, трех боевых офицеров. - Полковник отхлебнул вина из бокала, держа его за ножку.
- Ну, а где мы теперь возьмем эти страницы? - Чернигов сел рядом с Розенбергом, облокотившись на стол.
- Не знаю я, где их искать, пока, но есть пара идей, да и все, же надо разузнать, куда они могли деться. У меня есть подозрения на этот счет. - Олег Павлович сказал это, словно давая понять, что он знает, куда делись документы.
- Я не совсем понял, какие подозрения? - Удивленно спросил генерал.
- Ну, вот подполковник Ростов. Он четыре часа был возле лаборатории, один, с оружием. Этого вполне хватило бы. - Не договорив, полковник отхлебнул вина.
- Ты считаешь, что один Ростов, пробился внутрь комплекса, перебил всю охрану из гопов, перебил мутантов, нашел нужные документы, и вернулся назад? - Удивление с лица Чернигова не сходило.
- Да, именно так я считаю. Ростов опытный воин, таких как он единицы, для него не проблема уничтожить кучку мародеров, да расстрелять десяток мутантов. А, документы. - Полковник показал рукой на лежавшую красную папку на столе. - Здесь он, возможно, был проинформирован. У него есть связи в «Зоне», и он мог знать, что ищет. Так что все нити идут к нему. Как бы там не было, мой человек, уже следит за ним, и если что-то подозрительное произойдет, то я сразу узнаю.
- Олег Павлович, мне кажется, что ты преувеличиваешь. Я знаю Ростова, он все же не способен на такое. Нет, я говорю не про погром в лаборатории, а про документы, да и зачем это ему? - Владимир залпом осушил свой бокал.
В это время, в кабинет вошел полковник Тормасов. Он был одет в полевую форму, в руке держал кепи, а за спиной выглядывало дуло «Вала».
- Господа офицеры! Вертолет прибыл, можете подниматься на площадку. - Быстро проговорил полковник.
- Все господин Розенберг, пойдемте наверх, а ты Тормасов смотри, что бы в мое отсутствие здесь все было в порядке. - Распорядился генерал.
Я стоял у зеркала, поправляя на себе парадную форму. Стряхнув с красных, обшитых золотым галуном погон пылинки, я поправил отвороты на рукавах. Достав из шкафа, стоявшего возле выхода высокие сапоги, ловко одел их. Снял с полки, в том же шкафу бескозырку, с красной тульей, я лихо заломив ее на макушке. Перетянувшись белым поясом, надел саблю в позолоченных ножнах, а на другой бок, повесил пистолет. Вроде все готово. В этот момент в комнату вошел Коваль, он то же был в полном парадном мундире. - Все Влад, вертолет с Черниговом улетел, сейчас наш прибудет. - Поправив волосы, у зеркала, за моей спиной, сказал Коваль.
Мы, дождавшись остальных, направились наверх форта. Раз в неделю, для офицеров устраивали увольнение в город Спокойный. Этот городок появился уже после второй аварии, сначала там жили и работали ученые, которые изучали «Зону отчуждения», но вскоре селение начало развиваться, сюда часто приезжали отдыхать военные, начали строиться гостиницы, рестораны и бары, забегаловки и кафе, получился своеобразный курорт на границе с адом.
Черный вертолет, плавно приземлился на крышу форта. Из кабины пилота вышел лейтенант, оглядев нас, он протянул мне руку.
- Ростов, со своей бригадой! Опять дебоширить собрались? - С улыбкой на лице сказал летчик.
- Сегодня мы будем спокойными, все силы оставили в боях. - Ответил ему майор Потапов.
Вечернее солнце, скрываясь за горизонтом, отбрасывало яркие лучи, как на детском рисунке. Огромные не паханые поля, слегка пожелтевшие, видимо от радиации, как ячейки разбивались рядами тополей. Вдали облетая стороной «периметр», летела стая гусей. Под нами шла грунтовая дорога, ведущая от первой линии укреплений ко второй, резервной. По этой дороге к периметру двигалась колона, бронетехники и тяжелых грузовиков, низко над землей, прикрывая их, летели несколько боевых вертолетов.
Тем временем вдали начали вырисовываться огни Спокойного. Когда наш вертолет приземлился на крыше гостиницы, уже было совсем темно. Здесь ни чего не напоминало о близости «Зоны отчуждения». Яркое освещение, красивая реклама, новостройки, сиявшие всеми огнями, всюду сновали люди, идущие по своим делам. Среди американских и украинских офицеров и солдат, сразу бросались в глаза наши, в красивых парадных формах. Как обожали местные девушки эту форму.
Нам на встречу, вышел украинский капитан, закрутив, казацкий ус, он медвежьей походкой подошел ко мне.
- Хто старший у групі? - Офицер оглядел нас несколько презренным и злостным взглядом.
- Я старший, товарищ капитан. - Я подал, документы, военному.
- Так, увольнительные, паспорта, усе на місці. - Капитан, открыв паспорт, внимательно сверил мое лицо с фотографией, а за тем проверил и остальных. - Добро, ваші номери, сто третій, сто четвертий, сто п'ятий, от ключі. Я так, розумію, що ви американців не дуже любите, але врахуйте, за бійки, докладу начальству. - Отдав документы, капитан удалился прочь с крыши по лестнице. Мы переглянулись веселыми лицами, и то же направились в номера.
- Так, что делать будем сегодня? - Раздался позади меня, голос Блохина.
- А давайте опять в «Бейлис» наведаемся. - Предложил Коваль. - Посидим, хорошо, напьемся, американцев подергаем.
- Только не как в прошлый раз.- Перебил его я.
- Ладно, полчаса на сбор, и встречаемся на улице. - С улыбкой, ответил Коваль.
Бар «Бейлис», был излюбленным местом офицеров всех войск и армий, охранявших «периметр». Здесь всегда можно было хорошо отдохнуть, найти себе на вечер веселую кампанию, из пары красивеньких хохлушек, или просто напиться до чертиков, залив все тяжелые воспоминания спиртом. Сегодня здесь было довольно пусто, что абсолютно не привычно для этого заведения. У входа нас встретил менеджер, он как всегда был строг и не многословен.- Столик свободный, на пятерых есть? - Я дернул за рукав менеджера, привлекая к себе его внимание.- Да, есть, сегодня много свободных столов. Пойдемте, я покажу. - Управляющий повел нас к свободному месту. Мы уселись за круглым столом, подоспевший официант подал меню, и почтено удалился. Рядом с нами сидели, офицеры из нашего батальона, впереди за столиком были трое американцев, и с ними сидел французский офицер. Столик рядом с барной стойкой был занят как видно научным светом «Зоны отчуждения», человек шесть типичных профессоров, в очках и с умными лицами что-то бурно обсуждали. Рядом, робко сидела молодая девушка лет двадцати пяти, внимательно слушая разговор.
Тут меня словно ударило разрядом в тысячу вольт. Тяжелую дубовую дверь ресторана открыл швейцар, и в помещение вошла прекрасная девушка. Длинные русые волосы, спадая на грудь, приковывали взгляд. Красивые алые губы выражали легкую, приятную улыбку. Карие глаза сверкали в лучах огней. Плоский, можно сказать даже спортивный животик прикрывали нежные руки. На плече была, и вроде устрашающая, но в, то же время аккуратная и интересная татуировка, в виде дух сцепившихся в борьбе драконов. В ней было все идеально и прекрасно. Легкой походкой она, подошла к столику, за которым сидели ученые. Ей на встречу встал молодой человек, кучерявые волосы смотрелись несколько смешно, но в отличие от своих коллег он не выглядел, хилым ботаником, да и, не увидев его в такой компании, я бы не подумал что он эколог, изучающий каких-нибудь букашек. Девушка, обняв парня, поцеловала его в щеку. Поздоровавшись со всеми, она села рядом со своей, как мне показалось, подружкой.
- Ростов! Ты что заказывать будешь! - Резкий крик раздался у меня в ухе.
Тут я понял, что меня хлопал по плечу Коваль.
- Я? Водки двести, и жульен. - Я не сводил взгляд с этой особы, и даже не повернулся к офицеру.
- Ростов мы заказали водку. - Послышался мутный, ехидный голос, издали. Но это снова был, рядом сидевший Витя. - Ростов, ты упьешься же, с этой водки. - Тут видно капитан, понял, куда я так пристально вглядывался. - Э-э-э, братец, ты чего, это? Смотри так, и влюбиться можно! - Усмехнулся офицер.
- А может он уже, влюбился. - Послышался басистый голос Бизона.
- Отстаньте вы от человека. - Неожиданно гаркнул на офицеров майор Потапов.
Не знаю, что меня так задело в ней, но весь вечер я поглядывал на эту девушку, периодически отрываясь, что бы осушить очередную стопку водки. Алкоголь начал потихоньку овладевать мной, в глазах несколько помутнело, вилка в руке начал трястись. Я встал из-за стола и вышел на улицу освежиться. Сразу напротив бара была, не большая алея. Увидев свободную лавку, сел на нее, откинув голову, устремил свой взгляд в небо. Тут я явно потерял чувство времени, поэтому даже и не знал, сколько просидел здесь. Вскоре прохладный ветер освежил мое сознание, а в голову влезла старая песенка, про капитана, который влюбился как простой мальчуган, от чего мне даже стало смешно. Собравшись с силами, я встал, и направился обратно в ресторан, но перед глазами все еще всплывал образ этой соблазнительницы.
Перебирая метр за метром асфальтовой дороги, я плетущейся походкой шел к ресторану. Мысли мои летали где-то далеко, но точно не в голове. Не замечая ни кого вокруг, я был словно в своем замкнутом мире. В чувство меня привело столкновение с кем-то. Женский голос, выражавший какое-то удивление, и усмешку прозвучал в моих ушах. Я очнулся от своего сна, увидев перед собой ее. Девушка присев хотела поднять упавший сотовый, но, увидев мой зачарованный взгляд на себе, поднялась, на губах появилась легкая улыбка.
- Извините, я задумался, не увидел вас. - Я это сказал ей робко, с какой-то детской смущенностью.
- Ни чего, я тоже разговаривала по телефону, и не увидела вас. - На лице девушки пробежало выражение стеснения, щеки немного покраснели. - Анна.
- Что? - Не поняв ее сразу, я переспросил.
- Анна, будем знакомы. - Девушка слегка усмехнулась.
- Влад. - Я подал руку.
- А вы из миротворческого корпуса? - Деловито спросила девушка.
- Да, первый миротворческий, России. -Ответил я.
- А в «Зоне» бываете? - Анна, наклонилась и подняла с земли телефон.
- Ну, почти каждый день, лет пять подряд уже. - Поправив мундир, с улыбкой на устах ответил я.
Девушка ответила мне кокетливым движением. - Извините, я пойду мне перезвонить надо. - С уст Анны не сходила радушная улыбка.
Чувства меня переполняли, глубоко выдохнув, я радостной походкой направился в бар.
Здесь было все так же малолюдно, наш столик был уже совсем тихий. Габулов и Коваль, напившись, спали, Потапов читал журнал, а Блохин сидел у барной стойки, и живо о чем-то спорил с барменом. Я сел на свое место. Тут проснулся Виктор, с глупой и ехидной улыбкой уставившись на меня.
- А я уже хотел посылать за тобой поисковый отряд. - Пьяным, заплетающимся голосом, сказал офицер. - То вдруг, какой-нибудь контролер напал.
- Здесь кукловодов нет. - Тихим голосом ответил я.
- Да, зато тут полно других опасностей. - Потапов кивком головы указал на вошедшую в ресторан Анну.
- Братец, да кто же она такая? - Схватив мое плечо, Коваль внимательно смотрел на девушку. - Нашего Балосса даже матерый контролер не мог одолеть, а тут девица, так нашего Ростова уделала.
- Да, я просто. Ну, красивая девушка, что полюбоваться нельзя. - Отпарировал я усмешку офицера.
Анна, заметив меня, слегка улыбнулась, смущено потупив взгляд в пол. Коваль, еще больше разгоряченный этим, начал доставать меня.
- Официант принесите бутылку водки, и закуску. - Я остановил проходившего мимо официанта.
- Зачем водку? - Удивлено спросил капитан.
- Что бы делом тебя занять. - Я подал Ковалю недопитую стопку.
- Тогда две бутылки. - Крикнул в след уходящему официанту Витя. - Ну, с собой возьму, то так не интересно, да и от радиации полезно.
Было уже часа два ночи, когда ученные закончив спор, начали собираться. Мои уже были совсем пьяные, и, перейдя к столику, где сидели американцы, о чем-то спорили с ними. Я сидел за столиком один, когда девушка со своим парнем подошли ко мне.
- Здравствуйте, разрешите представиться, профессор Максим Мейен. - Парень протянул мне руку.
Я, поднявшись со стула, быстро оправив мундир, и деловито представился. - Подполковник Ростов. - Пожав руку экологу, снова сел на свое место.
- Господин полковник, а вы, правда, служите в первом миротворческом батальоне? - Мейен уселся напротив меня. - Просто, Анна, мне рассказала о вас.
- Да, это так, но чем я могу быть полезен вам. - Мне стало любопытно, с чего это так мною заинтересовался ученый.
- Понимаете, моя группа, изучает пси-излучение на «Янтаре», а мне известно, что ваш батальон занимался лабораторией в «Темной долине». Мне очень интересны бумаги, которые там были, возможно, они многое бы прояснили. А вы офицер в большом звании, может, вы сможете достать, хоть что-то. - После его слов наступила минутная пауза. Анна, стоявшая рядом, внимательно смотря на меня, ожидая моей реакции.
- Боюсь, что здесь я вам не могу, помочь. Документы давно эвакуированы в Киев, они находятся в распоряжении СБУ и ФСБ, по этому, если бы я вам и хотел помочь, ни чего не вышло. - Я сделал серьезное, деловое лицо как, у настоящего «солдафона».
- Если бы хотели, а вы не имеете желания нам помочь? - Нежным голосом проговорила Анна.
- Если, честно, то я абсолютно не хочу опять, связываться с этими архивами. - Несколько резким тоном ответил я.
- Почему? Нам нужно всего немного технической информации. - Мейен, был эмоционален, и настойчив, хотя и наивен.
- Извините профессор. Эти бумаги уже успели причинить неприятности людям. Мне ни как не хочется связываться с ними, тем более ради практически не знакомых мне людей. - Я явно вспылил, в этот момент. Дабы как-то сгладить атмосферу, я протянул руку профессору. - Еще раз извините, но я тут вам помочь не могу. Артефакт редкий достать, всегда, пожалуйста, монстра подстрелить, с удовольствием, а такое, уж увольте.
- Да, я понимаю вас, вот только жалко, что такие данные пропадут где-нибудь в архивах. - Расстроенным голосом ответил Мейен.
Мы дружески расстались. Только вот у меня остался осадок от этой встречи. Чувствую, за бумажками этими начнется настоящая борьба, на всех уровнях. Да и лишат они жизни не одного сталкера, поскольку ценны они будут больше, чем самый дорогой артефакт. Да и Розенберг явно планирует еще какую-то затею, которая только как всегда, обострит последствия.
В гостиницу мы приехали рано утром. Спать мне не хотелось, и я поднялся на крышу. Город всегда засыпает под утро. На домах уже не было огней, свет в окнах погас почти всюду. На улицах, было пусто и тихо, как будто «Зона» добралась и сюда. На востоке показались первые лучи солнца. Нежный розовый рассвет начал освещать небосклон. Легкие облака, окрасились в розоватый оттенок. Вдали запел соловей. Многое есть за периметром, а вот пения птиц так не достает в «Зоне отчуждения». В воздухе, заглушая все звуки, разнесся гул вертолета, со стороны «периметра» двигалась «Касатка». Странно, обычно за нами прилетали вечером. Вертолет быстро приближался к гостинице.
Еще не успела машина сесть на площадку, как из нее выпрыгнул полковник Тормасов. Держа рукой фуражку, подбежал ко мне. - Ростов, тебя Чернигов срочно ищет. - Сквозь шум вертолета прокричал полковник. - А что за спешка? У меня еще увольнительная, между прочим, не кончилась. - Усмехнулся я, но понял, что дело серьезное. - Давай в вертушку, быстро! За остальными вечером прилетят. - Офицер направился к вертолету. Мне пришлось посушиться полковника, и проследовать за ним.
Вот и вновь потянулись знакомые пейзажи. Пожелтевшие от радиации поля, мертвые поселки, разбитые дороги. Окопы, и валы, прерывающиеся дотами и бункерами, ряды колючей проволоки, тянущиеся на километры. Ржавые машины на обочинах, и идущие в колонах грузовики с войсками. А дальше смерть сотен людей, монстры и аномалии. Но все это меня не тревожило, я, ни как не мог забыть ее. Образ Анны, так и остался в моих глазах. Кто мог подумать, что еще вчера я не мог забыть жуткие образы «Зоны отчуждения», а теперь, мною овладевают совсем другие образы, успокаивая, и отводя от жестокой реальности.
Машина плавно приземлился на форте. Я сразу же направился к Владимиру Санычу. Холодные бетонные коридоры, были как всегда мрачны и пусты, ни один человек не встретился мне на пути. Тишина, стоящая в форте давила на мозг. Дверь в кабинет генерала была приоткрыта. Я, постучавшись, заглянул в комнату. Чернигов сегодня был серьезный, и даже несколько мрачный, а значит и разговор будет неприятным. Усевшись рядом с ним, я, внимательно смотрел в его лицо.
- Проблемы есть. - Тихо проговорил Чернигов.
- Проблемы? Какие, у кого? - С удивлением, и улыбкой ответил я.
- Большие, у тебя, Ростов. - Лицо генералы было такое же серьезное. - Розенберг, считает, что документы выкрал ты, и как видно хочет тебя засадить за решетку.
- Почему я? Как он представляет это себе? Я, что перебил в одиночку целую бригаду мародеров, зачистил, подземку и еще документы успел найти? - Я сильно растерялся, но и в тоже время озлобленность завладела мной.
- Да, так он и считает. - Усмехнувшись, ответил Владимир. - В общем как бы там ни было, тебе Влад, лучше скрыться на некоторое время. - Чернигов положил на стол свежую карту «Зоны отчуждения». - Отправляйся туда, у тебя много связей, попробуй достать информацию. Возможно тот, кто похитил документы, захочет продать их торговцам. Ну, или всплывет еще какие-нибудь данные об этом деле. Я, взяв карту, встал из-за стола, и направился к выходу.
- Ростов. - Окрикнул меня генерал. - Удачи тебе.
Новенький армейский «Уазик» колесил по разбитой дороге. Солнце уже почти скрылось за горизонтом. Свет фар давал на дороге разные, интересные тени. Машина подпрыгивала на кочках и ямах. Водитель нервно переключал коробку передач, попутно ругая разбитую дорогу. Вскоре потянулись ряды колючей проволоки, и одиноко стоящие доты, возле которых виднелись дежурные отделения миротворцев. Не большая, но с крутыми и обрывистыми берегами, речка текла в сторону «Зоны», через нее был, прокинут железный мост, который на той стороне кончался блокпостом. У въезда дежурил украинский патруль. Машина остановилась, к ней подошел прапорщик. - Здравия желаю! Прапорщик Глушко, ваши документы. - На довольно хорошем русском сказал украинский прапорщик. Я протянул свои пропуска и удостоверения водителю, он их вместе со своими, отдал прапору.
- Куда, направляемся? - Офицер посмотрел на меня из подо лба.
- В «Зону», на задание. А что-то не так? - Я протянул руку за документами.
- Нет, все в порядке, можете ехать дальше. - Прапорщик отдал документы.
Машина снова двинулась. Бетонная дорога на блокпосте вскоре кончилась, и мы опять начали трястись на кочках, по пустырю. Солнце совсем скрылось, но начавшиеся появляться звезды и луна хорошо освещали местность. До первой лини периметра, со стороны «Кордона», было пару километров, так что мы вскоре должны были прибыть на место. Вдали показались огни фар и прожекторы двух вертолетов - это колона, разгрузившись, и возможно забрав пару двухсотых, возвращалась в тыл. Мы свернули на обочину, дабы дать пройти бронетехники и грузовикам.
Разминувшись с колонной, мы двинулись дальше, по разбитой фронтовой дороге. Где-то со стороны укреплений, послышался тяжелый пулемет, наверное, мутант подобрался близко к периметру, или сталкеры в ходку пошли. Тут один из вертолетов летевший в хвосте колоны, сошел с курса и двинулся в сторону, откуда слышалась стрельба. Ночную темноту осветил залп ракет, и вспышки взрывов. Я приказал включить общую рацию, по которой взахлеб передавали о прорыве в «Зону», большой группы сталкеров. Второй вертолет, то же свернув, с движения колоны, двинулся к колючке. Бродягам видно там пришлось нелегко, после таких прорывов мало их уходит внутрь «периметра». Мы двинулись дальше. Уже хорошо виднелись километры спирали Бруно, не большими огнями светили прожектора дотов, а где-то северней нас, горели огни натовского форта. Вскоре показался «Центральный КПП», как называли этот объект военные. Это был единственный проход в «Зону», который в буквальном смысле не был загражден. Отсюда отправлялись научные экспедиции в «Зону отчуждения», отсюда уходили многие экспедиции военных сталкеров. Правда говорят, местное начальство работает и с особо зажиточными сталкерами, которые могут дать на лапу за то чтобы их пропустили. КПП представлял собой комплекс, состоящий из казармы рассчитанной на взвод солдат, небольшой двух этажный дом, в котором жили офицеры, напротив него стоял пост с пристроенной к нему вышкой, тут же располагался бокс для служебных машин и бронетехники. Все это было обнесено двух метровым в высоту забором, подходы к которому были завалены матками колючки, и минными полями.
Дежурный пропустил машину во внутренний плац-дворик. Я вышел из джипа, взяв с собой документы, и отправился к коменданту. Тот находился в офицерском здание, на первом этаже. Устроился он хорошо. По сути, будучи вторым человеком, после командира поста, он имел не плохую долю с хабара сталкеров. Его кабинет всегда был хорошо обустроен, новый ноутбук, мягкая мебель, на столе всегда была бутылка дорого коньяка. Сам комендант был старым майором, старым не из-за своего возраста, а оттого, что уже долго не видел новых звезд на своих погонах. Тучный и ленивый, он не особо ценил труд других людей, но о себе, и о своих делах всегда был высокого мнения. Солдаты не любили его, и между собой звали Хряком. Настоящее же имя коменданта - Тарасом Ступко. Прямо говоря, скользкий он был тип.
Я вошел в кабинет к Ступко, тот как по обыкновению, подумав, что в кабинет зашел очередной солдат со своей проблемой, рявкнул на меня.
- Пошел вон! Я занят. - Офицер не отрывался от экрана компьютера.
- Не понял. - Спокойно, и с некой усмешкой над майором произнес я.
Ступко развернул свою щекастую голову, на толстой шее, в мою сторону. - А, русич, что надо? - Презренно произнес он.
- Майор, кажется, мы еще находимся под управлением одного штаба, так, что соблюдайте субординацию. - Я бросил ему документы. - Оформи мне пропуск на завтра в «Зону».
- Уже поздно я ни чего делать не буду. - Вновь уставившись в компьютер, оскалился Майор.
- Я, не понял вас майор. - Снял с головы капюшон, маскхалата, я убрал с бедра подол плаща, положил руку на кобуру. - Ты обозрел тут совсем.
- А ты что, думаешь, если у тебя на соплю больше, на погоне, значит тебе все можно? - Вскрикнул майор.
Тут я не выдержав, выхватил пистолет и выстрелил в ноутбук. Майор подпрыгнул на стуле, от испуга, но тут, же подскочив на ноги, начал орать на меня. На шум в комнату вбежал еще один майор, командир поста, Олег Борейко. Олег хоть и был человеком скользким в плане службы и отношений со сталкерами, но в жизни был хорошим командиром. Своих бойцов он уважал, и всегда поощрял, поэтому солдаты его любили и уважали. Офицер был телом не складный, худощавый и высокий с длинными руками и носом, немного сутулившийся.
- Пан Ростов! Яким вы чином тут? - Майор протянул мне руку.
- Да мне на «Кордон», надо попасть. А вот комендант твой, не хочет пропуск оформлять. - Поздоровавшись с майором, я убрал пистолет в кобуру.
- А ти когда зiбрався йди в «Зону»? - Усаживая за стол коменданта, спросил у меня Борейко.
- Я часов в шесть собирался выйти. - Усевшись на мягкое кресло, ответил я.
- Так майор, ти завтра рано встанеш, i оформиш пропуск, або зараз будеш? - Дал выбор коменданту Борейко.
- Зараз, оформлю. - Успокоившись, ответил Ступко. - Только что, этот русич тут командует.
- Ступко, ты що не видеш, що пан Ростов старше нас по званию! - Прикрикнул майор. - Усi, пиши пропуск. Ростов пошли я тебе место найду переспать.
- Спасибо, только со мной еще водитель, сержант. - Я пошел вслед за майором.
- Я зараз, распоряжусь, що його нагодували, да спать уложили, в солдатской казармi.
Первые, утренние лучи солнца, осветили комнату. Где-то в соседней комнате тихо, играло радио. Я, проснувшись, сразу надел снаряжение, накинул поверх маскхалат, и отправился к Борейко. Тот уже давно проснулся, и, бегая по посту, отдавал распоряжения, заступающим на дежурство часовым. Ко мне на встречу, из оружейной комнаты, находившейся рядом с комендатурой, вышел рядовой, протянув мой «Вал», почищенный и смазанный с вечера, спасибо тебе майор, что всегда мне угодить стараешься. Я поднялся вверх по лестнице к дежурной комнате. Через минуту сюда же поднялся и майор.
- От твой пропускний, і дозвіл про знаходження в "Зоні". - Майор протянул мне документы.
- Спасибо тебе, Олег Семенович. Тебе чего-нибудь надо оттуда? - Я взял документы, и мы вместе направились к «периметру».
- Ну, якщо тільки "огненный шар" принесешь, то я мерзну, а мій уже силу втратив. - С улыбкой ответил майор. - Ну, що, удачі тобі там полковник.
Мы подошли к красной линии нанесенной на бетонной дороге. Дальше начиналась «Зона отчуждения». Мы отдали друг другу честь. Я развернулся в сторону «Зоны», посмотрев на восходящее солнце, перекрестился, переступая полосу. Впереди меня ждали, неизвестность, опасность и возможно смерть, в «Зоне» нет ни чего вечного. Я быстрым шагом двинулся вперед. На ходу, поплотней, застегнув маскхалат, накинул капюшон далеко на лицо. Узкая, разбитая дорога тянулась вдаль, откуда послышался гул моторов нескольких машин. Я насторожился, снял с плеча «Вал», хотя скорей всего, это был военный патруль, но здесь лишняя осторожность, ни когда не будет лишней.
Вдалеке показались несколько белых «хамеров», с черной надписью «UN», и пробиркой в венке, на дверях. Это были экологи. Видно ездили за артефактом. В последнее время ученные обленились в конец, раньше они несколько дней ходили по всей «Зоне», чтобы найти нужный артефакт, а теперь просто заказывали их у сталкеров. Машины остановились возле меня. Из окна первой высунулся парень в очках, я его сразу же узнал, это был профессор Мейен, слава богу, я был в маске закрывающей лицо до глаз, так что он меня не узнал.
- Сталкер ты с «КПП»? Там начальства высокого нет? - Мейен был разгорячен. Видно нашел какую-нибудь редкую букашку.
- Ну, если я с «КПП», иду, значит, там начальства нет. - Рассудительно ответил я. Мейен усмехнулся, и залез назад в машину.
- Аномалий много дальше? - Крикнул я ему в след.
- До хутора мало, а дальше, особенно по дороге многовато будет. - Снова высунувшись из машины, крикнул профессор.
- Спасибо вам! - Я махнул, рукой двинулся дальше.
Тут дверь машины открылась, и из нее выбежала девушка, в научном костюме. Я сначала и не узнал ее, но в сеже понял, что это была она, Анна. Она догнала меня, остановив за плечо.
- Влад Ростов, это вы? - С удивлением спросила она.
- Нет, извините, вы обознались. - Я не знаю, почему я так сказал ей, но видно так было надо.
Девушка, расстроившись, отправилась к машине. Я, не много посмотрев ей в след, и отправился дальше. «Зона», была сегодня спокойной, стаи собак тихо лежали на вершинах холмов, не обращая внимания на меня, одинокие кабаны нервно рыли землю, пытаясь найти съедобные корешки. Вскоре я поднялся на вершину холма, через который шла дорога. Отсюда открывался вид на весь «Кордон», на его не большие хутора, железнодорожную насыпь, заброшенные фабрики и элеватор. Здесь начиналась «Зона отчуждения», здесь начиналась сталкерская жизнь, вольная и опасная, интересная и ужасная.
Я стоял у входа в бомбоубежище, построенное еще в годы холодной войны. Серые бетонные стены покрылись плесенью, узкая лестница, ведущая вниз, была сильно разрушена. Осторожно, чтобы не навернуться, я спустился вниз. Тот, кто не знал, «Зону», мог подумать, что это очередная заброшенная подземка. Но на самом деле, вокруг этого бункера кипела жизнь половины этого мира, огражденного колючкой, это был крупнейший торговый узел. Через этот бункер, текли такие товары, такие деньги, что на них можно было собрать небольшую армию, но хорошо обученную и вооруженную. И всем этим заправлял один человек, пятидесятилетний торговец Сидорович. Среди всех торговцев "Зоны", он был, безусловно, лучшим. Не скупой и даже щедрый, для своих, и в то же время, подозрительный и осторожный с чужими. Не дружить с Сидоровичем, было плохо, потому что, кто, если не он достанет тебе редкий ствол, или дорогой бронежилет? Кто еще кроме него, в три дорого купит у тебя артефакт? Да и с другой стороны, любой наемник, да и сталкер мог за его деньги, убрать вас, если вы не понравитесь торговцу.
Сидорович, всегда продавал оружие раза в два дешевле, чем другие торгаши, а артефакты покупал дороже, но при этом всегда имел хорошие деньги, оставался в плюсе. Поэтому среди сталкеров ходило поверье, что Сидорович однажды добрался до "Монолита", и, загадав желание, стал сказочно богатым. Хотя я сам ни когда не верил в эту легенду. Скорей всего, его секрет был в «щедрости». В то время, когда к жадному, или злобному торговцу, например из "Свободы" прейдет один клиент и купит один ствол, за бешеные деньги, в это же время к Сидоровичу прейдут трое клиентов, и купят три автомата за меньшие деньги, но при этом Сидорович, все же останется с большей прибылью.
Я стоял в небольшом холе, приоткрыв старую, деревянную дверь, я попал, в еще одну залу, тут было много ящиков, банок, кучки гильз лежавшие в углах комнаты, и разный другой мусор. В тяжелой металлической двери, через стеклянную амбразуру, виднелся свет из соседнего помещения. Я несколько раз пнул нагой дверь. В окошке показалась голова охранника в черной маске.
- Открывай калитку, бугай! - Крикнул я в домофон.
- Хозяин, занят, велел ни кого не впускать. - Буркнул охранник.
- Мне, можно, это Ростов. Давай открывай калитку Чугун. - Чугун, так звали охранника Сидоровича.
- Мне, то что? У меня приказ не впускать ни кого. - Снова прозвучал басистый голос вышибалы.
- А у меня два кило пластида, сейчас дверь сам открою. - Я хорошо знал туповатого и наивного Чугуна, и был уверен, что он откроет, после таких слов.
За дверью послышалось какая-то возня, щелкнул дверной затвор, и дверь открылась, оттуда высунулась голова охранника. Я, ухватившись за ручку, еще сильнее открыл дверь.
- Брысь, детина. - Гаркнул я, на парнишку.
Тот отскочил в сторону, дав возможность мне зайти. Комната, за дверью была довольно большая. Ее на две половины делила тонкая металлическая стенка, высотой с пол человеческого роста, а до самого потолка возвышалась, толста металлическая сетка, с небольшим окошком по середине.
- Где хозяин? - Оглядев помещение, и не увидев торговца, я обратился к охраннику.
- Он на складе, у него клиент. - Пробасил Чугун.
Дверь на склад была не закрыта, и я спокойно зашел в комнату. У полок с оружием стоял Сидорович, с каким-то сталкером, рассматривая, новенький "Калаш". Заметив меня, он нахмурил брови, и, дав автомат в руки сталкеру, крикнул Чугуна. Тот виновато вошел в комнату.
- Я тебе сказал ни кого не впускать? - Накинулся на охранника торговец.
- Да. - Тихо ответил Чугун.
- Так, что тут делает он? - Сидорович ткнул в мою сторону пальцем.
- Спокойно, Сидорович, не узнал что ли меня? - Я остановил хозяина бункера.
- Балосс? Ростов! Ты как здесь, чертяга! - Настроение пройдохи Сидоровича, сразу поменялось.
- Мимо, шел, да и вот зайти решил. Шутка, дело есть к тебе. - Я пожал руку торговцу.
- Дело, это хорошо, только давай я с клиентом закончу, и поговорим.
Мы с Чугуном, вышли в главный зал. Я уселся на старый стул, и стал дожидаться оружейного барона «Зоны». Вскоре из склада вышел бродяга, держа автомат за спиной, он облокотился на стену, дожидаясь торговца. Через пару минут вышел и Сидорович. Немного повозившись со сложным замком на двери, он все же его закрыл, после чего отправился в огороженную часть зала. Усевшись за столом, он что-то напечатал на ноутбуке, и затем подозвал к себе покупателя. Тот наклонился к окошку. Торговец, достал тетрадку из-под стола, и на чистом листе, большими буквами написал - две тысячи. Сталкер оглянулся вокруг, и уставил свой взгляд на меня. Я отвернулся в сторону, в заде послышалось копошение, и шелест денег. Бродяга, зацокал армейскими ботинками по бетонному полу, выйдя из зала, он закрыл за собой дверь. Дождавшись когда звук армейских ботинок совсем стих, я повернулся лицом к Сидоровичу, и, не слезая со стула, на нем подвинулся ближе окошку. Торговец, надев очки, закрыл ноутбук.
- Что, за дело у тебя? - Он поправил свои окуляры на носу.
- Мне, нужна информация, конкретная и по одной теме. - Я скинул с себя капюшон, и снял с лица маску.
- Ну, ты знаешь, я за информацию дорого беру. - Сидорович явно заинтересовался.
- Сидорович, понимаешь, мы сейчас в другой ситуации, и я думаю, что тебе придется ответить на мои вопросы бесплатно. - Я встал со стула, и заходил по комнате. - Ты, конечно, можешь не отвечать, на мои вопросы, и более того разозлиться, и закопать меня заживо, но я опять скажу, что мы в другой ситуации. Вот расстроишь ты меня, и не ответишь на вопросы, и завтра "Кордон" оккупирует спецназ. Вот закопаешь ты меня, и тогда расстроится мое командование. Нагонят сюда, танков, экзопехоты… - Я заметил, как лицо Сидоровича напряглось.
- Ну, Балосс, ты изменился. Не ожидал я от тебя такого. Что тебя интересует? - Торговец встал со стула, и направился к двери.
- Мне интересно, не появлялся ли где-нибудь в "Зоне", странный сталкер, интересовавшийся подземками, или наоборот предлагавший редкую информацию о них? - Я вернулся к стулу и уселся на него. Сидорович встал рядом со мной, пристально посмотрел на мое лицо и ответил. - Лично у меня таких не было. Но вот долговский торгаш с "Агропрома", рассказывал, что неделю назад за бешеные деньги продал одному бродяги план, якобы подземки "Темной долины".
- И больше ни чего интересного не было? - Я вопросительно посмотрел на торговца.
- Хоть убей, больше ни чего не было. - Убедительно ответил Сидорович.
Долговец, чертов торгаш, он все же дождется своей пули. Мне теперь ни чего не оставалось, как идти на "Агропром", а здесь на "Кордоне", оставаться уже было бесполезно. Я встал со стула, поправив на плече автомат. Окинув взглядом комнату, направился к выходу. Уже у самой двери я остановился, обвернувшись назад, посмотрел на торговца.
- Сидорович, ты же знаешь, я всегда благодарю за помощь. - Я достал из жилета пачку денег, завернутую в брезент, и кинул торговцу. - Тут сполна хватит. И еще. Купи и отправь майору Борейко с «КПП», "огненный шар". Я просто ему обещал.
Я вышел из комнаты, и быстрым шагом выбежал на улицу. Солнце уже поднялось высоко над горизонтом. С юга дул легкий ветерок, колыша пожелтевшие траву и листья. Не далеко от бункера, был старый хутор, который облюбовала сталкерская молодежь. Главный у них там был Кайман. Он был из первых сталкеров, многое знал о "Зоне", но уже давно не ходил в глубокие рейды. В свое время, он с тремя своими друзьями, решил пойти в первую ходку. Они молодые, неопытные, ни чего толком не знавшие о «Зоне», а с другой стороны аномалии, монстры, смерть. Назад вернулся только Кайман. Он поведал все ужасы этого мира, огороженного колючкой. Продав хабар, сталкер разбогател. Сначала он хотел забросить сталкерство, но оно как наркотик, один раз попробуешь, и не сможешь уже излечиться. Бродяга еще некоторое время ходил в "Зону" за хабаром, а потом понял, что его призвание в другом. Он начал натаскивать сталкерскую молодежь, учить выживать их в "Зоне", что бы ни кто не повторил больше его судьбу. В начале к нему потянулось много людей, но со временем, о "Зоне отчуждения" становилось слишком многое известно, и сталкер идущей в первую свою ходку, знал о ней не меньше старого ходока. С каждым днем все меньше людей приходило к Кайману, и он в последнее время только и делал, что спиртом заливал свои тяжелые воспоминания.
Я, оглядев хутор, двинулся дальше, стараясь держать подальше от основных сталкерских тропок. Выставив перед собой дуло автомата, я внимательно смотрел себе под ноги, чтобы не влететь в аномалию. Хорошо виднелась тянущаяся серая полоска дороги, идущая по хребтам холмов. Я остановился возле небольшой речушки, уходящей к дороге. Снял с пояса дозиметр, слегка начавший пищать, семьдесят два микрорентгена в час, не так страшно, главное не задерживаться. Преодолев ручей, и не много отойдя от него, я снова взял в руки дозиметр, сорок три микрорентгена в час, это уже нормально, но надо двигаться. Вдалеке начал виднеться элеватор. - Вот там и остановлюсь передохнуть. - Пронеслось у меня в голове. Пройдя еще с километр, я вышел на узкую тропинку, ведущую к элеватору. Дорога была чистой, аномалии встречались редко. Но вскоре за мной увязалась стая собак. Они держались на почтительном расстоянии, но не отставали от меня. Прибавив шагу, вскоре я добрался до зернохранилища. Здания в основном были разрушены, но в центре достаточно хорошо сохранился зерно-насыпной цех. Я тихо подошел к строению. Из разбитого окна послышался чей-то кашель. Кто бы там не был, но осторожность не лишнее. Я, выставив перед собой дуло, автомат, тихо вошел внутрь корпуса, в центральной зале, слышался треск костра. Достав из жилета зеркальце, я осмотрел в него помещение. Там сидели трое солдат. Но почему без сержанта или офицера? Почему всего трое, и что они вообще здесь делают? Я плотнее прикрыл маскхалатом все военные нашивки и эмблемы, и, кашлянув, вошел в помещение. Бойцы подскочили на ноги, с опаской смотря на меня.
- Ты кто дядя? - Спросил один из них меня.
- Спокойно, я просто сталкер. Шел мимо, думаю, дай остановлюсь отдохнуть. - Я осторожно приблизился к бойцам.
- Ну, если бутыль прозрачной поставишь, то можешь присоединиться к нам. - С улыбкой, сказал один из солдат.
Мы с опаской посматривали друг на друга. Я, достал из рюкзака бутылку водки, и поставил на импровизированный стол из ящиков. Солдаты переглянулись между собой, один из них достал из вещмешка три алюминиевые кружки, я поставил рядом и свою. Открыв бутылку, мы разлили ее по емкостям.
- А ты вообще, куда направляешься путник. - Заинтересованно спросил один из солдат.
- Да, человека мне надо одного найти. - Образно ответил я.
Выпив залпом водку, мы принялись за разогретую тушенку. Между делом я заметил, что у солдатиков этих, кроме обреза и пистолета не было оружия. Я все больше был уверен, что они дезертиры. Бойцы хоть и привыкли к моему присутствию, все же косо поглядывали на меня.
- Ну, а вы кто такие? Что делаете здесь? - Но я уже знал, какой последует ответ.
- Мы, дезертиры. - Начал один из солдат. - Нам уже скоро на дембель, а тут начальство нас с резервной на передовую линию кинули.
- Офицерье там, какое-то злое попалось. Все строго, ни пост покинуть на минутку, не водки хлебнуть перед сном. Да и зверствовали они, за каждую провинность, сразу в морду. - Продолжил второй боец.
- В общем, мы недолго думали, взяли да, через колючку и сюда. - Опять заговорил первый дезертир. - Только вот. - Рядовой ткнул пальцем в третьего солдата. - Он, не позаботился об оружии, и когда мы оказались за периметром, поняли что кроме старого "Макара" на троих, у нас ни чего нет. Ну, нам повезло, конечно. Застукали сталкера, он спал у костра. И мы его пристрелили. У него оказался обрез да патроны, да паек сухой еще. А сейчас думаем куда податься. Хотели в "Долг", да думаем, что сдадут нас, а в "Свободу" лезть самоубийство.
- Да братцы. Зря вы так на офицеров. - Я прервал их рассказ. - Вот, кто будет защищать человечество, если вы все разбежитесь?
- Ну, вот контрактники и пускай защищают. А нас то, что на передовую? - Нервно ответил один из солдат.
Тут, один из дезертиров взяв обрез, кивком головы позвал за собой остальных, они встали и вышли из задания. Я сразу понял, что здесь что-то не так, тихо встав, и отправился за ними. Солдаты, отойдя не далеко от здания, начали что-то бурно обсуждать. Подойдя к двери, я уже хорошо слышал их разговор.
- Да, я тебе говорю, это спецназовец. У него ботинки как у спецов, я такие видел. - Пытался убедить своих товарищей один из солдат.
- И что, спецназовцы все, что ли бессмертные? Не мог один случайно погибнуть, а сталкер обокрасть. Да и ведет он себя как самый обычный бродяга. Был бы армейцем, давно бы замочил. - Остановил его другой.
- Вот именно, что не как обычный. Вы видели, как он отреагировал на счет сталкера? - Сержант, все продолжал настаивать на своем.
- О чем ты?
- Да о том, что он даже глазом не моргнул на мои слова. Он мимо ушей пропустил эти слова. Короче, вы как хотите, но я его замочу. Нам оружие надо, а у него "Вал" навороченный. - Прикрикнул на остальных первый солдат.
- Как того сталкера? Ты не рассказ, этому человеку, что тот сталкер нас от стаи собак отбил, а потом еще едой поделился, а ты его как крыса последняя пока он спал, пристрелил.
Я понял, что тут все серьезно, и бездействие опасно. Достав из разгрузочного жилета, гранату, я отошел в другую комнату, и стал дожидаться дезертиров. Двое из них остались у двери, а третий вышел на середину комнаты. На его лице появилось удивление когда, он не увидел меня там. Беглец внимательно огляделся по сторонам, сжимая в руках обрез. Я выдернул кольцо и кинул гранату в комнату. Она, несколько раз подпрыгнув на изломанном полу, упала под ноги дезертиру, на его лице пробежало чувство растерянности и испуга. Серо-белый султан дыма взвился вверх. Окровавленный солдат, сделал пару шагов, и упал на пол. Я не оставил шансу и второму дезертиру, выскочив из-за стены, выпустил в него очередь. Под мой ствол попался, было уже и третий парнишка, но я вовремя остановился. Тот, зажавшись в углу, трясся от страха. Склонившись над ним, я размерным голосом задал вопрос.
- Ну и кто ты!? - Я на всякий случай не сводил с него автомат.
- Рядовой Сорокин, я. - Ответил дезертир. - Прошу не убивайте меня. Я не хотел дезертировать, это все Каросов. - Парнишка ткнул пальцем в убитого гранатой дезертира. - Он, все затеял, а за ним и брат мой пошел, и мне пришлось! Как бы я остался бы там? Меня же офицеры повесили как Саратова.
- Какого Саратова? - Удивлено спросил я.
- Сержанта с нашей роты. Он отказался, по ночи до «КПП» идти, за водкой, а ротный наш, и взводный, его и повесили на стене казармы, а на следующий день, его за периметр вывезли. Он там до сих пор собак кормит. А до этого еще нескольких из нашей роты они убили. А сами суки, сидят с толстыми рожами ни чего не делают. Мы им сапоги вылизываем. Вот мы и дезертировали. Какая разница, где умирать? Там как собака, или тут.
Я, успокоившись, отвел в сторону дуло автомата. Ну и что делать с этим? Сгинет же один тут. Первая же стая собак растерзает.
- Ладно, со мной пойдешь. Отмычкой. - Утвердительно сказал я, выходя из здания.
- Куда? - Удивлено переспросил дезертир, поднимаясь с пола.
- На «Агропром». У меня там дела есть, а дальше посмотрим, что делать с тобой. - Ответил я.
Забрав у убитых все вещи, которые могли нам пригодиться, мы двинулись прочь от элеватора. Солнце, стоящее в зените, обдавало жаром, поэтому пришлось расстегнуть маскхалат, и снять каску, но прохладней не стало, с юга дул сухой и горячий ветер. Редкая трава, обожженная выбросами, от жары еще больше пожелтела. Я нервозно сжимал в руках автомат, ожидая какой-нибудь твари, но не одного монстра так и не попадалось на нашем пути. Хотя, сжимал я автомат не из-за того, что боялся монстров, а потому что не был уверен в своем спутнике.
- Сорокин! Как зовут то тебя. - Я слегка толкнул парня в плече.
- Сергей. - Кратко ответил он. - Господин офицер.
- Подполковник. - Перебил я дезертира.
- Господин подполковник, а кто такой отмычка? - Полюбопытствовал Сергей.
- Мясо, это. Не понимаешь? - Я увидел, растерянное и удивленное лицо парнишки. - Отмычка, это вроде еще не сталкер, ну уже ходок в «Зону». Многие сталкеры, набирают себе помощников, не ходят по одиночке. Отмычки, обычно своими телами находят аномалии, а тем, кому повезет вернуться, открыта дорога в «Зону». За ходку отмычкой наберешься опыту, сколько не одна школа Каймана не даст. Я тоже в свое время отмычкой бегал, два раза. В первый раз, из четырех отмычек, я и еще один парнишка вернулся. А во второй раз. - Я сделал паузу. В голову влетели воспоминания тех дней. - Из всей экспедиции, двое, я и сталкер. Ляхом кликали.
Сергей наморщил лоб, и уставился куда-то в сторону. Я, сильно ударив его в бок, жестом указал под ноги. Парнишка собственно понял меня. Слава богу, что аномалий мало. Обычно только и успеваешь слышать пение детектора. В последние дни, у меня складывалось впечатление, что скоро будет мощный выброс, уж совсем ослабела «Зона» да и давно не было выплесков энергии. Мы прошли еще с километр, как перед нами не появилась железнодорожная насыпь. Узкая серая полоска дороги убегала под разрушенный железнодорожный мост, на котором стоял разгромленный состав. Один из вагонов даже рухнул на склон, и ржавым пятном выделялся на земле. Мы были на не высоком холме, но отсюда открывался вид на всю насыпь. Я лег на землю, внимательно осматривая местность в бинокль. И чего им не живется спокойно - под мостом дежурили сталкеры. Опять нашего брата выбили. А завтра снова взвод десанта выбьет сталкеров. Только ждать мне до завтрашнего дня нельзя. Да и рядом был не большой туннель, в обход поста. Я, приподнявшись, движением руки позвал за собой Серегу. Тот, нагнувшись, двинулся за мной. На нашем пути было полно разного строительного мусора, так что мы добрались до туннеля не замеченными. Здесь как всегда было сыро и грязно, на стенах и потолке свисал «жгучий пух», кое-где виднелись останки сталкеров. Я одел на лицо тепловизор, оглядев проход, и убедившись, что тут нет ни кого, мы двинулись дальше. Если честно я расслабился, и не обращал не на что внимание.
Мы уже прошли половину туннеля, как за нашими спинами послышалось шлепанье чьих-то шагов по грязи. Я остановился. Сергей прошел дальше, не почувствовав неладного. Медленным движением я снял с предохранителя автомат. Резко развернувшись назад, я увидел перед собой зомби. Что же вы все время со спины наподдаете? Метким выстрелом я снес зомби голову. Тело упало в грязь, дергаясь в конвульсиях. В это время, позади меня раздался крик, и выстрел из обреза. К Сергею шел зомбированный сталкер. - В голову! - Во весь голос крикнул я. - Парнишка, почти в упор выпустил второй заряд. Зомби, дернувшись от выстрела, видно нажал на спусковой курок. Очередь из «Калаша» ушла в мою сторону. Несколько пуль попали в кирасу, по груди прошла сильная боль. Я еле устоял на ногах, выронив из рук автомат, сжал грудь руками. Дезертир подбежал ко мне, что-то крича, но я его просто не понимал. - Все нормально. - Я расстегнул маскхалат и разгрузочный жилет. На полимерной кирасе виднелись насколько вмятин. - Двигаемся дальше. Нельзя на месте, тут стоять.
На этот день наши приключения не закончились. Мы прошли еще несколько километров, прежде чем оказались на «Свалке». Отсюда до «Агропрома» вели две хоженые сталкерские тропки. Но нам все равно пришлось быть наготове, что бы в случае чего отбиться от противника. Когда до «Агропрома» уже было рукой подать, я почувствовал, что за нами увязались какие-то твари. Толи это была стая голодных собак, толи мародеры почувствовали запах наживы. Но как бы там не было, мне это не нравилось. Чем дальше мы шли, тем сильнее, как мне казалось, сжималось кольцо вокруг нас. Вскоре я заметил невдалеке чью-то серо-синюю спину. Мы двигались дальше, вдали начал показываться небольшой лесок. - Вот там мы все и решим, кто они, кто мы, промелькнуло у меня в голове. - Я кивком головы, указал Сереги на лес.
- Нам, туда. Быстро, у нас хвост.
- Какой хвост? - Непонимающе, и удивлено спросил меня дезертир.
- Волчий, а может быть шакалий. - С усмешкой ответил я.
Мы прибавили шагу, что бы быстрей добраться до леса. Но в сотни метров от него, я в буквальном смысле споткнулся, об одного из наших преследователей. Не устояв на ногах, я рухнул на землю. Передо мной лежал сталкер в серо - синем комбинезоне, как у британского спецназа. В руках у него был американский карабин, который смотрел в противоположную от меня сторону. Через стекло противогаза, я видел в глазах наемника растерянность и испуг. Быстро опомнившись, он попытался нацелить автомат на меня, но я сыграл на опережение, пара пуль пробила охотника, и тот остался лежать в пожелтевших зарослях травы. Оглядевшись вокруг, и убедившись, что рядом больше не было преследователей, мы подобрали оружие и часть снаряжения погибшего. Теперь нам пришлось бегом нестись к лесу. Уже почти у самой опушки, позади нас послышались многочисленные очереди.
Свинец только и успевал взрывать землю за нашими спинами, но не один наемник, так и не попал в цель. Мы забежали в лес, и укрылись за двумя старинными дубами. Стрельба позади, утихла. Вид леса заставил думать, что я ошибся в своих расчетах. Через большие промежутки между кронами деревьев, вырывались мягкие лучи солнца, освещая землю. Трава была здесь редкой и низкой, и укрыться в ней не было возможности. Кое-где сверкали редкие аномалии. Солнечный свет, падающий на них, слегка образовывал сферические контуры. Идеальная могила, для двух гонимых наемниками сталкеров. Но, мое предчувствие, ни когда меня не обманывает. Слегка заметный, но в тоже время большой овраг, разделял узкой полоской лес на две половины. - Быстро за мной. - Шепотом, я позвал за собой Серегу. Мы резко подскочили и бросились к оврагу. Позади нас, вновь послышалась стрельба. Пули, шлепаясь о землю, поднимали легкие дымки. Я с разбегу прыгнул в овраг, и как назло в аномалию. Слава богу, «система подавления аномалий» поглотила часть ее энергии, и я смог рывком выскочить из «воронки». Оглянувшись, и убедившись, что мой спутник здесь и цел, быстро начал обдумывать наши дальнейшие действия. Я как на автопилоте, в нескольких местах оврага установил растяжки. Сам закрепился на краю обрыва, а Серого послал в другой край.
Охотники за головами не стали долго ждать, и пятеро бойцов двинулись к нам. Я движением руки указал дезертиру на них. Приготовившись, мы ждали когда, противник приблизится к нам. Двое наемников, спрыгнули в овраг, и тут же зацепились за растяжки. Земля дрогнула от взрыва. Оба бродяги упали пораженные осколками. Остальные, укрывшись в траве на краю оврага, открыли беспорядочный огонь. Трассирующие пули разлетались в разные стороны, ударялись о землю и деревья, оставляя яркие следы. Опытный солдат с легкостью понял бы, что противник не видит тебя, и понятия не имеет, где ты. Наемники успокоились, понимая, что не видят нас, и тратить патроны. Сергей хотел уже открыть огонь по наемникам, но я вовремя остановил его, поняв, что в его обойме тоже трассирующие. Поставив свой автомат, на одиночный режим огня, я выпустил пару пуль в сторону охотников. Один из них схватившись за плечо, подскочил на ноги, я, воспользовавшись этим, выпустил третью пулю, которая сразила его. Оставшиеся наемники кинулись прочь от оврага. Один из них тут же влетел в «мясорубку». Второй сталкер, шокированный происходящим, упал на землю, смотря на останки погибшего товарища.
На помощь им вышел еще один отряд. Заметив сталкеров, я громко крикнул - Огонь - и мы в два ствола начали поливать наемников свинцом. Рассеявшись, охотники за головами открыли ответный огонь. Серая форма, хорошо выдавала своих владельцев на зеленовато-желтой траве, и поэтому, мы выбивали из строя одного за другим наемника.
Вдали где, судя по всему, находился еще один отряд бойцов, послышался басистый голос «Калаша», а за ним металлическая трескотня «Грозы». Я рукой показал дезертиру следовать за мной, и мы двинулись на встречу, тем, кто нарвался на убийц. Добив по пути пару раненых «охотников», мы дошли до того места, где слышалась стрельба. На небольшой поляне, лежали тела десяти сталкеров. Больше здесь ни кого не было. Я оглянулся вокруг, поле было пусто, нас окружала лишь тишина. Неожиданно из травы выскочила пара сталкеров. Все они были в маскхалатах, из-под которых выглядывали черные, прорезиненные комбенезоны, под капюшонами виднелись черные повязки на головах. Сталкеры окружили нас, держа на мушках. Из-за деревьев показалось еще с пол дюжины сталкеров. Они были одеты в черно-красные костюмы, головы были закрыты стеклянными колпаками, армейские ботинки были на высокой резиновой подошве. На груди были нашиты кевларовые пластины красного цвета, а на рукавах были эмблемы в виде красного щита. Нам повезло, это были «долговцы».
- Кто вы бродяги? - К нам обратился один из сталкеров.
- Ну, сталкеры мы постольку, поскольку. Подполковник Ростов, можно просто Балосс. - Я, слегка улыбнувшись, представился «долговцу».
- Бригадир Жданов. - Довольным голосом ответил боец. Мы обменялись крепким рукопожатием. - Ну и как вас господин подполковник сюда занесло? Куда направляетесь?
- Да вот, Алексашка, шли мы на вашу базу на «Агропроме». Только, пришлось задержаться.
- Ну, что же мы как раз туда же направляемся, можете идти с нами.
Отряд двинулся дальше, а мы пошли за ним в хвосте. Наш путь был долгим, дабы не попасться в аномалии, которых к западу, ближе к «Агропрому» становилось все больше, мы проверяли каждый метр земли. Да и мутантов здесь было много. На «НИИ» всегда хватало мутантов, и если раньше «долговцы» зачищали местность от них, то теперь «Долг» уходил отсюда, и тут с каждым днем становилось все опасней. Небольшая база сталкеров, стоявшая в старом заводе на северо-востоке «Агропрома», и без того с трудом сдерживающая зверье и мародеров, в последнее время совсем опустела. Редкие путники захаживали сюда, что бы передохнуть после долгой ходки в «Зону отчуждения». Да и постоянные перестрелки, которые тут происходили, отдыхом назвать было нельзя.
«Долг» решивший покинуть «Агропром», проложил два «коридора безопасности». Они представляли собой две дороги укрепленные постами, двигаясь по которым сталкеры были в относительной безопасности. Но южная дорога, проходившая и без того по дикой территории, ни когда, нехоженая людьми, в последнее время стала совсем заброшенной. Обветшавшие и полуразрушенные блокпосты, были просто усеяны останками погибших бродяг, и убитых ими монстров. Тропка, засыпанная щебнем, совсем заросла высокой травой, скрывающей в себе многочисленные опасности. Но нам предстояло идти по этому пути.
Серый с любопытством посматривал по сторонам. Так как мы шли в конце отряда, за аномалии волноваться нам не приходилось, «долговцы» сами помечали красными флажками каждую аномалию, попадавшуюся на нашем пути. Дезертир, как мальчишка, впервые увидевший настоящий самолет и всяческий пытавшийся изучить его, хватал камни и бросал в аномалии, внимательно смотря за тем, как аномалия реагировала на инородное тело. Не скажу, что это меня раздражало, даже напротив, веселило, но для порядку, я, в конце концов, громко рявкнул на свою отмычку. Тот еще не отвыкнув от армейской жизни, вытянувшись спокойно двинулся за мной.
- Господин подполковник, а вы так и не представились мне до конца. - Дезертир внимательно глядел на мое сосредоточенное и серьезное лицо.
- Евгений. - Кратко ответил я, и тут же добавил. - Но зови меня просто Балосс.
- Почему Балосс? Откуда такое прозвище.
Я слегка улыбнулся.
- Это еще с Суворовского училища. Я, в какие бы подразделения не попадал, всегда командные должности занимал. Всюду где я служил, всегда был командиром. Так и закрепилось за мной прозвище Большой Босс, а затем и Балосс. Смешно, но сердито.
Мы подходили к заброшенному блокпосту. Он стоял прямо на дороге. Квадратом, по периметру стояла стена из мешков с землей, перед ней лежали мотки ржавой колючки, в северном углу стоял подкошенный, старый, деревянный сарай. Первое, что бросилось мне в глаза - погибшие сталкеры, лежавшие у баррикад. Видно нелегко им пришлось в тот день. Я оглядел одного из погибших, это был одиночка, да, как и все остальные. Защитные костюмы на них были разорваны, а на теле виднелись рваные раны. Ко мне подошел один из «долговцев», оглядев разрывы на теле, он кратко и уверено произнес. - Снорки. Не повезло парням. Мы огляделись, взяли все, что было ценное у сталкеров и двинулись дальше.
Сергей шел рядом, поглядывая на меня. Я понимал, что он хочет что-то спросить у меня, но не решается. Но, в конце - концов, он выдавил из себя свой вопрос.
- Господин полковник, почему у вас, сталкеров все так просто?
- Не понял, я тебя солдат.
- Ну, вот вас зомби ранил, а вы, как ни в чем не бывало, пошли дальше спокойно, на нас отряд наемников напал, а вы даже глазом не моргнули, как будто это в порядке вещей. А эти сталкеры, почему мы их не похоронили? Вы видите аномалию, и смотрите на нее как на свою машину, которую каждый день видели.
Под мое внимание попал даже не сам вопрос дезертира, а это высказывание «…у вас, сталкеров…». Конечно, может быть он просто, образно выразился. Но может, он знал о моих сталкерских похождениях? И может он вовсе не тот, за кого выдает себя. Ладно, все еще выясню, рано или поздно он проколется. Если будет, чему прокалываться.
- Когда походишь пару лет в «Зону», ты начинаешь относиться к происходящему тут, спокойно, и даже равнодушно, а хороший сталкер не тот, который похоронит погибшего друга, а тот который не даст ему умереть. - Между нами промелькнуло молчание. Стояла тишина, через которую, проносились тяжелые шаги сталкеров. Отряд вошел в небольшую лощину. С обеих сторон мы были окружены холмами, каждый из них мог стать хорошим местом для засады. Сталкеры начали суетливо оглядывать высоты, нервно обращая внимание на каждый звук, на каждый шорох. Неожиданно у меня запел дозиметр, и в это время с головы отряда разнесся окрик.
- Радиоактивное пятно. - Бродяги начали доставать из сумок противогазы, и плотнее застегивать защитные костюмы. Я заметил, что дезертир мой, растерялся, с обидой глядя на матерых сталкеров. - Ну и как ты без противогаза собрался выживать в зоне? - Я полез за своей резиной, и протянул его Сорокину. - А вы как? - Удивлено спросил Сергей. Я, слегка улыбнувшись, перевел с каски на глаза целеуказательную маску. А из разгрузочного жилета достал кислородный фильтр, закрыв им до конца лицо. Все же противогаз надежней, но и с такой системой можно выжить в радиоактивном пятне. Мы двинулись дальше, и чем глубже мы уходили в лощину, тем активнее становилась радиация. Кругом сверкали аномалии. Под небольшим, умершим деревом, лежали останки сталкера в «гравитационной плеши». Многочисленные ветки и различный мусор притягивался гравитационной нестабильностью. Ее было трудно не заметить, но видно сталкер спасался от кого-то бегством, поэтому и влетел в нее. Мы двигались быстро, насколько могли, но создавалось такое ощущение, что мы топчемся на одном месте. Сигналы дозиметров звонко отдавались в ушах. От сильной радиации кровь в жилах словно запекалась, в глазах начало темнеть. Мы насколько могли, еще прибавили шагу. Я заметил плетущегося позади всех Сергея, он еле перебирал ногами, пошатываясь в разные стороны, видно парнишка успел схлопотать большую дозу радиации. Я притормозил, чтобы дождаться дезертира. Подхватив его подмышку, из последних сил рванул вперед. Скоро захлебывавшийся дозиметр практически перестал трещать. Мы прошли еще с полкилометра, и весь отряд остановился передохнуть после такого напряженного марш-броска. Серега сорвал с себя противогаз, и сразу же опорожнил желудок. Я, отстегнув кислородный фильтр, почувствовал слабый запах озона. На небе начали стягиваться тяжелые стальные тучи. Легкий прохладный ветерок нес их от ЧАЭС, и скоро мог вполне разыграться радиоактивный дождь. Заметив, что моему путнику совсем плохо, к нам подошел бригадир Жданов. Он оглядел парня, и, отдернув камуфляжную куртку, скривил лицо.
- Почему он без защиты? - Злым и тихим голосом Жданов обратился ко мне.
- Он дезертир, бежал, в чем было. - Таким же тихим голосом, ответил я.
- Ладно, парень большую дозу схлопотал, надо на базу, там ему помогут. Если у тебя есть, хоть немного антирада, введи ему. Я достал из рюкзака аптечку, а из нее шприц с препаратом. Хоть доза была и мала, но это все лучше, чем, ни чего. Двое крепких «долговцев» понесли парня, взяв его под руки. Я подобрал свой противогаз и автомат дезертира, и отправился следом.
Посередине темной комнаты стояла старая чугунная ванна. В углу, на небольшой тумбочке горела свеча, слегка прерывая темноту мерцающим светом. В ванне лежал нагой Сергей. Из носа его тонкой струйкой текла кровь, кожа была бледна, а глаза смотрели без перерыва в одну точку, лишь свет воскового огня давал им живой блеск. Дверь в комнату слегка приоткрылась, впуская слабый солнечный свет. Противно скрипнув, дверь совсем распахнулась, и в помещение вошел человек в белом халате. Он пристально посмотрел на меня, а за тем перевел взгляд на Серегу. Резким движением он закрыл дверь. В комнате опять наступила темнота, прерываемая мерцанием свечи. Доктор сел на колени, возле ванной, внимательно осмотрел дезертира. - Он получил очень сильную дозу. Слава богу, что ожог минимален. Мне придется ввести тройную дозу антирада. Если он раньше не получал это лекарство, то данная процедура будет довольно опасна, но это единственный выход. Я слегка кивнул, головой. Медик был абсолютно прав, тройная доза антирада, может быть для не подготовленного человека хуже яда кобры, но тут выбора у нас не было. Врач раскрыл на полу небольшой кожаный кейс. Достав шприц, он наполнил его черным лекарством. Протерев руку дезертиру спиртом, он резким движением вколол иголку в вену. Черное лекарство медленно уходило с пластиковой емкости. Введя все лекарство. Доктор убрал шприц в сторону, и достал из кейса скальпель. - Я сделаю ему небольшой надрез на руке. Зараженная кровь, благодаря надрезу выйдет быстрей. - Медик слегка провел по руке, скальпелем, оставляя за ним след крови. - Держи руку над ванной, не опускай в воду. - Я послушно последовал указаниям доктора.
Тонкие густые струйки крови пошли из ушей дезертира, а затем кровь начала идти из носа. Процесс начался. Через пару десятков секунд парень начал биться в конвульсиях, откашливая густые кровавые сгустки. Ванна, слегка наполненная водой, начала краснеть от крови. Я держал руку парнишки над ванной, и в тоже время пытался сдерживать его порывы. Сергей с каждым мгновением все сильней и сильней бился в судорогах. Кровь все сильней и сильней заполняла ванну. Доктор посмотрел на часы, и подал мне бинт.
- Я введу ему «успокоительное», а вы перевяжите ему разрез бинтом, и перетяните жгутом. Доктор, быстрыми профессиональными движениями ввел своему пациенту «успокоительное». Вслед за ним, я сноровисто перемотал надрез бинтом и, найдя в кейсе жгут, перетянул руку. Парень вскоре перестал дергаться, и доктор указал мне на дверь.
- Вы больше не нужны. Позовите мне Студента.
- Да, конечно. Кого позвать? - Я сильно разволновался после этой операции.
- Студента, это мой протеже, он у двери стоит.
Я вышел из комнаты. Около двери стоял, читая какую-то книгу, мальчишка лет восемнадцати в очках. Я кивком головы указал ему на комнату. Студент, поправив очки, захлопнул книгу, и вошел внутрь.
Ко мне подошел Алексашка. Он, как и я облокотился о стенку, и затянулся сигаретой.
- Кто он?
- Дезертир.
- А что с тобой делал? Любишь ты Ростов искать приключения.
- Жданов, Жданов. Еще недавно прапорщиком был. А уже бригадир.
- Ну не вместе ли мы брали банды Косого и Борова? С тех пор удача начала идти за мной.
- Я не о том. - Прервал я сталкера. - Сколько лет ходишь ты в «Зону», а к людям все же относишься со щетиной.
- Так, а что к этим дезертиром хорошо относиться? Дезертир - он предатель родины, товарищей.
- Товарищей… Он был не один. Я убил его товарищей, и чуть не убил его, а это обычный пацан, который в институте хотел учиться, а потом жениться и детей нянчить. Да и не от красивой жизни он дезертировал.
- Его же все равно посадят, за дезертирство, или расстреляют. Все равно жизни не будет.
- Не посадят, не тот случай. Ладно, не обращай внимание. У меня еще дела есть тут. Надо побеседовать с Кирпичом. - Я похлопал сталкера по плечу, и направился к выходу из здания.
- А, что он? Опять какой-то косяк сделал? - Крикнул мне в след Жданов. Я лишь улыбнулся в ответ, выходя из дома.
 Глава 8.  
Кирпич, дело хорошее. И дом с него построишь, что бы жить было где. И врага убьешь, что бы жить не мешал. Но вот Кирпич, «долговский» торгаш, был совсем другое дело. Торговцев в «Зоне» не мало, но вот торгашей, на пальцах пересчитать. Сволочной народ они, торгаши. И клиент идет к ним с неохотой, но и деньги всегда у них есть, так что живут, не вымирают. Клиенту нагрубить, а пуще еще и обмануть, всегда, пожалуйста. Дать в морду такому уроду не получится, его всегда пара здоровенных детин охраняет, ну или статус не позволит. Вот попробуй дать в морду Кирпичу! Сразу «долговцы» накажут, хоть и сами его не любят. Говорить с такими людьми сложно, тем более выбить с них дорогостоящую информацию.
Я вышел из фельдшерского домика. На улице было уже темно. Прямо передо мной стояло пяти этажное задание бывшего НИИ «Агропром». До второй аварии, это была кладовая науки. Десятки ученых, как все считали, занимались такими важными вопросами, как выращивание овощей и зерна на зараженных радиациях почвах.
Говорят, они даже растили съедобную рыбу в озерах зараженных радиацией. Но сейчас, спецслужбам стало ясно, что НИИ, причастно к аварии шестого года. Собственно, исходя из документов лаборатории «Заря», ясно, что НИИ занималось разработкой и финансированием некоторых объектов, в «Зоне отчуждения».
Между мной и штабом «Долга» был плац. Сейчас здесь было пусто, лишь изредка патрульные прошмыгивали по нему. Я пнул лежавшую на дороге банку из-под пива. И оглянувшись, зашагал в сторону торговой лавки. Но, не прошел и пару метров, как меня остановил Жданов. - Вместе пойдем. Ты горячий, еще убьешь подонка. - Пояснил свое появление бригадир. Мы вместе вошли в конуру Кирпича. Тот сидел на своем месте, закинув ноги на стол, и смотрел какой-то фильм. Меня от него отделяла стенка из решетки. Я, скинув в угол свой автомат, и сняв с груди каску, отправил ее туда же, рухнув на старый деревянный стул. Тот под весом моей туши и амуниции несколько просел, протяжно скрипнув. - Не упаду? - Кратко спросил я торговца. Тот отрицательно мотнул головой.
Я решил подождать пару минут, когда торгаш закончит свое дело, и займется мной. Но он уперто глядел в монитор. Приподнявшись со стула, рукой отвернул экран от лица Кирпича. Тот разозлено, посмотрел на меня.
- Что надо! Продажа будет с утра. Лавка не работает.
- А мы не за покупками… - Я сделал паузу. - Кому ты продал карту подземок «Темной долины»?
- Я своих клиентов не выдаю… Ни при каких условиях. - Ехидно и с сарказмом сказал торговец. Понятно, разговор будет сложным. - И вообще приходите в служебное время.
Я встал со стула, склонился к окошку в стене, злобно глядя на торговца. - Дятел, кому ты продал карту. Из-за тебя важные документы ушли налево. Я же тебя сдам за милую душу, как мародера.
Торгаш напрягся, но снова вставил свое слово. - Да я если скажу, ты вообще не выйдешь из базы.
Честно говоря, такая угроза меня не напугала, а наоборот разозлила. Четко щелкнув костями кулака, я дернулся за автоматом. Торгаш явно перепугался от моей реакции, подскочив со стула. Жданов хотел видно остановить меня, но не успел. Правда стрелять в Кирпича никто и не собирался. Метким выстрелом, я срезал замок с решетчатой двери. Она слегка приоткрылась. Отбросив в сторону автомат, я влетел внутрь помещения, где сидел торговец. Тот подался в мою сторону. На его лице было странное смешенное выражение - испуга, злости и растерянности. Я не стал церемониться, и съездил ему по лицу кулаком. От моего удара правой, Кирпич рухнул на пол, издав протяжный стон. Но мне этого показалось мало. Лежачих не бьют - я поднял его с пола, и сразу же догнал вторым ударом.
Сталкер явно не ожидал такого наплыва внимания к нему, и от удара развернувшись, упал лицом на пол. Струйка крови пролилась с носа, оставив красный след. Жданов оттащил меня от сталкера, усадив на стул. Я достал из кармана штанов платок и вытер им окровавленные кулаки. Скомкав в кулаке, бросил его под ноги поднявшемуся с пола торгашу. «Долгове» всхюпнув сломанной челюстью, подобрал платок, и прижал им разбитую губу. Вид у него был жалкий, но сожаления не вызывала его натура. Алексашка подошел к торговцу, и взял его за плечи. Внимательно глядя ему в лицо, он задал вопрос.
- Кто, купил у тебя карту? - От напряжения на лице бригадира, заиграл старый шрам.
Торговец облизал разбитую губу, и косо поглядев на меня, ответил. - Я не знаю этого сталкера. Увидел его тогда впервые. Он вообще был какой-то странный, вечно что-то недоговаривал, был в маске, да и как он так на меня попал с этой картой. Мне за день до его появления продал один диггер якобы карты подземки «Темной долины». Правда ли это были карты подземки, он сам не знал, но я за небольшие деньги выкупил эти бумажки. На следующий день ко мне явился этот самый бродяга. Оружие ему не было нужно, он только взрывчатку искал, но больше всего он интересовался информацией. Его интересовала любая информация о подземках. Ну, тогда я и вспомнил о своей покупке. Показал ему карты. Он внимательно и долго их рассматривал, что-то сверял с КПК. А потом выложил на стол, штуку зеленных. Я, честно говоря, обалдел. Купил то их я за тысячу рублей. А тут такое. Ну, я предупредил его, что это возможно всего лишь бумажки, но тот улыбнулся и спрятал их в вещмешок. Потом он еще раз про взрывчатку спросил. Я вспомнил, что у Апшерона есть взрывчатка, любых сортов, ну и отправил сталкера к нашему технику. А там спросите у него, что было дальше.
- Значит, как звали его, он не сказал тебе? Как выглядел он ты, тоже не опишешь? - Я сурово взглянул на торгаша.
- Не ну выглядел… - Кирпич сделал паузу, слегка, задумавшись. - Высокий был. В плечах широк. Ну, такой крепкий парень…
- Да, описание, что надо. Под него столько сталкеров подойдут. Да же я. - Я слегка улыбнулся, задумавшись над своими последними словами. Чертов Розенберг, вечно подставит меня, да же сам на то не рассчитывая. Все на меня похоже. Вот бы услышал он наш разговор. Представляю, что бы с ним было. Я, слегка раскинув мозгами, понял, что вырисовывается довольно запутанная картина. Ну, что же придется идти к Апшерону. У того язык длинный, небось, что-то да выведал у сталкера.
Поднявшись со стула, я кивком головы позвал за собой Жданова, и мы вышли на улицу. Сегодня ночь была светлая, миллионы мелких звезд и одна огромная луна освещали землю. В такие ночи «Зона отчуждения» становится даже романтичной. Хотя ни чего романтичного в ней ни когда не было. Где-то вдали послышался ужасающий вой какой-то зверюги, от которого по телу пробежали мурашки. По плацу бегал холодный ветер. Я, скукожившись, как воробей, быстро добежал до штабного здания «Долга», где сидел техник. Вслед за мной влетел Жданов. На встречу к нам подался часовой, охранявший парадную дверь. Он преградил мне путь внутрь дома, но, увидев бригадира, сразу отскочил в сторону. Я с усмешкой взглянул на сталкера. И двинулся на верхний этаж, где заседал Апшерон. В темные лестничные проемы почти не попадал свет. Мы на ощупь поднялись на второй этаж, там по этажу ходили несколько часовых, внимательно осматривая помещение. Охранники кивками головы поздоровались с нами, и скрылись в противоположном лестничном проеме. Мы прошмыгнули в комнату, где сидел техник. Тот спал на стуле, закинув ноги на стол и откинув голову. Жданов, подойдя к спящему мастеру, легким толчком ноги, скинул его лапы на пол, разбудив сталкера. Техник от неожиданности несколько испугался, подскочив со стула.
Обменявшись усмешками, друг над другом, «долговцы» подали друг другу руки. Алексашка, еще раз представил меня механику, хотя мы и так хорошо знали друг друга. Апшерон с ходу предложил нам горячего кофе, усадив за стол. После того как напиток оказался у нас в руках, техник уселся за стол, внимательно и вопросительно глядя на наши лица.
- Слушаю вас господа.
- К тебе с неделю назад, не захаживал сталкер за взрывчаткой?
Апшерон, удивлено посмотрел на Жданова, и, почесав затылок, ответил.
- Был, странный такой. Маску не снимал с лица. Не скажу, что строил из себя супермена, но явно, он не был последним лохом «Зоны». Довольно был рассудителен, за все время общения с ним, у меня сложилось впечатление о нем, как о довольно образованном человеке, я подумал даже, что он какой-то профессор. Не типичный для нашего брата образ. Он хотел купить у меня взрывчатки, но я поначалу не хотел продавать, но в скорее, тот выложил кругленькую сумму, и я сломился.
- Значит, у нас есть еще одна примета. Он явно богатый Буратино. - Прервав техника, вставил свое слово Жданов.
- Ну, вот и все в принципе. Для чего ему взрывчатка нужна была, он не рассказал. Единственно, он сильно интересовался Геологом. - Техник закончил свой рассказ.
- А кто такой Геолог? - Я перебегал глазами с одного «долговца» на другого.
- Есть сталкер такой. Говорят, он ходит в «Зону» уже восемь лет. Многое знает о ней. Хотя особо не выставляет себя на показ. Поэтому о нем мало кто слышал, но те, кто знают его, всегда пользуются его услугами.
- И что же он, такого может, что все пользуются его услугами?
- Он много чего знает о «Зоне», может провести тебя по таким тропкам, что с «Кордона» до «Янтаря» за день дойдешь. Аномалии видит за километр, на них у него чутье, ой какое хорошее. - Ответил механик.
Мне светила интересная перспектива, задержаться в «Зоне» на недельку. И я вовсе не был рад этому. Уже в полнее хватало тех полутора лет, что я ходил в «Зону отчуждения» сталкером, и более того, той недели прорыва, которая затмила все мои плохие воспоминания ужасом тех дней. Но другого выбора у меня не было. Идти обратно, где меня уже явно ожидал Розенберг, с орденом на арест, без доказательств своей не виновности, было крайне не разумно. Я многозначно развел руками. - Жданов веди меня спать. Завтра буду думать, что мне дальше делать. Бригадир, одобрительно кивнув головой, поднялся со стула. О чем-то переговорив с кем-то по рации, кивком головы позвал меня за собой.
Мы прошли на верхний этаж. Где были мои будущие апартаменты. Комната была совсем не большой, но зато мне не пришлось ее делить с сожителем. Я уволился на старенькую кровать, закинув под голову руки, и начал думать, как вылезти из этого дерьма, в которое меня втянул неизвестный сталкер. Я понимал лишь одно, мне надо было доказать, что тот, кто похитил бумаги, всю эту неделю не вылизал из-за колючки. Хорошо если этот Геолог подтвердит, что сталкер был и у него, и еще лучше, если он был у него ровно неделю назад. Да, тогда я ликвидировал Ваську Косого, так сказать железное алиби. Да и потом не сильно отлучался из виду своих парней и начальства. Я почувствовал, как сон начал завладевать мной. Пытаясь еще что-то продумать, мои мысли начали превращаться в полный бред, и мое сознание, словно пытаясь остановить вышедший из-под повиновения разум, просто отключило его.
Я проснулся впервые за многие дни не рано утром, а когда на дворе было уже далеко за полдень. Сегодня опять ясное небо, асфальт отдавал жаром, кругом стояла тишина. Как мне не нравятся такие дни в «Зоне». Не потому, что яркое солнце надоедливо жарит тебя, а потому что после таких периодов затишья, происходят обычно, самые сильные выбросы. Я, выйдя на улицу, сразу направился в фельдшерский дом. В воздухе стоял запах женой листвы, «долговцы» часто сжигали всякий мусор, нанесенный ветром на базу. Из-за забора поднимался столб дыма, уносимый ветром на юг. Быстро забежав в дом, я не обнаружил доктора, зато мой спутник уже пришел в себя. Пододвинув к кровати стул, я уселся на него. Парень был еще бледен, но явно чувствовал себя лучше, чем вчера.
- Ну что, в ходку готов идти?
- Еще нет. Доктор сказал, что мне придется три дня полежать.
- Ну, ладно. Поправляйся, а я то-же пойду, поправлюсь, отдохну как раз, за это время. Если что, вызови меня по КПК.
Куда можно пойти в свободное от дел время, на любой сталкерской базе? Конечно в бар. Тем более, если местный бармен ваш хороший знакомый. Местный «долговский» бар, да и как бар на главной базе, был уютно обустроен. Многим сталкерам зачастую приходилось неделями, а то и больше не выходить из «Зоны». Где-то же надо таким бедолагам отдыхать? Местный бармен - Че Полино, был хорошо мне знаком, да, как и многие «долговцы». Мои ноги, словно сами дошли по знакомой дороге, до большого закрытого ангара. Дверь внутрь была открыта, и я пролез в низкий проем. Около дверей дежурил местный вышибала Суслик. Откуда у него взялось такое прозвище я, честно говоря, не знаю. Охранник, увидев знакомое лицо, расплылся в приятной улыбке, пропуская меня во внутрь помещения. Сегодня здесь было людно - большинство стволов оккупировали, пришедшие сюда, ребята Жданова, им в обратный путь было еще не скоро, за двумя столиками сидели несколько местных «долговцев», да пара пришлых сталкеров. Я, попутно поздоровавшись со знакомыми «долговцами», уселся на высокий стул возле барной стойки. Че заметив меня, с веселым лицом, и распростертыми в стороны руками подался в мою сторону. - Какие люди! - Воскликнул он. - А я думал, что Жданов злостно посмеялся надо мной, вчера. Я скривил лицо, дав понять бармену, что ни чего не понял.
- Ну, он мне говорит, что к нам на огонек заглянул сам Балосс. Я усмехнулся, хлопнул его по плечу, да за такой розыгрыш, ну как я думал, поставил бесплатную кружку пива. Вот Алексашка! Не обманул меня, оказывается. - С лица бармена не сходила улыбка. - Хотя на кружку пива, все-таки развел.
- Да, вот решил я заглянуть на огонек, да и дела были. - Пояснил я свое присутствие здесь.
- Были? Значит, уже все кончились? - Ухмыльнулся бармен.
- Да. - Кратко ответил я. - Налей-ка мне чего-нибудь покрепче, да пожрать дай.
Бармен суетливо начал, выполнять мой заказ, а я в это время оглядывался по сторонам, наблюдая знакомые картины старого доброго бара.
- Так, что за дела были? - Поставив тарелку с отбивной, между делом поинтересовался Полино.
- Да так, информацию надо было кое-какую узнать. Отбивная надеюсь не из местных кабанчиков? - С усмешкой сказал я.
- Что ты, нет, конечно. - Ответил «долговец» поставив стакан и наполняя его прозрачной. - А так это ты, что ли Кирпичу рожу разукрасил? - Догадливо добавил бармен.
- Я. - Это прозвучало явно хвастливо.
- Так тебе за счет заведения полагается. - Че Полино выхватил у меня из рук стакан, и отошел к стеллажу с напитками. Быстро вернувшись, он подал мне другой стакан. - Держи, «Финляндию».
Я, усмехнувшись, залпом выпил водку, по-дворянски отрезал, держа в правой руке нож, кусок отбивной, и съел его, держа в левой руке вилку.
- Слушай, ты, когда собираешься уходить отсюда? - Я почувствовал, что бармену что-то нужно от меня.
- Ну, дня через три. - Я внимательно смотрел, на заблиставшие глаза бармена. - У меня тут, попутчик дозу схлопотал, пока не поправится, не уйду.
- Слухай дело есть для тебя. - Че пристально глядел в мои глаза.
- Можно поинтересоваться какое?
- Конечно. Я тут собираю группу сталкеров, на охоту.
- Звучит интересно. На кого охотиться собираешься?
- Мне заказ поступил от яйцеголовых, на снорка, и пси-собаку. Ты как? Я плачу не плохие деньги. Тебе все равно как я понял, делать в ближайшие дни нечего, а так хоть время убьешь, да и подзаработаешь.
- Хорошо, мне нужен защитный комбинезон, хотя бы резиновый. Если подгонишь, я тебе помогу.
- Вот и диалог начался. - Улыбнулся бармен. - Тем более что Жданов уже согласился.
- А! Ну, раз Алексашка идет, то и я конечно пойду.
Бармен еще раз, приветливо улыбнувшись, налил мне новый стакан прозрачной. Я так же улыбнулся ему в ответ, осушив за тем свой стакан.
Мы выступили рано утром, когда еще не взошло над горизонтом солнце. Иди далеко, нам не было нужно. Обоих монстров можно было встретить и на «Агропроме». Снорки обитали на востоке «Агропрома», там были ходы в подземки, и не один человек сошел с ума, не выбравшись из этих ужасающих подземелий. В тоже время, на севере на границе с «Янтарем» можно было встретить пси-собаку. Ученные объясняли это близостью пси-поля в долине, и скорей всего они были правы. Многие новички - сталкеры
зачастую путают пси-собаку и псевдопса. Хоть они оба и произошли от волков, но, в сущности, это совсем разные твари. Псевдопес тоже обладает гипнозом, но использует его, чтобы собрать вокруг себя стаю преданных псов, пушечное мясо, которое рвет сталкеров для своего хозяина. Пси-собака, использует гипноз, что бы убить сталкера. Ходят они поодиночке, и лишь изредка встречаются стаи по две - три пары. Сильным героизмом эти твари не отличаются, нападают со спины, а если почувствуют опасность, например от большой группы сталкеров, то, всегда поджав хвосты, убегают.
Наша группа состояла из пяти сталкеров. Со мной и Ждановым на дело пошел еще один «долговец» - Клещ, он был чистым хохлом, но со своими изрядными причудами, которые всегда веселили народ. Кроме клеща к нам на дело подвязались двое одиночек - Хок и Сава, я плохо знал их, но чертов Че Полино, нанял их к нам в группу, так что придется работать.
Утренняя роса еще не успела сойти с травы. Небо наконец-то затянули тучи, сегодня, не будет жары. Значит, охота будет хорошей, меньше будем уставать и останавливаться на передышки. Я, сбив ногой с небольшого кустика росу, повернулся к сталкерам.
- Так, отстрел веду я. Алексашка выслеживает зверей, и корректирует движение отряда. Остальные выполняют загон зверя.
- А что это ты отстрел выполняешь? - Прервал меня Хок.
- Ты хочешь сказать, что лучше меня стреляешь? - Я косо, со злостью в глазах посмотрел на сталкера.
Тот смущенно посмотрел на своего товарища, а затем на «долговцев». Поняв, что я видно сказал по делу, тот отрицательно кивнул головой.
- Пойдем для начала на север, там можно встретить пси-собаку, завалим такой экземпляр, а на обратном пути подстрелим снорка. - Объяснил план наших действий Жданов.
Сталкеры одобрительно закачали головами. Обсудив еще ряд мелочей, мы выдвинулись на север «Агропрома». Впереди всей связки шел Жданов, держа перед собой дуло автомата, чтобы быстро отреагировать на любую опасность. Вторым двигался я, крепко сжимая свой «Вал» за цевье. За мной шли одиночки, а связку заканчивал Клещ. Мы двигались тихо, чтобы не привлекать к себе внимания. Особенно здесь было много мародеров. На «Агропром» частенько захаживали сталкеры возвращавшиеся продать хабар после ходки, или просто выскочить за периметр. Так что здесь можно было без особого труда разжиться на одиноких бродягах, и гопота как мухи на мед слетались сюда. Сколько не пытались «долговцы» зачистить «Агропром» от этих подонков, так и ни чего у них путного не выходило.
Мы обогнули сталкерскую базу с западной стороны, пройдя незамеченными мародерами, ошивавшимися неподалеку. Вскоре перед нами появилась гряда холмов, тянущейся от свалки до периметра «Зоны отчуждения», холмы эти, да и как остальные возвышенности в «Зоне» появились после частых выбросов, сильная сейсмическая активность перекроила облик «Зоны» до неузнаваемости. Вот здесь и начинались земли, на которых водились пси-собаки. Мы рассеялись, и двинулись вперед цепью, отойдя на расстояние, друг от друга, но держась на виду. Алексашка внимательно проверял свой навигатор, чтобы не пропустить, ни один объект. Я внимательно вглядывался в окружающие нас опушки и заросли, в любом из них могла укрыться какая-нибудь тварь, и, дождавшись, когда мы подставим спины, напала бы на нас.
Когда я оказался рядом с очередным кустарником, из него донесся слабый писк, лишь отдаленно похожий на лай. Осторожно раздвинув кусты, я увидел перед собой щенка, и явно не слепого пса, на мой окрик сюда подбежал Жданов и при виде зверька делал удивленное лицо. Вот так удача, щенок пси-собаки без мамаши. Это станет хорошей приманкой для пси-сучки, или как говорит Клещ - «суки фарбованоi». Я поднял мелкого на руки и оглядел его, на нем еще не было радиационных ожогов и язв, которые покрывали взрослых особей, но от него уже слегка фонило. Посадили щенка мы, ко мне в рюкзак, оставив его не много приоткрытым, чтобы мелкий не задохнулся. Оглядевшись вокруг и убедившись, что рядом нет взрослых собак, мы двинулись дальше.
Я был в штурмовом шлеме, со специальной пси защитой, так что не чувствовал ни какого воздействия от щенка, но вот Жданов идущий рядом со мной, жаловался на начавшиеся галлюцинации. Но тут у меня возникло подозрение - не догнали ли нас пси-сучка? Постепенно перед глазами начали возникать размытые контуры фантомов. Шедший позади меня Алексашка пропал из моего взгляда. Я оглянулся по сторонам, но его, ни где не было. Только после усердного вглядывания в траву я заметил пропавшего бродягу. Жданов схватился руками за голову, сорвав с себя черную бадану, и бился в конвульсиях. Я подбежал к сталкеру, оглядываясь, ни где не было видно пси-собаки. Но эта тварь где-то рядом, зажалась в кустах и изо всех сил пытается сломить меня, да именно меня. Обезвреженный Жданов ей был не нужен, а вот тот искатель приключений на свой зад, несший ее дитя, и не понятным для нее образом, не подававшийся пси-излучению был врагом номер один. Поняв, что остальные сталкеры ушли в перед, и полагаться приходится только на себя, я поднял с земли «Калаш» Жданова, от бесшумного вала толку было бы мало, и, подняв его дулом в небо выпалил очередь. По местности разнеслась оглушительная канонада. Со всем рядом со мной, из куста выпрыгнула здоровая псина. Из дула моего автомата вновь вырвался дым, и пули оставляя за собой трассер, ушли в сторону пса, по долине разнесся жалобный вой, но зверь тут же растворился в иссохших и пожелтевших зарослях.
Лежавший рядом со мной Жданов громко вскрикнул, и поднялся на локти.
- Что это было? - Глаза его покраснели, на щеке были царапины - видно расцарапал пальцами.
- Пси-сука, за нами шла, я ее хорошо вспугнул.
Сталкер, тяжело вздохнув, упал в траву, жалуясь на головную боль. Я достал из аптечки специальное комплексное лекарство, оно восстанавливало мозг после контакта с пси-излучением, ну если конечно еще было, что восстанавливать, и уколол сталкера в плечо, тот лишь жалостно взвыл. Откинув шприц в сторону, и скинув с себя рюкзак с щенком, я то же упал на землю. Не прошло и пяти минут, как все трое наших спутников ушедших вперед, стояли перед нами.
- Что случилось? В кого вы стреляли? - Набросились на нас с вопросами сталкеры.
- Да ни чего особенного, очередная жопа. - Ответил я.
Я только сейчас повернул голову в сторону, и заметил рядом с собой останки какого-то сталкера. Скривив лицо от мерзкого вида разлагающегося трупа, сразу отскочил в сторону, отмахиваясь руками, словно на меня налетел рой пчел. Бедняга сталкер остался без ног, то ли в аномалию попал, то ли мутанты решили позавтракать им. Кто ответит на такой вопрос? Да и нужен ли ответ?
Псина пропала из виду, но мы знали, что она где-то рядом. Она любой ценой была готова отбить своего детеныша. И явно сидела в кустах, со злобой смотря на нас. Алексашка сразу же предложил нам очередной план. Неподалеку возвышалась господствующая высота. Длинные и пологие склоны, были почти голы. Мы поднимались на вершину не спеша, чтобы пси-собака не потеряла нас из виду. Осмотр склонов не давал результатов псины ни где не было, словно она и не хотела спасти своего щенка. Вот и вершина холма. Бродяги, подкошенные усталостью, рухнули в густую траву, и тут как назло, на нас выскочила эта тварь, на боку которой виднелась свежая рана, явно от пули.
Обычно пси-собаки, одновременно могут контролировать сознание одного стакера, но эта сучка оказалась матерой. Ощетинившись, она скалила кривозубую пасть. Морда ее была похожа на помесь короткой и толстой бульдожьей хари с вытянутой головой бультерьера.
Коричневая шерсть ощетинилась, на ней хорошо виднелись следы запекшейся крови. Пушистый хвост нервно мотался из стороны в сторону. Я словно заколдованный глядел на пса, и только через несколько мгновений понял, что сталкеры схватившись за головы, начали биться в конвульсиях, катаясь по земле. Моя попытка снять автомат с предохранителя, окончилась безуспешно. Пес не давал пошевелиться мне, хотя и не мог полностью сломить мое сознание благодаря каске. Приложив неимоверные усилия, я развернулся спиной к псу. Моя голова оказалась полностью закрытой каской, и гипноз пса перестал действовать на меня. До того как зверюга запрыгнула на мою спину, предохранитель моего автомата все-таки оказался на одиночном режиме огня, но массивное тело пса сбило меня с ног. Я упал, ударившись лицом о какой-то камень и раскроив бровь. Собака опять принял защитную стойку. Уродливо тонкие лапы еле удерживали массивное тело твари. Мозг вновь начал кипеть, и перед глазами стали появляться фантомы. Сквозь режущий шум в ушах, и чувство неимоверного страха, в сжатой руке я начал ощущать цевье автомата, выпустив его на землю, нащупал рукоять, и курок, и тут же сделал несколько выстрелов. Тяжелые бронебойные пули, оставляя в воздухе трассеры, понеслись в сторону псины. Послышался жалобный визг - одна из пуль оторвала зверю хвост. Я подскочил на ноги, еле различая объекты перед собой, из-за крови на лице, и выпустил подряд десяток зарядов в собаку. Тварь подпрыгнула в воздух и тут же упала на землю.
Стирая рукавом, кровь с лица, я подошел к убитой. Монстр лежал в густой пожелтевшей траве. Низкие тучи больше не могли сдерживать в себе воду. Мелкий накрапывающий дождь обрушился на землю. Дуло моего автомата уперлось в тело монстра. Вроде мертва. Но не успел я отойти, как резким движением она впилась мне в ногу. Острые зубы крепко держали ногу, которую она не прокусила только благодаря кевларовой поножи. Я пытался стряхнуть челюсть зверя с ноги, но пси-сука крепко держала ее. Зверь из последних сил пытался отомстить мне. С трудом наведя автомат на пси-собаку, я выпустил пулю ей в голову. Несколько капель крови попало мне на лицо, и пес, разжав челюсть, упал на землю. Кровь вперемешку с грязной дождевой водой, ручейками потекла с ран зверя.
Сталкеры еще не пришли в себя, лежа на земле, они постанывали от боли. Я сел на корточки, сняв с себя рюкзак, и расстегнул его, достав щенка. Тот дрожал и скулил от страха охватившего его. Прижав к груди щенка, я поднялся на ноги и подошел к Жданову.
Толкнув его в бок, я громко воскликнул.
- Сталкер вставай! Все кончилось!
- Что орешь? - Тяжко ответил «долговец».
- Уши заложило от излучения. - Вновь не контролируя свой голос, выкрикнул я.
- Щенок цел? - Кратко спросил Алексашка.
- Вот он, цел и не вредим! - Опять выкрикнул я, протягивая щенка бригадиру.
Сталкер взял щенка в руки, и сунул под брезентовую куртку, а я помог остальным охотникам, вроде все были целы, толь каждый из нас получил такую головную боль, что мозги все еще продолжали кипеть.
Вот мы и двинулись в обратный путь. Конечно, представляли мы из себя жалкое зрелище. Пятеро сталкеров идут и качаются из стороны в сторону, словно после пары ящиков прозрачной. По всему телу шел жар. Плотный костюм создал настоящую парилку, и лишь прохладный дождь не большими каплями падая на лицо, охлаждал меня. Сильно болело лицо, видно я хорошо разбился о камень. Но был и плюс от этой ходки, Хок и Сава подвязались тащить нашу добычу, матерый пси-пес был уже у нас, а значит, мы выполнили часть заказа. Остается лишь подстрелить снорка. Подстрелить его не проблема, вот найти да.
Хоть снорки и встречаются зачастую на западе «Агропрома», но в сеже это не слепые псы, которые десятками рыскают в поисках еды. Тяжелые стальные тучи совсем не пропускали солнечный свет, да и уже был шестой час, так что на улице порядочно потемнело. Мы решили прервать нашу охоту и устроиться на ночлег. Возвращаться на базу не было смысла, так что мы остановились на не большой поляне у речушки. Каждый из нас сразу занялся делом. Я и Жданов оттащили в сторону труп пси-пса, накрыв его брезентом. Алексашка уже успел договориться с одним из командиров «долговских» отрядов, что бы те забрали пса, так что нам не придется весь вечер находиться в такой не приятной компании. Клещ, матеря все и вся, пытался выкопать в мокрой земле яму для костра, а в это время заготовленный хворост потихоньку сырел под дождем. Но все-таки он выкопал саперной лопаткой яму, закинув туда хворост. Вытащив из вещмешка бутылочку с жидкостью для разжигания, бродяга вылил добрую ее половину на ветки, а затем, взглянув на емкость, долил и остаток. Достав из кармана зажигалку, сталкер запалил костер, при этом видно обжог руку. - Ах, ти полум'я кусючі. - «Гаркнул на огонь» сталкер.
С час прошло, как мы разбили лагерь. Палаток у нас не было, так что придется сегодня спать под открытым небом. Правда дождь начал потихоньку стихать, и на горизонте даже показались просветы темно-синего неба.
Где- то совсем рядом с нами послышалось шуршание в небольшой заросли травы. Весь наш отряд насторожился. Я крепко сжимал в руках «Вал», готовясь к любой передряги. Но из зарослей показалась голова, на которую был, накинут черный капюшон. Вслед за ней показался и весь сталкер, это был «долговец» в типичном для них костюме -на черном прорезиненном комбинезоне местами виднелись брезентовые вставки камуфляжного цвета, на груди был коричневато-зеленый разгрузочный жилет, а поверх всего этого, был одет маскхалат. За спиной сталкера виднелся старенький «Калашников». Путник сделал движение рукой означающие «вперед», и двинулся к нам. Вслед за «долговцем» из зарослей показались и остальные бойцы из отряда. Они быстро подошли к нам.
- Здорово бродяги! - Выдвинулся в перед сталкер в штурмовом костюме, очень похожем на армейский.
- Здорово сталкер! - Поздоровался с коллегой Алексашка.
- Где тело? Уж ведите к нему, мы останавливаться не будем. - Солдатским басом протараторил сталкер.
Жданов кивком головы направил за собой сталкеров, и группа пошла за ним. Когда сталкеры забрав пса, собрались уже уходить, я вспомнил про щенка, с которым словно дитя баловался Хок. Подхватив мелкого, я нагнал отряд, отдав животное в руки командира.
- Этого, лично Че передашь! - Я отдал щенка «долговцу».
Бродяги перегруппировавшись, выдвинулись дальше в путь.
Люблю я стоять первым в смене часовых. Отстоишь свое, и заваливаешься спать до самого утра. Так и сегодня первым стоять в часовых пошел я. На улице было темно. Вокруг не было возможно что-нибудь разглядеть, спасали только целеуказательная маска и аппарат ночного виденья. Я сидел у костра, спасаясь от ночного холода, опершись «Валом» о землю. Моя рука с такой силой сжимала цевье автомата, что казалось если я просижу так еще час, то она приклеится к нему навсегда. Сейчас было тихо, не было дождя, а значит, все было хорошо слышно. Каждый шорох, каждый звук не проходил мимо меня.
Я внимательно поглядывал на странные огни сверкающие где-то в дали. То ли это светились чьи-то глаза в темноте, то ли артефакт временами пульсировал, выбрасывая из себя лишнюю энергию. Где-то раздался протяжный вой какой-то твари, разносясь эхом по всей долине. В такие минуты становится жутковато, хочется все бросить и бежать. Новичок, идущий в свою первую ходку, запросто может погибнуть от такой обманчивой природы «Зоны». Где-то далеко раздавшийся рев мутанта, эхом доносясь до не привыкшего к таким условиям человека, с легкостью может «взорвать ему мозг». Я видел, как это бывает, когда отмычка до предела наколенный атмосферой «Зоны» срывается с места и бежит прямо в аномалию. Здесь порой выживает дольше других не тот, кто крепок физически, а тот, кто крепок нервами, верой, и мужеством… Я настолько был заворожен окружающим миром, что вовсе не заметил, как пролетела моя смена. На мое плечо сзади кто-то положил свою руку. Мне по чему-то влетела сразу в голову, эта легенда о черном сталкере. Я как последняя отмычка боялся повернуться назад, до тех пор, пока не раздался голос.
- Балосс, іди спати. Зараз я постою. - За мной, оказалось, стоял Клещ.
Я, поднявшись, дошел до заранее подготовленного спального мешка, и сразу завалился в него.
Утром меня разбудил запах тушенки и свист чайника. Но первое что я почувствовал, когда проснулся, сильная боль в лице. Боль уже была не такая как вчера, болело не все лицо, а только бровь, но эта боль была резкой и жгучей. Я зачем-то решил потрогать рану, и, коснувшись пальцами, только сделал себе еще больнее. Ни чего, бывало и хуже. Я вылез и спальника, и сразу уселся у костра, который горел всю ночь. На импровизированном вертеле висел котелок с кипящей водой. Рядом на траве был постелен кусок брезента, на котором стояла разогретая тушенка. Все сталкеры кроме Клеща, сидели кружком, и живали консервы, запивая их горячим чаем. Я налив жестяную кружку кипятка подсел к охотникам, Жданов кинул мне пакетик с чаем. Поболтав чай в кружке, я откинул заварку в кусты.
- Эх! Не бережете вы природу. - Вроде с усмешкой, но и абсолютно серьезно сказал Хок.
- Не чего уже тут беречь. - Ответил на слова Хока, Алексашка. Сталкер в ответ пожал плечами.
- Возможно. Но если бы к природе относились хорошо, то возможно не было бы и «Зоны». - Возразил Хок.
Я усмехнулся. Хок обижено взглянул на меня. - Вы считаете, что это не так?
- Как и почему образовалась «Зона» ни кто еще долго не скажет. Но уже сейчас есть много доказательств, что пси излучение на «Янтаре» рукотворное явление, а значит наверняка и вся «Зона отчуждения».
- Возможно и так. Но возможно кто-то хочет просто защитить эту колыбель нового мира от рук человека. Вот и создает препятствия для таких как мы. - Возразил сталкер.
- Не буду спорить с вами, но слишком много жизней забрала «Зона». - В нашей компании наступила тишина.
Позавтракав, мы начали собираться в путь. На защитный комбинезон, состоявший из специальной ткани с вставками из кожи и кевлара, я надел армейский бронежилет с бериллиевым напылением, нацепил кевларовые поножи, наколенники и налокотники.
Вот и она, моя спасительница - кевларовая кираса, слегка помятая от пуль зомби, но крепкая, и спасительная от губительного огня врага. Я застегнул ее на себе кожаными ремешками, накинув поверх разгрузочный жилет и рюкзак. Зафиксировав поудобнее на голове шлем, накинул на себя маскхалат. Вот и все теперь можно и в бой идти!
Позже всех собрался Клещ. Подгоняемый усмешками Савы, он быстро собирал свои пожитки, одеваясь в защитный костюм.
- Все готовы. - Констатировал Жданов, когда Клещ полностью собрался.
- Ну и где будем снорка искать? - Хок хотел озадачить Жданова, но тот быстро отпарировал.
- Пойдем на южную тропу. Там надеюсь, мы встретим хотя бы один экземпляр.
Ну что же, на южную, значит на южную. Опять придется дышать озоном, но, ни чего.
Шел второй час как мы рыскали по южной тропе. Но, ни каких следов снорков нам так и не попалось. Слабеет «Зона»… Обычно в этих местах, приходилось всегда быть наготове, что бы в любой момент отбиться от мутантов. Сейчас мы практически орали, чтобы привлечь к себе внимание. Но на горизонте не было видно, ни одного монстра. Пройдя еще с километр, мы оказались на «Свалке». Конечно, можно было двинуться дальше, но почему-то мы все решили развернуться и двинуться назад. Наш отряд двигался связкой. Вокруг мелькали знакомые пейзажи. Злостное радиоактивное пятно по-прежнему сильно фонило. Мы решили сделать приличную дугу, в южном направление, чтобы не контачить с радиацией, да и пройти по новым территориям. И знали бы вы, как нам подфартило.
На поляне стояла не большая береза. Коричневые сухие листья слегка шевелил ветер. Белая кора слегка была обожжена. Обхватив руками, ствол и прижимаясь к нему, стоял сталкер. Тяжелое дыхание, прерываемое кашлем, изувеченный вид его, навел меня на ложное впечатление. Я надеялся, что сталкер этот просто был ранен, или схлопотал дозу. На мой оклик он ответил лишь протяжным стоном. Приближаясь к сталкеру, я держал наготове автомат. За мной двигалась и остальная группа. На очередной мой оклик, он повернул голову в нашу сторону. На лице его был противогаз, не закрывавший лишь рот. Через стекло очкового узла виднелись красные, затекшие кровью глаза. Тут я понял, кто стоял передо мной, но было уже поздно. Снорк оттолкнувшись от дерева, кинулся на меня. Мощный удар ногой отбросил меня на землю. Монстр, кувыркнувшись по земле, встал на четвереньки. Злобно фыркнув, он приготовился к новому прыжку. В это время сталкеры дали по нему залп, но снорк успел увернуться и тут, же набросился на меня. Я успел среагировать на его прыжок, выставив перед собой руку. Сумасшедший удачно приземлился прямо на нее, да так что все кости разом хрустнули. Был бы он чуть тяжелей, точно бы сломал мне руку. Я смог скинуть с себя снорка, и отскочить в сторону. Тот начал кататься по земле, дико смеясь и крича. Сталкеры уже хотели открыть огонь, но я жестами остановил их. Охотники надоумлено смотрели на меня, а я аккуратно подобрался к зверю, который уже успокоился и сидя на четвереньках, смотрел в их сторону. Собравшись с силами, я прыгнул на тварь, пытаясь завалить его на землю. Снорк оказался крепок, всячески старался скинуть меня. Бродяги стояли в растерянности от происходящего, но тут раздался боевой клич Клеща - Підсобимо хлопці сталкеру! - Охотник бросился скручивать руки снорку, вслед за ним кинулись и остальные. Впятером мы кое-как скрутили монстра. В ход пошли все веревки и ремни, которые были у нас. Перевернув снорка на спину, я закончил это сопротивление, мощным ударом в челюсть, от которого монстр потерял сознание.
От такого выброса энергии мы свалились на землю.
- Вот это охота. - Констатировал Сава.
- Так, давно я стільки адреналіну не одержував! - Радостно вскрикнул Клещ.
- Ну и дурак же ты Балосс. - с усмешкой сказал Жданов.
А я был доволен больше всех. Я, и только я, первым заарканил снорка! Живого Снорка!
Да, прав клещ, такую порцию адреналина редко бывает, когда получаешь.
Мягкие лучи солнца, отражаясь на облаках, раскрасили их в причудливые тона. Люблю когда на закате небо, окрашивается в розовый цвет, как-то веселее на душе становится после нескольких дней серой дождливой погоды. Деревянная скамейка слегка нагрелась от солнечного тепла. Я словно уж, расслабился на этой теплице. Ожидание самое противное в «Зоне», даже если ты сидишь в безопасности на хорошо защищенной базе. Ну и где эти ученые? Мы уже полчаса ждали машину с яйцеголовым, которые должны были забрать нашу добычу. Че уже весь извелся в ожидание, постоянно ходя из стороны в сторону, и приговаривая - Неужели что-то с ним случилось? Или решили кинуть? Хотя, что тут кидать! - Че Полино в очередной раз подошел к КПП, внимательно глядя вдаль, но ожидаемой машины так и не было. Бармен нервно перебирал в пальцах маркер, посматривая, то на меня и Жданова, то на дорогу. Не выдержав, Полино забежал внутрь бара, выбежав наружу с кружкой пива. Поглядев на нас, он тонким голосом выронил.
- Вам тоже налить?
- Нет спасибо! - В один голос ответили мы.
- Ну, как хотите! Пиво хорошее…
Сталкер сделал приличный глоток, и тут радостно вскрикнул.- Едут! - На лице бармена появилось детское радостное выражение, и он быстро, опять вбежал в ангар. Через несколько минут, двое крепких «долговцев» вытащили на улицу труп пси-собаки, накрытый брезентом.
- Так снорка, выведем потом. - Распорядился бармен.
В скорее к КПП подъехал белый «хаммер», с большой черной надписью «UN», и эмблемой научного контингента. В сопровождение машины ехал еще один, армейский, джип с военными сталкерами. «Долговец» стоявший на КПП, медленно, лениво поднял шлагбаум, преграждавший въезд на территорию базы. Машины, издав мощный рев, въехали на плац. Из джипа ученых вылез мужчина сорока лет, из-под оранжевого комбинезона выглядывала белая рубашка с галстуком. Лысая голова смешно блестела от лучей солнца. Эколог добротно пожал руки всем нам. Вслед за ним, из машины вышли еще двое ученых. И тут меня осенило, как тогда в «Бейлисе». Передо мною стояли Мейен и Анна. Вот и опять нас свела судьба. Мой взгляд невольно замер на девушке. Она была в обтягивающем зеленном костюме, Волосы были подобраны в пучок на затылке, лицо радостно сияло, от подступившей к щекам крови. Я видно расплылся в глуповато-детской улыбке, при ее виде. Анна, заметив меня, радостно вскрикнула.
- Влад Ростов! Неужели это вы!?
Я поднялся на встречу знакомым, протянул руку Мейену, тот ответил крепким рукопожатием. Аня тоже подала мне, руку, но я по-джентельменски прикоснулся к ней губами. Девушка слегка засмущалась, кокетливо присев.
Бармен, обделенный вниманием, крякнул, чтобы привлечь к себе ученых.
- Может вам все-таки интересно будет увидеть ваш заказ. - Че стоял рядом с трупом пса, продолжая нервно крутить маркер.
- Это пси-пес? - Удивленно, и с любопытством спросил эколог.
- Так точно! - Ответил бармен.
Мейен снял с трупа брезент, оглядев пса. - Да, не плохой экземпляр.
- Очень не плохой. - Усмехнулся я. - Эта пси-сучка, сразу четверых сталкеров в нокаут отправила.
- Не понял! Вы про гипноз? Так она сломила сразу четверых? - На лице Мейена появилось удивление. Он внимательно смотрел на нас, видно ожидая, что я пошутил.
- Да, сопротивляться смог только я, благодаря пси-защите. - Тут на лице, Максима появилось еще более выраженное удивление. Профессор явно не ожидал того, что я не шучу.
- Но это не все. Далеко не все. - Че Полино достал из-за пазухи щенка пси-пса, и протянул его профессору. - Вот это щенок этой зверюги. Я думаю, о цене мы договоримся.
- Конечно, договоримся, куда мы денемся. - У профессора явно сегодня был день сюрпризов, так что удивленно-радостное выражение не сходило с его лица. Но самое интересное было впереди.
Чтобы окончательно «добить» экологов, Че приказал стоявшим с нами «долговцам» вытащить последний экземпляр. Сталкеры послушно отправились в находившийся рядом с баром бревенчатый дом. Пока они не вернулись, у нас появилась минутка для общения. Анна стеснительно поглядывала на меня. Впрочем, Мейен либо не замечал этого, увлекшись изучением и осмотром пси-пса, либо не хотел видеть этого.
- Так значит вы тоже ученый? - Я надеялся, что попал в десятку, но девушка, улыбнувшись, просто говоря «обломила» мои ожидания.
- Нет. Я не ученый. Всего лишь главный хирург военно-полевой медицинской службы, нашего миротворческого корпуса. - Девушка с улыбкой повернулась ко мне боком, и пальцем постучала по нашитой на рукаве эмблеме военно-медицинской службы. Лицо мое передернулось от удивления. Я стоял как вкопанный, с придурковатой улыбкой на лице, но с восхищенным взглядом. Видно я был настолько смешон, что Анна не вольно засмеялась от моего вида.
- Влад вы такой смешной. - Девушка успокоилась, но на лице осталась веселая улыбка. - Я очень рада, что мы снова встретились с вами…
В этот момент на пороге домика появились «долговцы», с последним экземпляром. Голова снорка была накрыта мешком, руки были закованы наручниками. Сталкеры практически несли сумасшедшего, так как тот, уже не мог держаться долго на одних ногах. Донеся до нас мутанта, боевики сорвали с него мешок. Сумасшедшей зажмурил красные глаза от яркого света, и громко заорал бешеным голосом на всю базу. Резким рывком он чуть было не вырвался из рук сталкеров, заставив ученых хорошо понервничать. Мейен от испуга подался к машине, но ноги его заплелись, и он шлепнулся на землю. Второй профессор, которого я так и не узнал, рывком запрыгнул в джип. Аня же, спряталась за моей спиной, крепко вцепившись в плечи. «Долговцы» с трудом заломили снорка, прижав его к земле, тот недовольно рычал, пытаясь вырваться. Мутагенные процессы уже шли во всю, и остановить их как мне казалось, не было возможным. Зрачки мутанта были ярко красного цвета, губы практически отмерли. Рубаха на спине была порвана, и появилась тонкая полоска крови, идущая по всему позвоночнику - видно в скором времени кожа со спины должна была слезть, дав свободное место гипертрофированным мышцам.
Экологи медленно, с ошарашенными лицами приблизились к снорку. Мейен осторожно ткнул ногой в снорка, тот лишь злобно фыркнул.
- Вы это что? Как вы это? Глазам не верю… - Макс явно не находил слов. В нем разразилась буря эмоций.
- Да профессор, это снорк. Живой снорк. - Как бы подтверждая, что глаза профессора не врут, сказал бармен.
- Влад, а как вы его поймали. - Тихим волнующимся голосом сказала Анна, дернув меня за рукав.
- Чуточка удачи. Да как видите, процесс мутации у него только начался. Этот бедолага стоял, прижавшись к дереву, и поэтому подпустил меня к себе. Но, а дальше в борьбе, мы скрутили его.
С лиц ученых не сходило любопытное выражение. Не каждый день увидишь живого снорка рядом с собой, да еще и не боясь, что он разорвет тебя. На лице Мейена было выражение, что называется - Дайте мне его пощупать, это же живой снорк!». Вот, правда, на лицах «долговцев» державших монстра, было другое выражение - «Да заберите вы уже его! Сил наших нет!». Че Полино дабы побыстрей закончить этот театральный спектакль, приказал завязать покрепче зверя, и закинуть его в кузов джипа сопровождения. Сталкеры сноровисто отыскали веревку покрепче, и связали снорка. Но когда дело дошло до того чтобы погрузить мутанта, капитан, руководивший отрядом сопровождения, резко встал в позу, видите ли, не хотелось ему ехать с куском радиоактивного мяса.
- Ні, я сказав. - Капитан грубым голом орал на Че. - От наукова машина, нехай на ній і везуть мутанта, а я у свою не дам цю гидоту покласти.
- Капитан ты чего? Хочешь, чтобы дама с этим. - Че кивнул в сторону снорка. - Ехала?
- Не дам сюди цю гидоту покласти, і всі! - Капитан продолжал стоять на своем.
- Господин капитан. - Я понял, что придется брать ситуацию в свои руки. - Я приказываю вам, забрать мутанта с собой.
- А ви хто такий, щоб мені наказувати?- возмущенным голосом набросился на меня офицер.
- Подполковник Ростов! - Я просто во весь голос заорал на офицера. - Командир первого специального подразделения миротворческого батальона России. - Уже более сдержанным голосом, я продолжил «самопредставление». - И ты сейчас, капитан, засунешь этот кусок мяса к себе в кузов, и поедешь, куда тебе скажут, а иначе, я с тебя шкуру спущу.
Капитан «поджав хвост», оттолкнув одного из «долговцев» сам поднял снорка, и с трудом, но все-таки закинул монстра в багажник. Как ни как, но устав есть устав. Для подобных случаев давно было создан специальный устав для миротворцев, охранявших и работавших в «Зоне отчуждения», который четко определял, что старший по званию, он старший по званию, с какой бы армии он бы не был.
Загрузив мутантов, в обе машины, бармен отвел меня и Максима в сторону.
- Мейен, я так думаю, добавка с вас хорошая причитается. - Че подмигнул глазом профессору.
- Да, конечно. Вот держите, это о чем мы договаривались. - Эколог достал из барсетки висевшей на боку, три толстенькие пачки денег, замотанных в брезент. - А вот это, поверх. Спасибо вам, вы оказали науки неоценимую помощь. - Мейен с улыбкой достал еще две пачки денег, и подал Полине.
- Ну, вы профессор меня радуете! - Воскликнул бармен. - Приятно с вами дела вести. Мейен широко улыбнулся, и, пожав нам руки, направился к машине. Мы последовали за ним. Уже сев в машину профессор, еще раз протянул мне руку.
- Влад, не знаю, как вы тут оказались, и зачем, но скажу вам честно - вы настоящий сталкер. - Я крепко пожал Мейену руку, и медленным шагом направился в бар. У самого входа я остановился, повернувшись назад. Белый «хаммер» гулко заведясь, развернулся на широком плацу. Прислонившись к окну машины, на меня смотрела Аня. От ее взгляда я почувствовал какое-то не понятно чувство, тревожное и в то-же время приятное. Глубоко вдохнув, я влетел в бар, заскочив на высокий стул, щелчком пальцев подозвал Че.
- Водки сто, накрапай. - Бармен оперативно подал стакан, и я его залпом осушил. - Еще. -
Че косо взглянул на меня, ставя еще один стакан. Убив и этот стакан, я снова вновь щелкнул пальцем. - Еще.
- Может быть, закусишь. - Оборвал меня бармен.
Я оглянулся по сторонам, в баре было практически пусто, только пьяный Клещ хрипел за столом. - Нет, еще водки. - Продержался я в тот день до шестого стакана, а вот после него, что было, я не помнил.
На следующий день я проснулся как после гипноза «контролера». Знаете, как это бывает? Я то-же не знаю. Но редкие счастливчики, которым пси-излучение не выжгло мозг, не помнили, ни чего, что было после встречи с монстром.
Утром я первым делом направился к Сереге. Застал я его за завтраком, над ним попутно колдовал доктор, измеряя каким-то датчиком внутренний радиоактивный фон дезертира. - Как он? - Доктор косо посмотрел на меня. - Нормально господин подполковник. - Ответил Серега, прожевывая кусок мяса. - Дохтор сказал, что жить буду.
Я улыбнулся в ответ на хорошее настроение новоиспеченного сталкера. Значит сегодня, можно будет выступить в путь. Выхватив из рук Сереги вилку с куском мяса, я отправил ее в рот, надо же было хоть чем-то позавтракать. Запив чаем свой мини завтрак, я хлопнул сталкера по плечу, и вышел на улицу. Теперь у меня были деньги. Че подложил мне их в карман, видно еще вчера. Идти в путь, придется с Серегой, который не имел защиты. Че. Да, бармен обещал мне защитный комбинезон. - Отрывком всплыло воспоминание о нашем разговоре. - Я уверенным бодрым шагом направился в бар. Полино как всегда суетился у барной стойки. Щелкнув пальцами, я привлек внимание Че Полино к себе.
- Дружище ты мне комбез обещал.
- Да помню я. - Бармен нырнул в свою конуру, и явился примерно через минуту назад, вынеся с собой завернутый в фирменную упаковку брезентовый комбинезон. - Вот держи, дружище. Сам знаешь, перед использованием просушить.
- Размер подойдет?
- Обижаешь! Я по твоему больному подбирал. - Улыбнувшись, я взял со стола объемный пакет, и, пожав руку бармену, вышел из помещения.
Теперь оставалось малое, уговорить Жданова отправиться с нами в путь, так как я не представлял где искать этого Геолога. Бригадира я нашел в его комнате, он сидел за столом и писал какие-то бумаги. Алексашка не заметил, как я вошел в комнату, поэтому мне удалось его прилично напугать. Я крепко вцепился ему в плечи, при этом издав протяжный стон. Сталкер подскочил со стула, и буквально отпрыгнул в сторону. Поняв, что произошло, «долговец» прилично обложил меня матом. Я в ответ лишь дружелюбно рассмеялся. - Да ну тебя Балосс. - Охотник надувшись, сел на стул, внимательно посмотрев на меня.
- Что хотел?
- Надо к Геологу прогуляться. - В ответ на мои слова, на лице сталкера появилось - задумчивое выражение.
- Знаешь, мы сегодня выходим со штурмовой группой на «Янтарь», сменить военных сталкеров, я могу группу отправить к яйцеголовым, а сам доведу тебя до Геолога. - Жданов охотно согласился на мое предложение.
- Слушай Алексашка, почему я раньше не слышал о Геологе ни чего?
- Ну, он еще тот конспиратор. О нем мало кто знает, и узнают в самые трудные часы. - Мой собеседник довольно скривил лицо. - Я о нем то-же узнал, когда был в самой жопе.
- А за свои услуги он дорого берет?
- Ха! Он не проститутка чтобы брать дорого за свои услуги. - Рассмеялся «долговец». - Он ни когда, не берет плату за свою помощь. У него есть политика, тот, кто дошел до него, тот достоин его помощи.
- Только ответь мне на вопрос Влад? - Алексашка вопросительно глядел на меня.
- Давай. - Устроившись в кресле, ответил я.
- Зачем тебе он? Чего ты добьешься, если дойдешь до него? - Жданов довольно озадачил меня, но, собрав все мысли, я ответил на его вопрос.
- Нам обоим знакомый Розенберг, хочет спустить с меня шкуру за пропавшие документы. Он настойчиво считает, что это я их выкрал. Но тот, кто выкрал их на самом деле, как мы уже выяснили, неделю назад готовился к своей ходке в «Темную долину». Значит, если Геолог подтвердит, что этот загадочный сталкер был у него примерно неделю назад, то все обвинения с меня спадут, так как я в это время, к стати в месте с тобой брал Косого.
Жданов, закрутил глазами, слегка усмехнулся. - Логично. Только поверит ли Розенберг словам сталкера?
- Буду надеяться что да. - Я несколько растерялся от слов бригадира, но все же был уверен в своих замыслах.
Вот и в путь скоро, вновь идти. Ужасные пейзажи «Зоны» уже ожидали меня, чтобы вновь потом явится в ночных кошмарах. Снова запах смерти будет слышаться вокруг. Снова легкая дымка будет скрывать опасные аномалии. Снова твари «Зоны» будут хищно скалить свои челюсти, ожидая человеческой крови.
Обеденное солнце изредка пробивалось сквозь легкие тучи. Голое дерево, стоящее у КПП, было черно от многочисленных ворон оккупировавших его. Проходящий мимо дежурный швырнул в самую гущу стаи булыжник, валявшийся на дороге. Птицы разом разлетелись во все стороны. «Долговец» довольно обтряхнул руки, и зашел в сторожку. Эта сторожка представляла собой небольшое кубическое здание, с одной единственной комнатой. В углу стояла кровать. За место ножек ее держали колоны из кирпича. На
кровати, уткнувшись носом в стену, лежал сталкер. Он был одет камуфляжной расцветки комбинезон. Ноги свисали на пол, так как были в ботинках. Руками он прикрывал лицо от света старенькой пожелтевшей лампочки. «Долговец» толкнул сталкера ногой в сапог, тот в ответ лишь застонал и отмахнулся рукой.
- Вставай Голень, тебя Жданов вызывает.
- Дайте поспать нормально, ироды. Двое суток уже не спал.
- Выспишься потом в гробу! Давай вставай, и беги.
Бродяга с не охотой поднялся на ноги, и, протер кулаками заспанные глаза. Причесав взъерошенные волосы, он медленным, ленивым шагом направился к выходу. Сзади послышалась усмешка «долговца», охотник в ответ злобно скривил лицо и вышел из сторожки. Сталкер оглянулся вокруг, на улице было много народу, только, что вернулся патрульный отряд, вернулся не полностью. «Долговцы» принесли с собой два тела. Отряд попал в засаду, и не смогли выйти из боя без потерь. Слишком часто в последние время на «Агропроме» происходили налеты мародеров на сталкерские отряды, а «Долг» своим уходом от сюда, только давал еще больше поводов для подобных действий бандитов. Путник не стал задерживаться и двинулся к штабному заданию.
Я сидел в комнате Жданова. Закинув ноги на стол, читал какую-то книжонку. Читал ее собственно, для того чтобы убить время, собственно говоря, я даже не понимал о чем эта рукопись. Быстро глазами пробежав по странице, переходил на следующую, лишь немного задерживаясь на редких картинках. Сам Алексашка отправился к коменданту, чтобы уладить формальности, для выхода с отрядом в путь.
Вернулся бригадир через полчаса, довольно констатировав, что можно выдвигаться. Осталось дождаться только проводника, который должен был довести отряд «долговцев» до «Янтаря», когда мы его покинем. Жданов, скинув мои ноги на пол, уселся за стол. Я, отложив книжку в сторону, взглянул в открытую дверь. Проводник до сих пор не появился, так что придется опять погрузиться в ожидание.
- Зачем нам ждать этого перца? Сами уже давно выступили бы. - Я в очередной раз взглянул в дверной проем.
- Ну, ты шустрый Балосс. Ты ведь знаешь как у нас с этим строго. Если командир покинул отряд, то бойцов должен сопроводить опытный проводник.
В этот момент в двери показалась, сутуловата фигура бродяги. На лице у него было недовольное выражение. Сталкер облокотился о дверную коробку, и печальным взглядом посмотрел на нас.
- Чего вызывал меня? - Голень все с таким же печальным взглядом глядел на Жданова.
- Наконец-то, тебя как смерти ждать. - В голосе Алексашки была радость, и задорность. - Собирайся, с нами пойдешь, мне надо будет от отряда отойти, а ты его доведешь до «Янтаря».
- Чего? Бригадир, ну ты совсем обнаглел, веди свой отряд сам. - Возмущенным голосом крикнул Голень.
- Я, чего-то не пойму сталкер. Мы тебе платим? - Жданов сделал паузу, вопросительно глядя на проводника. - Платим? Тебе, какая разница куда, когда, кого вести?
Сталкер сморщил лицо, и вышел из проема в коридор. - Ну что расселись? Задницы поднимайте и в путь.
Уже полчаса как мы связкой двигались по разбитым дорогам «Агропрома». Редкие аномалии, появлявшиеся на нашем пути, явно ослабели. Давненько уже не было выбросов, поэтому «Зона» начала слабеть на глазах. Аномалии уже были не так опасны, монстры стали ленивы. Я только сейчас заметил, что проводник был без бронежилета. Выйдя из строя, я нагнал идущего впереди сталкера.
- Тебя звать та как?
- Коля Грач или просто Голень. - Сталкер подал мне руку.
- А чего без бронника? - Я кивком головы показал на незащищенную грудь сталкера.
- Зачем он нужен? - Проводник вопросительно взглянул на меня.
- Ну, вдруг в перестрелку попадешь. Одна пуля, и вспоминай, как звали.
Сталкер в ответ лишь дико рассмеялся. - Кто же меня убить захочет? Я ценнее золота можно сказать. Хороших проводников не много в «Зоне» осталось.
- Ну, самооценка, я смотрю у тебя высокая.
Голень слегка улыбнулся. - Я знаю. Ты мне поверь, я из тех сталкеров, которые ходили в «Зону» еще до прорыва одиннадцатого года, так, что знаю достаточно хорошо, чтобы считать себя отличным проводником.
Путник резко остановился, и жестом руки указал на опасность. Я пристально глядел на дорогу, пытаясь понять, что насторожило сталкера. В одном месте дорога слегка была продавлена, рядом кружились листья, и приподнималась в воздух пыль. Я достал из кармана разгрузочного жилета детектор, и, включив, направил в сторону предполагаемой аномалии. На экране сразу высветилась примерная область опасной зоны. Она представляла четкую сферу диаметром двадцать метров, и, судя по данным датчика, в ней происходили мощные выбросы энергии. Мы аккуратно обошли аномалию стороной. Возле нее мы нашли несколько разорванных тел, сталкеры, наверное, просто-напросто не заметили ее, и превратились в корм для собак.
- Аномалии слабеют каждая как хочет. Кто просто силу теряет, а кто видимость своей сферы теряет. - Проводник кинул не большой камушек в аномалию, тот, оставив огненный след, отлетел в сторону.
Серега шел рядом со мной. Защитный комбинезон пришелся ему как раз в пору, он, уже не боясь опасностей «Зоны», любознательно рассматривал аномалию, бросая в не камни. Проводник взглянул на моего спутника, не одобрительно покачав головой. Я, схватив дезертира за руку, оттащил его подальше от аномалии, иначе парень точно влез бы в нее. Сорокин виновато потупил взгляд в землю, и спокойно двинулся дальше.
Грач оказался в середине отряда, и поэтому Жданов, шедший, впереди вел отряд. Мы прошли еще с километр. Когда начали появляться холмистые вершины, овраги и болота, перекроившие местность поле одного из выбросов. Вдали виднелись постройки завода, где обосновались сталкеры - одиночки. Пройдя через большое болото, располагавшееся в низине, Жданов остановил отряд.
- Так, отряд, все выдвигаются к «Янтарю». Соло за старшего, но слушай Грача. - Бригадир быстро отдал приказания сталкерам. - Клещ пойдешь с нами.
- Це добре, те знову томитися в чергуванні довелося б. - Клещ быстро подскочил к нам.
- Ни чего, там еще хуже будет. - Усмехнулся Жданов.
- Так це дрібниці, от по годині в дозорі стояти, от це зле! - Возразил сталкер.
Проводник, встав во главе связки, повел сталкеров за собой. Через пару минут бродяг скрывшихся в болотистой местности, из-за добротного камуфляжа уже не было видно. Мы, подождав еще с пару минут, двинулись в путь. Алексашка вывел нас с болот и повел на запад. В том направлении мне редко приходилось ходить, но от сталкеров я слышал, что там было довольно опасно. Много мутантов, частые аномалии, и главное целый клан сумасшедших сталкеров. Путь нам предстоял трудный, но в то-же время интересный, а главное важный для меня.
- Так куди ми все-таки йдемо? - Клещ дернул за рукав Жданова.
- К Геологу. - Кратко ответил сталкер.
- Так, це нам мімові тих канібалів прийде йти?
- Каких каннибалов? - На лице Сереги, без заботно шедшего до этих слов, показался испуг.
- Все нормально. Они не так страшны, как черт их малюет. - Я кивнул в сторону Клеща.
Сталкер иронично улыбнулся в ответ на мои слова, и, передернув затвор автомата, двинулся вперед.
Мы перескочили через вершину холма. У подножья текла не большая речка, уходящая на восток. Берега ее довольно сильно поросли кустарниками и камышом - идеальное место для засады или «хижины» болотного кровососа. Переглянувшись между собой, я и Клещ швырнули пару гранат в заросли. Два султана дыма и воды взвились в воздух, раскидывая по сторонам ветки и пучки земли. Хоть и не стоит привлекать к себе внимание в таких местах, но выскочить в густых зарослях прямо на кровососа, дело не приятное.
Чтобы наверняка убедиться в безопасности пути, я оглядел заросли тепловизором, но кроме нескольких стаек крыс снующих в разные стороны, ни кого не обнаружил. Подав знак рукой, о чистом пути, мы двинулись вниз.
К реке тянулась линия электропередачи, черные вороны облепили провода, провожая нас голодными взглядами. Стоявшую тишину прерывал лишь шум воды. Жара и духота, вновь опустившаяся на землю, сильно осушили речку, и вода в ней была по щиколотку. Мы без труда перешли водную преграду, и вышли на другой берег. Он то-же густо порос травой, но они вдобавок тянулись метров на сто от берега. Всюду нам попадались ржавые остовы брошенных еще после первой аварии машин. Клещ неожиданно вскочил на ржавый «Запорожец», и встревожено начал оглядываться по сторонам. Выставив перед собой автомат, он нервно дергал его из стороны в сторону.
- Чего там. - Тихим голосом его окликнул Жданов.
- Не знаю, щось у кущах промайнуло. - Сталкер продолжал оглядываться по сторонам.
- Брысь. - Я стащил сталкера с машины, и сам залез на нее. Прислонив к глазам тепловизор, начал оглядывать местность. - Перекрестись Клещ.
- Зараз, чи що? Навіщо?- Сталкер не понял моей шутки.
- Да нет там ни кого. Показалось тебе, а когда кажется креститься надо. - На тепловизоре опять кроме стаек крыс ни кого не было.
Алексашка достал из разгрузочного жилета КПК, и включил на нем режим навигатора. После минуты пристального вглядывания в экран, он кратко констатировал результат своего труда. - Чисто. - Я махнул рукой, и мы двинулись дальше. Не скажу, что я не чувствовал не капли опасности, но хорошее вооружение отряда воодушевляло меня. В этих местах недолжно было быть серьезных сталкеров, так что опасаться нам особо не стоило. Хотя хорошо спланированная засада, вполне могла порядочно потрепать нас. Но почему-то я был уверен, что нам, ни чего не грозит, и это лжепредчувствие сыграло с нами злую шутку.
Довольно быстро мы выбрались на открытое пространство. Перед нами открылась довольная большая долина, изрезанная речушками, болотами и густыми, но небольшими полосками леса. Речушки быстрыми потоками стекали в заболоченные озера, которые вновь растекались в многочисленные потоки. Лесные массивы зелеными шапками стояли между троп и речек. Здесь уже начали появляться другие птицы, кроме надоедливых ворон, хотя нормальной живности так и не было видно. Легкий ветер играл в зеленых кронах деревьев. Над редкими аномалиями кружилась листва. Рои мошки надоедливо кружились возле наших лиц.
Перед нами была разбитая грунтовая дорога, на обочине которой стоял армейский «Урал». Клещ ловко запрыгнул внутрь кабины. На месте водителя был совсем свежий труп солдата в российской форме. Сталкер осмотрел его. Парень погиб от выстрела в дверь из обреза или ружья. Картечь пробила стекло и попала рядовому в шею. Меня насторожил тот факт, что рядом больше не было членов экипажа. Обычно при переездах в машине едут два водителя и охранник. Конечно, они могли спастись, и уйти от грузовика, но ко мне подобралось чувство тревоги.
Неожиданное шевеление раздалось в зарослях. Алексашка не выдержав напряжения, дал очередь в кусты, в ответ раздался дикий крик, и из зарослей выскочил человек. Торс его был гол, и полностью вымазан грязью, на лице была черная маска, на ногах потрепанные штаны, босые ноги были расцарапаны. На плече виднелась рана от очереди бригадира. Не успел я опомниться, как за мной появился второй неизвестный. Он также был с голым, вымазанным землей торсом. Лицо было закрашено краской цвета хаки, а на теле был такого же цвета плащ. Капюшон был далеко, надвинут на глаза. Он выхватил из-под полы плаща обрез и дал залп в нашу сторону. Я резким движением отскочил в сторону, почувствовав, как по каске прошла картечь. Позади кто-то вскрикнул, и упал на землю. Я, не отпуская давил на курок, высадив всю обойму в нападавшего, после чего, подскочив на ноги, кинулся прочь от зарослей травы, и только тут увидел лежавшего с развороченным лицом Алексашку. Густого камыша выпрыгнули еще несколько человек, все они выглядели также как и двое первых. Вооружены они были ружьями и обрезами. Это были местные каннибалы, целый клан сумасшедших людоедов. Они охотились на всех сталкеров, которых могли одолеть, вот и мы попали под их кровожадные взгляды.
Серега, не растерявшись, кинулся вперед, на каннибалов, открыв шквальный огонь из американской винтовки. Он успел положить двух людоедов, прежде чем они ретировались. Дорогу окутывал легкий дымок от стреляных патронов. Клещ выскочил из кабины, и кинулся к Жданову. - Алексашка! - При виде убитого товарища сталкер побледнел, лицо задергалось, на глазах выступили тяжелые, мужские слезы. В этот момент, аборигены вновь ударили по нам, на этот раз их было человек двадцать, но больше половины кинулись на нас всего лишь с клинками. «Долговец» вскинул к плечу «Абакан» и открыл беспорядочную стрельбу. Мы с Серегой подхватили огонь сталкера, расстреливая патроны, безжалостно вырывая из вражеского строя одного за другим людоеда. Обойма кончилась, и я выхватил из жилета гранату, закинув ее на край густого поля. Каннибалы начали бежать от нашего огня, и тут взрыв раскидал их в стороны.
Пустая обойма, всегда подлый случай, тем более, когда мощный удар ножом обрушивается на вашу спину. Клинок пробил ранец, но не смог пробить кирасу. Я со всей силой, развернувшись, ударил прикладом стоявшего сзади аборигена. Кровь из разбитой челюсти брызнула на землю, и людоед рухнул без сознания с жалобным тоном. Со всей силой, насколько я мог, ногой еще раз ударил каннибала по лицу, окончательно добив его. Двое сумасшедших накинулись на Серого. Парень скинул их с себя, отвесив одному хороший удар прикладом, а второму выпустил очередь в голову. Я начал понимать, что мы полностью окружены. Быстрыми движениями, я вытащил из ножен штык, и прикрепил его к «Валу». И прикрепил во время. С криком, и взнеся над собой топор, на меня выбежал очередной урод. Я сыграл на опережение, выпав вперед, вонзил штык ему в грудь. Людоед вскрикнув, рухнул на землю, рукою закрывая рану, из которой вырывалась густая кровь. Второй мой удар, пришелся в сердце. Каннибал, закрыв глаза, что-то тихо пробормотал, и его губы застыли.
Клещ выпустил очередную обойму, и начал перезаряжать автомат. Мне казалось, что сталкер палит во все стороны, абсолютно не целясь, но один за другим людоед падал сраженный его пулями. Я, окрикнув Клеща и Серого, жестом приказал следовать за мной. Мы кинулись в заросли, находившиеся с другой стороны дороги. Поле, на котором когда-то росла пшеница, а теперь поросшее сорной травой, заканчивалось полоской леса, в которой мы могли организовать оборону. Трава на поле сильно шумела, от порывов усилившегося ветра, из-за этого нам не было видно движения противника, и мы несколько раз вылетали на отряды каннибалов, но уже готовые к таким сюрпризам, быстро расправлялись с ними. Сферы аномалий красиво играли в лучах солнца, хорошо обозначая их.
Вскоре показался край леса. Я оглянулся назад, ни кто как мне казалось, за нами уже не следовал. Но на всякий случай, я перевел на глаза целеуказательную маску. На экране было полное молчание, только Клеща и Серегу выделял прибор. И тут я понял, в чем дело. Переведя прибор из инфракрасного режима, в режим физического движения, я сразу уловил с десяток целей, двигавшихся в нашу сторону. Каннибалы, вымазанные с головы до ног грязью и краской, практически не излучали тепла. Поэтому мы подставили себя под удар, доверяясь датчикам с тепловым излучением.
Скоро лес со всех сторон окутал нас, но мест где можно было укрыться, и дать отпор так и не было. Только дойдя до противоположной окраины рощи, мы наткнулись на разрушенный двух этажный домик. Небольшое кирпичное строение, вполне было пригодно для засады на этих подонков.
Мы засели в оконных проемах, приготовившись к встрече неприятеля. В наушниках послышался слабый писк, и на экране целеуказателя появились несколько целей, которые быстро двигались в нашу сторону. - Не стрелять. - Тихо прошептал я. Вскинув к плечу автомат, я взял на мушку одну из целей. Через пару мгновений из лесу выбежала пара каннибалов. Остановившись, на поляне, они начали оглядываться по сторонам. Тихие, приглушенные выстрелы вырвались из дула автомата. Мне удалось снести обоим головы, так что они даже не успели пискнуть, и привлечь к себе внимания. На целеуказателе появились еще восемь объектов, двигавшихся в нашу сторону. Жестами, дав понять своим напарникам о надвигающейся угрозе, я вновь примкнул к автомату. Из лесу вышел отряд каннибалов. Измазанные грязью и краской тела хорошо маскировались на местности. Единственным помощником для нас был мой целеуказательный прибор. Людоеды, пройдя пару метров в нашу сторону, обнаружили тела своих, и неожиданно начали разбегаться в стороны. Я успел короткой очередью снять одного из упырей. Тяжелые бронебойные пули разорвали в клочья сталкера. Остальные при виде происходящего остановились на месте, подставив себя под огонь. Наши залпы один за другим, как острая коса, проходящая по траве, сбивали с ног сталкеров-людоедов.
Дикие крики и боевой клич, раздался с тыловой стороны здания. В одно мгновение в здание вбежал десяток сталкеров. Клещ, сидевший на нижнем этаже, первым принял удар. Каннибалы впятером накинулись на сталкера, свалив его на пол. Это конец? Неужели так закончится славная жизнь? Нет, Клещ он воин, он казак, не сдающийся не в каких условиях. Не дюжинная сила его, не раз спасала бродяге жизнь. «Долговец» сумел не только подняться на ноги, но раскидать в стороны людоедов. Но они как волна, вновь кинулись на него. Мощный удар кулаком, разом выбил из одного душу, еще один получил удар лбом в лицо. Но напористые упыри вновь повалили сталкера на землю, пытаясь связать его веревкой. В этой суете не было видно, что произошло, но один из сталкеров-людоедов, отпрыгнул от Клеща с ножом в груди. Мощные кулаки охотника беспорядочно начали раздавать свои могучие удары, снося с ног одного за другим каннибала.
Я понял, что «долговцу» все же нужна помощь, и со штыком наперевес кинулся на сталкеров. Острое лезвие клинка пронзало одного за другим каннибала. Острейший штык, разом проникал в тела сталкеров, как горячий нож в масло. Последний из бродяг обошедших нас с тылу, попался под мою горячую руку. Окровавленный клинок пронзил ему сердце. Только сейчас я понял, что передо мной стоял мальчишка. Ему было лет пятнадцать от силы. На его лице, в боевой раскраске, появился совсем детский испуг, по щеке скатилась слеза. Я вытащил штык, мальчишка со стеклянным лицом, упал на пол. Лицо его слегка дернулось, глаза смотрели куда-то вверх, в небо, видневшееся через разрушенную крышу. Я присел на колено рядом с мальчишкой, он жалостным взглядом посмотрел на меня. Через мгновенье взгляд его замер и опустел.
Много мы положили каннибалов возле этого домика в лесу. Кровью залились все. Красная кровь еще сильней раззадорила нас, превращая в монстров наравне с теми, что бродят по бескрайним просторам «Зоны». Мы втроем кинулись на вновь наступавших с фронта сталкеров. Они явно не ожидали такого поворота, и просто кинулись бежать, а мы их расстреливали и кололи в спины. Остановило нас лишь появление еще десятка каннибалов. Пользуясь своей маскировкой они без проблем смогли подобраться незамеченными к нам. Отбиваться от сталкеров нам пришлось опять врукопашную. Было уже совсем скрывшиеся из виду людоеды, вернулись подсобить своим товарищам.
Людоеды ловко отделили нас друг от друга, решив обезвредить по одному. И хотя Серега, поваленный на землю, и неспособный больше сопротивляться, казалось, был в самой трудной ситуации, но это было не так. Сразу десяток сталкеров-людоедов навалился на Клеща, пытаясь завалить его на землю. «Долговец» мощными руками раскидывал навалившихся сталкеров в стороны. Я же, штыком проложил путь к Сорокину, и отбив его, начал отходить, держа перед собой ствол автомата, парнишка двинулся за мной, вопросительно переводя взгляд с Клеща на меня. Мы отходили, а тем временем Клещ, раскидав в стороны очередную порцию нападавших, расставил в стороны руки, встав, словно крестное знамение. Я до последнего не мог понять, что он делал. И только когда в очередной раз каннибалы попытались его перебороть, он весь исколотый ножами, и изрубленный клинками, выпустил из рук пару гранат. От резкой вспышки я зажмурил глаза, втянув в плечи голову. Когда же, грохот разорвавшихся зарядов унес вдаль ветер, я увидел погибшего сталкера, и разбросанных рядом каннибалов. Мы смогли вырваться из рук смерти только благодаря Клещу.
Огонек загорелся где-то далеко в лесной чаще. Нет, это был явно не костер. Он был каким-то не живым, скорей всего это горел фонарик. Свет усиливался и вскоре огонек начал слегка покачиваться, отдавая легкий луч. На фоне черного леса слегка вырисовалась фигура сталкера, беспечной походкой шедшего к нам. Мы с Серегой зажались возле поваленного столетнего дуба, тяжелым массивом своим прикрывавшего нас. Теперь мы были двое надвое. Я сам, один, спокойно мог бы разобраться с этими каннибалами, но день опять выдался уж сильно тяжелый. Серега получил несколько резаных ран, и перебинтованный наспех мною, вообще не мог пошевелиться. У одного из сталкеров, зажавших нас точно была двустволка, а второй, судя по всему, прихватил с собой «Абакан» Клеща.
Фонарик приближался к нам, горя все ярче и ярче. А этот сталкер видно даже и не подозревал об опасности, которая была впереди. Как-то плохо выйдет, если друг друга перестреляем. Я нащупал на каске выключатель от фонаря, и просигналил им «SOS». В ответ, свет вдали погас. Главное, чтобы, это не были те же каннибалы, ну или на худой конец парни из «свободы». Я зафиксировал на лице целеуказатель, уже столько раз, выручавший меня за этот день, прибор быстро засек движущуюся в нашу сторону цель.
Темное, ночное небо не освещала ни одна звезда, и даже дуги полумесяца не было на небосклоне. Как говорят в таких ситуациях - хоть глаз выколи… Приготовившись к встрече с неизвестным сталкером, я выдвинул перед собой дуло автомата, ожидая самой неожиданной ситуации.
- Эй! Кто здесь? - Раздался осторожный голос из кустов.
- Сталкер ты кто? - На целеуказателе уже рядом обозначался сталкер, и я направил в ту сторону дуло автомата.
- Геологом меня кличут. - Раздались в ответ слова, которые прозвучали слаще меда для меня.
- Давай под дерево, там пара каннибалов нас прижала.
В ответ раздался громкий смех. Сталкер поднялся на ноги, подойдя к нам. Включился фонарик, ослепляя, светя мне лицо. От яркого света я не видел лица Геолога. Тот лишь перепрыгнул через поваленное дерево, и двинулся в сторону упырей, окрикнув их. Действиям сталкера я был сильно удивлен, но видно он знал, что делал. Вскоре послышались еще два голоса, что-то кричащее Геологу. Там за дубом, который сейчас отделял нас от очередной возможности погибнуть, шел разгоряченный спор. Ну раз выстрелов нет, значит договорятся. Я привстал на колено, любопытно выглянув из-за укрытия. Геолог стоял рядом с людоедами, закинув автомат за плечо, и абсолютно не тревожась, размахивал руками, пытаясь что-то объяснить сталкерам.
Видимо им удалось каким-то образом найти общий язык, и каннибалы, развернувшись, двинулись проч. проводник быстрым шагом подошел к поваленному дубу, и ловко перепрыгнул за него. Усевшись между мной и Серым, он быстро окинул нас взглядом, и протянул мне руку.
- Здорово бродяги. Как я уже сказал, звать меня можно Геолог.
- Балосс. - Я крепко пожал руку сталкеру.
- Ну, а ты кто? - Геолог протянул руку Серому.
- Сергей я.
- Ну, вот и славно. Познакомились. Только, что вы тут забыли господа? Редко я вижу в этих местах сталкеров.
- А мы, а точней я, к вам шли. - В ответ на мои слова лицо сталкера удивлено скривилось.
- Даже так? Ну, а откуда вы обо мне узнали? И для чего я вам понадобился?
- Нас вел к вам Жданов. - Я на половине оборвал свои слова, печальным взглядом посмотрев на Геолога.
- Алексашка? А он где? Давненько я его не видел. - Сталкер явно не понял значения моего взгляда.
- И не увидите больше. Нам эти уроды. - Я махнул рукой в сторону, где когда-то отсиживались двое каннибалов. - Засаду не хилую устроили, Алексашку сразу пристрелили, а мы оторвались от них. Потом нас снова прижали эти гады, тут уже спасибо Клещу, вечная память ему.
- Он то-же с вами был? - Перебил меня сталкер.
Я в ответ лишь печально склонил голову. Между нами пробежала тишина. Через минуту Геолог, встав с земли, двинулся в лесную чащу.
- Пойдемте за мной. У меня тут недалеко есть убежище. Отдохнете, наберетесь сил, обсудим все вас интересующие вопросы.
Мы вышли на небольшую поляну, в центре которой виднелся домик, к которому шла тропка, выложенная бревнами. Деревянная тропка слегка утопала под весом наших тел. Рои комаров и мошки кружили над нами. Совсем рядом с тропкой крутилась пара мясорубок, сферы которых отражались в свете фонарей. Мы аккуратно скользнули мимо аномалий, и оказались у небольшой лестницы идущей в бунгало. Старенькие ступеньки поскрипывали под ногами. Геолог открыл дверь, и из дома повеяло свежеиспеченным хлебом. Старенькая каменная печка хорошо грела дом. Оставив у порога вещи, мы прошли в большую комнату, усевшись за серым деревянным столом. Сталкер поставил горячий хлеб, и два стакана с молоком.
- Угощайтесь. За радиацию не беспокойтесь, все из-за периметра привезено. - Проводник сел напротив нас, приветливо улыбаясь.
- Геолог, у меня к тебе дело есть.Мне не нужно чтобы ты показывал скрытые тропки, или аномальные поля. - Я надкусил кусок горячего хлеба, запив его молоком.
- Так, а что тогда тебе надо? Помогу всем, чем смогу.
- Я тут ищу сталкера одного. Сам я не знаю кто он, но по ряду причин, он мне нужен очень сильно. Возможно, он запомнился вам. Интересоваться он мог «Темной долиной» и ее подземками.
От последних моих слов у сталкера перекосило лицо. Сталкер дернул себя за ус, и пристально поглядел на меня. - Я понял, о ком ты говоришь. - Сталкер глядел на меня так, будто хотел рассказать секрет всей моей жизни. Да его выражение лица явно говорило, что он что-то видел такое, какое могло сильно шокировать меня. - Он интересовался тропами в обход постов гопоты в «Темной долине». Я тогда лично не мог его повести, поэтому составил карту, на которой обозначил не приметную тропку, которая ведет до самой базы Борова. После этого он выложил на стол, на вот этот самый стол, карты. Он говорил, что это якобы план подземки «Темной долины». Мне как-то попадались подобные документы, возможно, они были с одного и того же источника, но я почему-то не доверил им. А не давно я узнал, что Боров был убит, а шайка его разбежалась. - Довольно спокойным и уверенным голосом рассказал Геолог, но в то же время явно что-то не договаривая.
- Не давно узнали? А когда сталкер этот к вам приходил? - Я вопросительно взглянул на сталкера.
- Ну, точно не помню. Наверное, где-то с неделю назад. - Ну, вот и все. То за чем я сюда шел, я узнал. Неделю назад, я полоскал нервы ребятам Косого, и, да и самому ему.
Я нащупал в кармане за ранние включенный диктофон, и отключил его. Ну, теперь вы господин Розенберг до меня не докопаетесь. Ну, или меньше будет возможностей придраться. Вот еще бы найти сами пропавшие документы. Хотя с другой стороны, где мне их искать? Этот сталкер и сам по себе призрак, а с такими бумагами явно уже успел залечь на дно, а дно в «Зоне отчуждения» как всем известно, не имеет конца. Я отломил очередной кусок горячего хлеба, жадно запихав его в рот. Давненько не пробовал, такой домашней еды.
- А как вы попали в «Зону»? - Серега косовато посмотрел на бродягу.
- Я тут, можно сказать жил. - Сталкер рассмеялся, но это был смех печали, быстро сменившийся, грустью в голосе. - Многие сталкеры говорят обо мне, что я ходил в «Зону» еще до прорыва одиннадцатого года. Но это не так. Я хожу сюда еще с первого года ее жизни. Знаете деревню кровососов? Я был в ней когда «Зона отчуждения» открыла в первый раз свои врата. Та «Зона» что существовала до этого, это была лишь жалкая пародия на сегодняшнюю. Если бы правители, хотели, то давно очистили ее. Вот это новую «Зону», как вы не хотели бы, не очистить. В тот день я потерял всех родных, всю свою семью. Сам выжил случайно. Я долго убивался горем, говорил, что должен был сам погибнуть тогда. Но прошел месяц, за ним другой, и еще один, после я решился пойти туда, к той деревни, где погибла моя старая жизнь. Тогда мало было известно о «Зоне». Знали, что там пропадают люди, что появились некие аномалии, а общей-то картинки не было. Я собрал тогда группу добровольцев, ну как группу, двух алкашей подрядившихся тащить мне часть оборудования. Собрал оружие, амуницию. Снаряга по сравнению с современной была, конечно, смешной, но тогда это было тогда. Когда мы дошли до деревни, то кроме обглоданных костей ни чего не нашли. Я не знаю, кто это сделал, да и знать не к чему. Мы тогда вырыли на окраине деревушки большую братскую могилу, где и схоронили все останки. После этого я частенько начал ходить за колючку. До аварии я часто работал в этих местах, мы изучали почвы для прокладки трубопровода, так что даже после того, как выбросы изменили рельеф «Зоны» многие места я по-прежнему хорошо узнавал. Так я и стал заниматься своим делом здесь, провожать сталкеров по безопасным тропкам. Продавать им ценную информацию. Информация нынче в «Зоне» все также дорога, как и раньше. Это артефакты с каждым днем все обесцениваются, и обесцениваются, а информация всегда будет, во всех ее формах дорога. - Сталкер сделал небольшую паузу, вновь переведя свой взор на меня. - Вот так, господин Балосс. А вот вы сами как относитесь к «Зоне»? Как вы сами думаете, откуда она взялась?
- Ну не знаю, но с другой стороны одно я точно знаю - «Зона» не творение природы. - В ответ на мои слова сталкер поднялся со стула, тыкая в мою сторону пальцем.
- Вот оно! Вы сами задумайтесь, как за пару лет могли так мутировать виды? Даже если учитывать уровень радиации, пси-излучение, это просто не возможно! Парой требовались века, а то и тысячелетия, чтобы животное эволюционировало. А тут! Подумайте, восемь лет всего прошло, а мы имеем десятки новых тварей.
Наверное, сталкер говорил дело. И, правда. «Зону» наполняли десятки невиданных раннее животных, хотя какие это животные? Монстры и твари, в любой момент готовые разорвать вас на части. Все они, до последней особи, были злы на человечество. Даже самая безобидная плоть, могла проткнуть вам спину, когда вы ни о чем, не подозревая, будете любоваться закатом. А что если эти виды пришли на смену человеку? Многие из них более приспособлены к кошмарным условиям жизни, которые постепенно обволакивают планету, и если бы Земля погрузилась целиком в ад, они бы выжили. Все человечество, вся наша цивилизация вымерла, а они продолжали жить.
Добрый хозяин разметили нас в небольшом сарае, устеленном несколько метровой насыпью сена. На сене не на земле, все спать приятней. Я уволился в глубь стога, и почти сразу же заснул. Геолог говорил, что тут спокойно, так что спал я без амуниции, и откинув в сторону автомат. Крепкий, тяжелый сон совсем уже овладел мной, когда сквозь тишину ночи послышался скрип досок на поле сарая. Тихие осторожные шаги, слегка тревожили играющие бревна. Я приоткрыл глаза, чтобы увидеть того кто, прервал стоявшую тишину. Нет, это был не каннибал, и тем более не монстр, а мой спутник. Серега осторожно вышел на улицу, держа в руке КПК. До этого я и не замечал, что у него был коммуникатор. Мне стало подозрительным, куда намылился дезертир посреди ночи, с КПК. Аккуратно скользнув с сенной подстилки, я почти на четвереньках подобрался к выходу из сарая, по пути, прихватив кобуру с пистолетом. Сорокин даже не потрудился отойти в даль, хотя правильно сделал, там уже опасно было. Парнишка, быстро водя пальцем по дисплею коммуникатора, нашел нужный адрес, и подвел его к уху.
- Господин полковник. Это Сорокин. Я сделал все необходимые записи, ваш Ростов чист. - Дезертир, или кто он там был, примолк, слушая голос из динамика. - Да уверен. Господин Розенберг, я скину вам все данные как выберусь отсюда. - Парень вновь примолк на пару мгновений. - Да господин Розенберг, а вы в свое время не забудьте, о чем я вас просил.
Медленным шагом, держа перед собой пистолет, я подобрался к заговорившемуся шпиону. Ствол пистолета уперся в Серегин затылок, моя рука слегка тряслась, но не от волнения, а скорей от небольшого мороза. Парнишка отвел в сторону руку, в которой был зажат КПК. Аккуратно обойдя, и став лицом к нему, я жестом руки попросил коммуникатор. Из динамика вырывался голос чекиста. Я, держа на прицеле дезертира, все же нашел чертову громкую связь.
- Приветствую тебя полковник! Узнал?
- Ростов? Сорокин что за хрен такой?
- Ты не горячись полковник. Все нормально, парнишку ты хорошего подобрал, смышленого, я вообще не думал, что он сука шпион. Ну и сволочь же ты Розенберг. Или как говорится, «доверяй, да проверяй»?
- Все Ростов, мне нужно было знать, что это не ты выкрал документы.
- Розенберг, что ты за человек, зачем тебе это было надо? Опять какие-то затеи планируешь? Вечно ты хочешь отличиться, да только все это плохо для других выходит.
- Спокойно Ростов, ты мне нужен будешь чистым для одного дельца, вот я проверял тебя. Все узнаешь потом, пока еще рано. Только ты, там дезертира нашего не тронь, он к нашим распрям не причастен. - Голос в динамике коммуникатора стих, а на дисплее высветился значок законченного разговора. Рядом стоявший дезертир расплылся в легкой, дебилковатой улыбке. Я то-же в ответ слегка улыбнулся, к горлу подступал смех. Серега, уже начал смеяться, закрыв ладонью лицо, когда я неожиданным, даже для себя движением, стукнул его в челюсть. Парнишка взвыл, но тут же замолчал, схватившись за челюсть рукой. Я презрено окинул дезертира взглядом, и, плюнув на землю, пошел в сарай.
Коричневая глиняная тропка тянулась к закрытому высокой стеной лабораторному комплексу. Возле ворот стояла невысокая покосившаяся вышка, на которой дежурил часовой со снайперской винтовкой на плече. Возле немного приоткрытых дверей, стояли двое ученых что-то высматривая на противоположном склоне. С другой стороны забора, бившись о дерево, дергался зомби. Изредка привычную тишину прерывали всплески пси-излучения, сопровождаемые волнениями воздуха, словно взрывная волна раскатывалась во все стороны не причинная вам вреда. Легкий дымок тянулся откуда-то из дали, видно на привале сталкеров горел костер.
Дежурный «долговец» поднялся на смотровую площадку, оглядывая прилежавший к базе склон. На вершине хребта показались двое сталкеров. Они медленным шагом спускались в низ. Часовой примкнул к автомату, рассматривая бродяг через мушку. Дежурный смело нажал на курок, и пуля, мгновенно вылетевшая из ствола, шлепнулась рядом со сталкерами. Оба странника разом, прыгнули на землю, прикрыв головы руками. Часовой хотел, выпустить вторую пулю, но один из охотников, поднял над собой зеленый, сигнальный дым. «Долговец» удивлено скривил рожу, окрикнув нескольких сталкеров из своей группировки, стоявших под стеной. Боевики, скинув с плеча автоматы, быстрым шагом вышли за забор, и направились в ту сторону, где лежали неизвестные бродяги. Медленным шагом «ночные охотники» подошли к сталкерам, держа их на прицеле. Те уже оправились от «теплой» встречи, и со злыми лицами поглядывали на коллег.
- Какого черта вы палите? - Да, это были мы с Серегой. До «Янтаря» оказалось, идти намного ближе, чем возвращаться через НИИ. У входа на территорию комплекса, нас уже ждал дежурный. При виде меня, он радостно вскрикнул, протянув руку. Дежурным оказался Соло, хороший мой знакомый, и сталкер из отряда покойного Алексашки.
- А где Жданов и Клещ? - Сталкер вглядывался в даль, в надежде, что коллеги появятся на хребте.
- Отстали они. - Печальным голосом ответил я.
- А когда будут? - Не поняв меня, переспросил сталкер.
- Отстали они. - Я схватил Соло за плечи, крепко сжимая пальцами. - Понимаешь? Отстали, не вернутся они. - Наступила минутная тишина. Соло, потерев нос, двинулся за забор. Да, вот беда. Такие сталкеры были. Сталкер это не просто образ жизни, это что-то большее, что находится глубоко в душе. Мною настолько овладели думы, что со всей силой своих челюстей, до крови прокусил себе губу. Очнувшись от дум, из-за шипящей боли, я двинулся в лабораторный комплекс, кивком головы позвав за собой Серегу.
Спешить нам было не куда. С Розенбергом я не искал встречи, а армейские дела могли и подождать. Да и помянуть погибших надо было. Вечером в казарме, для военного гарнизона, собрались все, кто знал парней. Между нами царила, атмосфера печали. Единственное о чем я тогда жалел, так это то, что мы не похоронили, как положено сталкеров. Да кого я обманываю? Мы вообще не похоронили их, и даже не знаем, что стало с их телами. Хотя, что тут, в «Зоне отчуждения» может стать с останками сгинувших бродяг? Разорвут монстры, или эти уроды каннибалы, или будут гнить на фоне стального неба, пока случайно обосновавшаяся на их месте аномалия, не превратит их в артефакт. А потом, какой-нибудь искатель найдет его, повесит себе на цепочку. Таков путь сталкера.
Время до утра пролетело быстро, даже как-то не естественно для «Зоны». Всю ночь я не спал, как зомби бродя по внутреннему дворику лабораторного комплекса. Я просто бродил, ни о чем не думая, и ни чего не делая. Правда в один момент, мелькнула мысль - А не попал ли я под пси-излучение? - Я вытянул перед собой руки, и, представив полосу, прошел по ней. - Вроде ровно иду, вроде понимаю, что делаю, а со стороны выгляжу как придурок. Это точно. - Мимо шмыгнул часовой, с ехидной усмешкой поглядев на меня. От своих действий мне самому стало смешно. Лишь когда на востоке занялся, рассвет, я взял из оружейки свой «Вал» и, усевшись за столом начала разбирать и собирать его. Когда я уже в третий раз начал повторять процедуру, в оружейку вошел Серый. Он аккуратно обошел меня стороной, и уселся на стул с другого конца стола.
- Не спится? - Я косо посмотрел на сталкера.
- Да я привык рано вставать, на форте спать не давали. - Усмехнулся парнишка. - А, я смотрю, вас нет, вот пошел поглядеть, где вы, ну и тут нашел.
- Ну, талант ищейки тебе еще пригодится. - Передразнил я сталкера.
- Зачем вы так? Господин подполковник, я вынужден был, иначе господин Розенберг, не поможет засадить этих сволочей.
- Каких сволочей? Ротного вашего?
- Да. Там у половины офицеров руки по локоть в крови солдат. Розенберг сказал, что у них есть много на них, но шумиху не хотят поднимать. Вот я ему и предложил, все о вас выведать, в обмен на то, что он займется ими.
- Веселые вы ребята. - Я уже собрал автомат, и, закинув его на плечо, двинулся к выходу. - Пошли через пол часа за нами вертолет прибудет.
 Глава 9.  
Синие небо покрывали густые, белоснежные облака. Сегодня не было ветра, и массивные сгустки влаги безмятежно держались на небе. Причудливые формы туч невольно приковывали к себе взгляд. Они отдавали большие тени, которые медленно плыли по земле и водной глади редких озер. Пронизывая оглушающим шумом, из облака вырвалась пара «Мигов», которые резко рванули вниз, оставляя тонкий белый след. Самолеты пронеслись над крепостью, и начали уходить на второй заход. Все солдаты бывшие на крыше форта, при виде самолетов укрылись под высоким бруствером. Укрепление это именовалось как «четвертый заградительный, киевский форт». Он находился несколько дальше всей первой линии обороны, но был приписан к ней. Задачей форта была защита дороги шедшей от «Зоны отчуждения» прямо к Киеву. «Миги» вышли на второй заход и, проносясь над укреплением, скинули на него четыре кастетные бомбы. Огненные облака расплылись в небе, раскидывая повсюду раскаленные поражающие элементы. Скинув снаряды, самолеты скрылись за облаками.
Наш вертолет как всегда сделал мягкую посадку. На крыше меня уже ждал Коваль. По озадаченному выражению лица его, я понял, что опять начинается какой-то заворот. Вслед за мной из вертолета выпрыгнул Серега. При виде последнего, у капитана сильно сморщилось лицо. Виктор кивком головы указал мне на дверь, которая вела внутрь форта. Понятно, значит, опять начальство чего-то хочет, а если здесь еще и Розенберг, то вообще будет веселье. - Оба шуруйте. - Кратко сказал Капитан. Ну, раз оба, значит точно, что чекист здесь. Мы шмыгнули за дверь и быстро спустились до этажа, где был кабинет Чернигова. Я легонько постучал в дверь, и вошел в комнату. За столом расположились, наш Владимир Саныч и мой любимейший чекист Розенберг, и еще двое не знакомых мне особистов.
- Вот и они. Подполковник Ростов. - Чернигов рукой указал на меня. - И наш дезертир, Сергей Сорокин.
- Дезертир это хорошо. Давно я не приказывал расстреливать таких. - Казалось, майор из особого отдела был полностью серьезен. - Шутка. - Душевно улыбнувшись, добавил он.
- Ну, ты не пугай людей. Нам они еще оба в здравом уме нужны. - Перебил коллегу второй особист, и то-же майор. - Кстати, господин Ростов, а где вы были в июне сорок первого года?
- Я? - Вот тут, конечно я дал повод для анекдота. Я всерьез задумался над вопросом майора, и лишь увидев улыбки на лицах, и еле сдерживавшего смех особиста, понял, что малость дал дурака.
- Ну, Ростов, ты даешь. - Особист уже не мог сдерживать смех. - Первый. Ты первый кто повелся.
- Так ладно. Теперь о серьезном. - Раздался сосредоточенный голос полковника Розенберга. - У нас возникла большая проблема. Сорокин это касается и тебя. На четвертом форте бунт.
- Как бунт? - Сергей занервничал, на лице показалось обеспокоенное выражение.
- Вот так. Все срочники пошли на мятеж. Расстреляли часть офицерского состава, и нескольких контрактников. Слава богу, многие из них успели уйти с форта. Сейчас туда стягиваются войска, и мы собираем оперативную группу для штурма. Да Ростов. - Полковник сделал не большую паузу. - Ты возглавишь ее. Только учти, нам не нужно мясо. Желательно оставить как можно больше свидетелей, чтобы разобраться во всей этой заварушке. Ибо не чисто, далеко не чисто тут все.
- Сорокин, а ты остаешься здесь, мы с тобой будем говорить, есть вопросы к тебе друг. - Один из особистов подошел к дезертиру, окидывая его своим железным взглядом. - Ну а вы подполковник готовьте свой отряд, и выступайте к месту, там сейчас из ваших полковник Тормасов.
Возле оружейки толпился народ, на штурм форта от нашего батальона было выделена сводная рота из лучших солдат. Я со своими бойцами, еле пролез к той части помещения, где находилось оружие для спецназа и военных сталкеров. Набив разгрузочные жилеты до отказа патронами, гранатами и прочим снаряжением, мы выдвинулись к боксам, где нас уже ждала техника. Солдаты рассаживались по бронетранспортерам и коробкам, грузовикам и джипам. Через четверть часа длинная колона техники, прикрываемая несколькими танками, выдвинулась к взбунтовавшемуся форту. Опять тянулась знакомая дорога, по которой я совсем не давно уезжал в «Зону отчуждения». Сейчас я сидел на борту коробки, закрыв лицо тканевой маской и целеуказателем, в воздухе клубились огромные снопы пыли, поднимаемые техникой, нещадно резавшие глаза. Вдали уже виднелся столб дыма. Авиации сегодня дали волю.
Колона медленно приближалась к району боевых действий. Бетонный массив форта был окутан дымом. Откуда-то из каземата укрепления строчил пулемет, а выстроившиеся в ряд танки беспощадно высаживали в то место один за другим снаряды. Снопы огня взлетали воздух, раскаленные осколки, оставляя трассеры, разлетались в стороны. В воздухе пронеслась пара самолетов, обрушив на бунтовщиков десятки бомб, которые с грохотом разрывались, создавая землетрясение. Техника остановилась возле наспех установленного штаба. Я соскочил с коробки, быстро подбежав к расположившимся вокруг импровизированного из ящиков стола офицерам.
- Подполковник Ростов, прибыл со сводной ротой «Первого миротворческого» батальона. - Я отдал честь всем присутствующим.
- Вот и мои орлы. - Ко мне, из тени подался Тормасов, похлопав по плечу.
- Наконец-то прибыли, то мы уже заждались вас. - На стуле сидел генерал-лейтенант Щербинко, командующий районом. Знал я его только из рассказов. И у меня сложилось не однозначное мнение о нем. Тип он был скользкий, не прочь был брать взятки, сталкеров не раз кидал. Среди солдат особой популярностью не пользовался, да и среди большинства офицеров. Правда, на «четвертом» форте, у него служил племянник, командир той самой роты, в которой был мой дезертир. Вокруг это племянника сложился небольшой кружок офицеров лояльных Щербинко. Сам генерал был из той породы, что в свои пятьдесят лет, имели два солидных ранца, спереди и сзади, и которым пробежать лишний километр, или тем более самим пойти в бой было так же трудно, как на собственных руках взлететь в воздух. Генерал да же не встал со стула, чтобы пожать мне руку, которую я протянул, и с каким-то наглым призрением поглядывал на меня. - В общем, подполковник, твоя опергруппа уже готова, можешь принимать командование. Полковник Тормасов все тебе объяснит. Но послушай меня, твоя главная задача полностью вырезать всех кто остался в нутрии форта. - Вот тут, я не вольно вспомнил слова Розенберга. Значит генерал, причастен к бунту, рас так хочет крови? - Это не виданный позор для всего миротворческого корпуса. Бунтовщики должны быть полностью уничтожены.
- Господин генерал, заверяю вас, что все виновные понесут наказание. - Тут мне надо было понтануться перед Щербинко, показать свою псевдо лояльность к нему.
- Ну, вот и славно! Ступайте с Тормасовым, и он введет тебя в курс дела, и объяснит наши планы.
Мы стояли на небольшом холме, откуда открывался вид на форт. Он был достаточно большим, по форме напоминал прямоугольник, но углы были закруглены, и в них располагались на поворотных башнях мелкокалиберные орудия. От обстрела башни были разорваны, дуло одной из пушек лежало в стороне, в нескольких десятках метров от форта. Батареи, располагавшиеся на крыше, за бруствером горели ярким пламенем, закрывая небо черным дымом. Сегодня было ветрено. Яркое солнце красиво освещало землю. Порывы ветра играли одеждой солдат, то, прижимая ее к телу, то, раздувая как парашют. Тормасов внимательно оглядывал форт. Длинные волосы на затылке, растеребил ветер. Я провел рукой по заросшему лицу. - Не брился уже давненько. - Тихо проговорив. Полковник в ответ слегка улыбнулся.
- Вот видишь как они их. - Дима указал на форт. - А бунтовщики явно укрылись в бункере, и спокойно там отсиживаются. В общем, так Ростов. За нас уже давно все решили и придумали. Авиация и танки расстреляли казарменный дворик за фортом, уничтожили технику, которая там была, выбили солдат из окопов. Скоро батарея двенадцати дюймовых орудий расстреляет вот эту стену. - Дмитрий показал рукой на стенку, которую была перед нами. - А дальше ты с опергруппой, под прикрытием танков, должен будешь пойти на штурм. Танки поддержат вас огнем, ехать будут до самых стен, а дальше уже сами.
- Какие силы у меня в подчинение?
- Пять рот насобирали. Две первые собрали с наших батальонов, сам знаешь, ребята хорошие, не раз в делах участвовали, закаленные, в общем. Третья рота, это контрактники из бунтующего форта, ребята то-же надо сказать, что не желторотики, но черт знает, что там произошло, я бы не советовал их в дело брать. Последние две роты, это украинские морпехи из Крыма. Хорошие парни, я их видел, но до этого в настоящих боях не были, только тыловую линию держали. Так, что ты там сам решай, кого первыми пустить, кого в резерв оставить. В форте не больше двух было, ну после обстрела я думаю тут, и роты недобирается. Да ты и сам не хуже меня понимаешь.
Между нами пробежала тишина, которая перебралась на всю округу. Замерло в ожидание все и вся. Залпы танков стихли, вертолеты, кружившие в небе, скрылись за горизонтом, да же ветер прекратил баловаться в полях. И тут земля содрогнулась. Вдали послышалась гулкая канонада, перерастающая в жуткий шум. Прямо над нашими головами пронеслись тяжелые снаряды. Разрывая воздушную массу, они да же не со свистом, а с гулом обрушились на форт. Огромные много метровые султаны взвились в воздух. От разрывов земля вновь содрогнулась. Во все стороны от форта разлетались куски бетона, арматура, и что самое жуткое части тел людей. И вновь канонада вдали сотрясла землю. И снова огромные султаны взвились в воздух. От таких ударов часть нужной нам стены обрушилась, окутав облаком пыли форт.
Тормасов одобрительно кивнул головой, переводя взгляд от крепости на меня. Постояв еще с минуту, я отправился к солдатам, строившимся за танками. Тонны метала, надежно закрывали от вражеского огня бойцов. Заметив меня, солдаты быстро построились вытянувшись как по струнке, ожидая моих команд. Я внимательно вглядывался в серый массив укрепления. Дым и пыль начали оседать, но видимость все же будет ни куда не годной. - Слушай мою команду. - Выкрикнул я, пытаясь перекричать гул танков. - Сводные роты первого и второго миротворческих батальонов стройся за танками! Остальные остаются в резерве до особого распоряжения. - Среди миротворцев началась беготня, кто-то выстраивался за бронетехникой, кто-то отходил за наспех сооруженные укрытия.
Сам я, в окружение своих спецов, остался стоять несколько в стороне, ожидая команды на штурм. Стоя лицом к форту, сосредоточено глядел на него. - Странно. Ни одного солдата не видно, не в амбразурах бруствера, не в казематах. - В этот момент на мое плечо легла рука, пальцы слегка сжали его. Это была явно не мужская рука. Какая-то присущая женщинам легкость и нежность ощущались в ней. В след раздался нежный голос. - Здравствуй Влад. - Неужели это вновь она? Мое сердце начало колотиться в груди, да так, что казалось еще чуть-чуть, и оно выпрыгнет. Только сейчас я заметил дурацкие ухмылки на лицах окружавших меня офицеров. Я медленно, продлевая каждый миг, поворачивался к ней лицом. Больше всего, боясь, что это не Аня. Но нет! Это была она! Девушка приветливо, и в то-же время игриво улыбалась мне. Она была в светло-сером, с белыми вставками, облегающем костюме, на груди был белый фартук с красным крестом.
- Какими судьбами? - Я медленно снял с плеча ее руку.
- Влад вы, что не рады мне? - С лица девушки сошла улыбка.
- Рад, и даже очень, но лучше бы мы встретились где-нибудь в другом месте, чем на поле боя. - Я сказал это с холодком в голосе, но девушка ловко отпарировала мой ответ.
- В другом месте? Я могу считать это как приглашение? - На ее лице показалась дразнящая улыбка.
- Ну, что же, можно будет собраться всем в мете, посидеть за одним столиком. Так, а ты зачем здесь?
- Ну, я вроде медик, наше отделение приписали к вашей опергруппе, раненым помогать надо будет.
- Что верно, то верно. Только мой совет тебе, не лезьте в форт до окончания штурма, и укройся пока в блиндаже.
Девушка, кивнув головой, послушно отправилась к линии окопов, где отсиживались резервные роты. Но, не дойдя до укрытия, оглянулась, наши взгляды пересеклись. Подобранные в пучок волосы слегка растрепал ветер, облегающий костюм подчеркивал красивую, высокую грудь, которая приподнималась при каждом ее вздохе. Девушка, глядя в мое лицо, дразнящими движениями провела кончиком языка по губам, и быстро спрыгнув в окоп, скрылась из виду. Я почувствовал на себе, ехидные взгляды. Коваль крепко обнял меня руками за плечи, тихо прошептав. - Миленький ты мой, ну будь со мной!… - Я злобно фыркнул, и, оттолкнув капитана, двинулся к танкам.
- Так все оторвали задницы от земли. - Я громко крикнул рассевшимся на земле солдатам. - Опергруппа слушай мою команду! К штурму форта приступить!
Гул танков разносился по долине. Земля содрогалась от движения техники. Из разбитого каземата застрочил пулемет. Тяжелые пули одна за другой отскакивали от толстой брони машин. Один из «Черных орлов» резко затормозив, дал залп по каземату. Ста сорока миллиметровый снаряд прорезал толщу бетонной стены, разорвавшись внутри укрепления. Клубы дыма вырвались из тонких амбразур, и бетонные стены, набухнув, треснули. Танк, рявкнув вновь двинулся к укреплениям. Миротворцы, пригнувшись, и прижимаясь к броне, медленно крались за техникой. Правда, ожидаемого шквального огня мы так и не дождались. Опергруппа медленно подползла к линии окопов, которые хорошо прожгли самолеты. Внизу, в разбитых укрытиях лежали тела погибших солдат и нескольких офицеров. Кто-то из бойцов при виде этого, перекрестил себя, глядя в небо.
По мере того как мы приближались к форту, стоявший над ним смог, начал оседать, обнажая изуродованные стены укреплений.
- Опергруппа стой! - Солдаты и офицеры, крадущиеся за танками, сели на колено, кто-то стоял в полный рост, прижавшись к танкам, кто-то залег в траве, выставив перед собой длинный ствол снайперской винтовки. - Опергруппа! К штурму готовься! - Кричал я во весь голос, чтобы было слышно всем бойцам. А может быть и бунтовщикам, деморализацию врага еще ни кто не отменял. Штурмовики быстро выстроились возле проема в стене. Спецназ был в целеуказательных масках, и шел в первых рядах, составляя главную ударную силу, в месте с военными сталкерами. Я аккуратно подобрался к краю пролома, укрывшись за стеной. Напротив, у другого края стоял Коваль. Мы переглянулись, и, кивнув друг другу одобрительно головой, закинули пару шумовых гранат в брешь. Через мгновение два хлопка раздались внутри форта, и я махнул рукой в сторону проема. Спецназовцы пригнувшись, выставив дула автоматов перед собой, аккуратно продвигались в разрушенный коридор. Вдали откуда-то из темных отворотов коридора началась беспорядочная пальба в нашу сторону, шумовая граната в тот же миг отправилась под ноги бунтовщиков, хорошенько контузив их. Послышались жалобные крики. Я и еще несколько офицеров, быстро подобрались к оглушенным и дезориентированным мятежникам. Уложить их на пол и обезвредить не составило труда. - Вы двое быстро сюда. - Я подозвал к себе первых попавшихся моему взгляду солдат. - Берете пленных, отыскиваете какое-нибудь помещение, и закрываетесь там, чтобы и звуку не было от вас. - Солдаты, удивленно переглянувшись, подняли обоих пленных, и потащили в боковой коридор.
Перегруппировавшись, мы вновь начали продвигаться по центральному коридору форта. Боковые коридоры, ведшие в служебные, жилые помещения, выходившие к казематам, до последнего были пусты. Вперед строя вырвались несколько спецназовцев, неожиданно шквальный огонь уложил парней на холодный бетонный пол. Отряд разбежался по углам, или укрылся в боковых коридорах. Наступило минутное затишье. На потолке раздражающе мигала красная лампочка, в наполовину разбитом плафоне. Через простреленный приемник прорывался хриплый голос сирены. Резкое движение руки, и граната цвета хаки разрезая воздух, упала на пол, цокая по нему, проскочила несколько метров и огненный столб взвился в воздух. Затем как по взмаху волшебной палочки с обеих сторон началась беспорядочная стрельба. Тяжелые бронебойные пули срывали со стен куски бетона, раскраивали металлическую арматуру. Тех, кто стоял за тонкой преградой сразу же сразили залпы автоматных очередей. После нескольких минут пальбы, вновь наступила тишина. С обеих сторон были раненые и убиты. На средину коридора вылетел Габулов, на плече он держал гранатомет. В сомкнутом воздухе раздалось шипение, и снаряд с зажигательным зарядом, пошел в сторону противника, оставляя дымный след. Облако огня окутало коридор. Подпаленные мятежники, бросилась в разные стороны, оставив нам свободный проем.
Чем дальше мы продвигались, тем меньше становилась наша группа. Бойцы то и дело уходили в боковые коридоры, чтобы зачистить казематы и другие помещения. К середине форта, мы обнаружили проломленную крышу, которая рухнула внутрь укрепления. Я жестом руки отправил двух военных сталкеров оглядеть крышу. Но не успели парни вылезти наверх, как тяжелый пулемет обрушил на них град пуль. Оба сержанта отскочили назад. Глаза у них были как колеса бронетранспортера, а на лицах присутствовало выражение человека бывшего в шаге от смерти. - Коробка строчит. - Кратко пояснил один из них. - Так парни пошумим тут, надо привлечь к себе внимание. Габулов бери Блоху, и найдите обходной путь, спалите бронь. - Оба офицера закинув за спину гранатометы, отправились в боковой коридор. Неожиданно возле нас разорвался снаряд, но ни кого не задело, и мы ответили парой залпов из подствольных гранатометов. БМП продолжил расстреливать в нас свой боекомплект. Кто-то из солдат, кинул под машину гранату, которая разорвала бронетранспортеру гусеницу. Еще минут пять мы находились под обстрелом. Где-то на крыше послышалась трескотня «Грозы», и затем раздались два хлопка, вслед за которыми послышалось протяжное шипение. Клубы черного дыма, вперемешку с огнем поднялись вверх, и через мгновение башня от коробки, залетев в пролом, рухнула рядом с нами. Наконец-то мы смогли выйти на крышу форта. С двух сторон тянулись два длинных каземата, амбразуры которых смотрели в разные стороны. Между ними лежала груда метала, которая еще минуту назад представляла мощное оружие. Капитан Коваль со злостью ударил ногой о борт бронемашины. Стоявший рядом Потап неодобрительно покачал головой.
Зачистить крышу форта до конца не составило труда, но впереди было самое сложное.
В центре форта, под землей был бункер, в котором укрылись оставшиеся мятежники. Толстая стальная дверь убежища могла выдержать ударную волну ядерной бомбы, так что рассчитывать подорвать ее, нам не приходилось. На схемах крепости, были обозначены несколько вентиляционных шахт, они вели, к засевшим в своей твердыни, мятежникам. Пробиться через них, конечно, было не реально. Помог нам случай.
Я уже пол часа сидел на трубе, в одной позе. Ноги ужасно затекли, но от усталости шевелиться было лень. В воздухе чувствовался запах гари, совсем рядом догорала коробка. Ни когда не перестаю удивляться, когда вижу горящую как факел бронетехнику, вроде и гореть то не чему, один метал, а горит. Стих ветер, и запах гари прекратил подбираться к носу. Вокруг меня стояли с десяток офицеров, внимательно смотря в мою сторону, и ожидая, приказов. Я поднес к лицу оцарапанную руку, кровь слегка еще просачивалась через кожу. Обтерев о штанину кровь, я снова поднес руку к лицу, кровь снова начала проступать. В очередной раз, протерев руку о штанину, надел на нее перчатку.
- Эй! - Тихо в пол голоса, прошептал Коваль, склонившись надо мной. - Балосс, что делать будем? Все ждут твоего решения.
- Ждать. - Кратко ответил я, не сводя взгляда с руки.
- Кого ждать? - Коваль недоуменно глядел на меня.
- Не знаю, кого-нибудь, или что-нибудь. Будем ждать.
Капитан усмехнулся и сел рядом. - И долго нам ждать? - Я в ответ пожал плечами.
Неожиданно часть крепости, выходившая на «Киевскую дорогу», словно подпрыгнула, каземат частью своей треснул, и в пару мгновений огромная часть форта рухнула. Глыбы бетона, скатились на поле перед фортом. Конструкции рухнули, словно карточный домик.
Солдаты стоявшие на крыше удивлено глядели на произошедшее. Из разрушенной части укрепления, начали выбегать мятежники, укрывавшиеся в бункере. Их сразу накрыл огонь из автоматов. Многие из бунтовщиков полегли от наших пуль, но на обломках лежало не меньше раненых солдат. Некоторые солдаты, поняв, что сопротивляться нет смысла, сложили оружие. Тех, кто все же пытался убежать, меткими выстрелами отдумывали снайперы.
Генерал Щербинко, довольно глядел на разрушенный форт, над которым растелились облака густого, черного дыма. В этот момент часть крепости на его глазах обрушилась, окутывая форт поднявшейся пылью. Не успел смог осесть, как группки бунтовщиков с криками начали бежать прочь, из разрушенного строения, а, вторя им в след, начали раздаваться автоматные очереди. Генерал оглянулся по сторонам, словно ища кого-то своим взором. Заметив в толпе офицеров своего племянника, он подозвал его к себе.
- Игорь, отправься на форт, и проследи, чтобы Ростов уничтожил всех этих крыс. Ни кто не должен остаться в живых. Да и ни кто кроме солдат опергруппы не должен находиться там, даже медики. - Майор кивнул головой, и, поправив на ремне кобуру с пистолетом, отправился к форту.
Я спускался по разбитой лестницы внутрь форта, когда мне на встречу вышла Аня. Костюм на девушке был запачканный грязью и кровью. Подбежав к ней, я обхватил ее за плечи.
- Ты ранена? - Во мне был испуг, за нее.
- Это не моя кровь. - Улыбнувшись, ответила Аня.
- Я же сказал тебе, не ходи сюда. Уйди это опасно. Прошу тебя. - Я обхватил девушку за талию, отводя в боковой коридор.
- Все нормально Влад. Тут много раненых, им помощь нужна.
- Другие помогут, тут санитаров, полно, а ты уйди. Прошу. - Я почувствовал, как дрогнул мой голос. Девушка как-то не обычно взглянула на меня и затем потупила свой взгляд в пол. Проведя по ее волосам рукой, я вытер со щеки накатившую слезу. Звонко цокнув ботинками, я отправился наверх. Сердце колотилось от волнения, а душа трепетала, но это было не предчувствие опасности и страха, грядущего впереди, а что-то другое, более ласковое, исходившее из самого сердца.
Я поднялся на крышу форта, солдаты помогали раненым, и своим и чужим. Этой призрачной и искусственной вражды уже не ощущалось. В этот момент по развалинам стены, на крышу поднялся майор Дьяченко. Офицер держал в руках пистолет. Ему попался сидевший на камне раненый солдат, из бунтовщиков. Майор толкнул его ногой на землю, и, нацелив на него пистолет, сделал выстрел. Голова рядового дернулась и на землю полилась кровь, обмякшее тело упало на бетон. - Ростов! - Злобно выкрикнул офицер. Я медленно, не торопясь, подошел к Дьяченко. - Подполковник, вам было приказано уничтожить всех бунтовщиков. - Майор злыми, поросячьими глазами, которые еле прорезались на толстой морде, глядел на меня. - Знаешь майор, мне наплевать на такие приказы. - Пренебрежительно ответил я ему. Дьяченко злобно фыркнул, и двинулся внутрь форта. На прозвучавший выстрел, выбежала Анна, и выбежала прямо на майора. - Я не понял. - Взвыл офицер. - Какого черта тут посторонние делают?- Девушка дразняще усмехнулась, и, отскочив в сторону от майора, уверенным шагом двинулась дальше. - А я не посторонняя. - Майор, опять фыркнув, что-то громко заорал, и нацелил на девушку пистолет. - Стоять, то расстреляю. Пошла вон дура отсюда. - Анна развернулась в сторону офицера, и с презирающей интонацией обратилась к нему. - Что в беззащитную девушку выстрелите? - Врач быстро подбежала к убитому. В этот момент, майор вновь нацелился на нее. Я в рывке, подбежал к девушке, закрыв ее от дула пистолета. Раздался хлопок, и пуля попала мне в спину. От сильного удара, да и от отсутствия сил, я упал на Аню. В этот момент я чувствовал, как будто меня со всей силы по спине ударили кувалдой. Но мой взгляд упал на лицо Анны, она видно и не поняла до конца, что произошло. Ее красивые карие глаза, с нежностью смотрели на меня.
- Ты что делаешь урод! - В заде послышались крики, и возня.
- Влад, я понимаю, что тебе приятно вот так лежать со мной, но я хрупкая девушка, которая не выдержит твоего веса. - Поняв, что порядком придавил ее, я поднялся на ноги и протянул девушки руку. Поднявшись с пола, Аня легким движением прикоснулась губами к моей щеке. - Теперь у нас точно появился повод встретиться за одним столиком, как ни как, ты мне жизнь спас. Я оглянулся назад, майора заломили солдаты, крепко удерживая его. Приблизившись к этой свинье, я хорошим ударом ноги по лицу, наградил офицера. После глубокого вздоха ко мне подступило спокойствие, усевшись на бруствер, я скинул с себя небольшой, штурмовой ранец, который прострелила пуля. Вслед за ним я снял и кирасу. Защита прикрывала только часть спины, и пуля попала в край панциря, сантиметр ниже, и меня мог бы защитить только бронежилет. Второй раз за неделю меня спасала эта кираса. Черный полимер игриво поблескивал на солнце, радуя глаз, в душе было безмятежно, но не от этого, а от той по детски игривой близости к Ане.
По темному коридору, слегка освещаемому тусклым светом лампочки, шла группа офицеров. Они пестрили разными мундирами. Позади шли несколько солдат в полной боевой экипировке. Офицеры свернули в одну из дверей. Во все так же слабо освещаемой комнате стоял стол, за которым сидел офицер Службы Безопасности Украины, и генерал Щербинко. Последний из офицеров вошедший в комнату закрыл за собой дверь. И прошел к столу, хлопнув по плечу украинского следователя, согнал его со стула, сам уселся на это место.
- Здравствуйте генерал. Я полковник Розенберг. Я уполномоченный следователь, миротворческого корпуса, и у меня к вам пара вопросов. - Офицер пристально глядел на генерала, пытаясь подавить его своим взглядом.
- Э нет братец! Это у меня к тебе вопрос. Какого черта ты позволяешь себе? Ты кто такой вообще? Я же тебя сам лично вот этими руками порву. - Генерал, нервно затряс закованными в наручники руками.
- Так, объект на контакт не идет. Гена нам нужен контакт. - С усмешкой в голосе, полковник обратился к рядом стоящему огромных размеров лейтенанту. Гена, сделав несколько шагов, оказался рядом с генералом. Мощный удар кулаком, и Щербинко, упал со стулом на пол.
- Вы что творите, вы хоть знаете кто я? - Голос генерала дрожал, пытаясь спародировать строгость и величие.
- Да знаем, кто ты. Тварь ты последняя. За деньги стольких парней лишил жизни. - Раздался голос одного из офицеров. Гена вслед за словами, с размахом ударил ногой в живот генерала.
- В общем, Алексей Степанович, мы все знаем. Ваш племянник рассказал о ваших делах со сталкерами подробно и предельно ясно. - Розенберг оперся о стол, выглядывая через край на лежавшего генерала.
- Вы о чем полковник? Какие дела у меня могут быть со сталкерами. - Генерал дико рассмеялся. - С этими крысами я дел не имею. Они ведь как крысы тащат все дерьмо, из этой вашей «Зоны».
- Гена. - Раздался голос полковника. Лейтенант, не долго думая, наградил генерала еще несколькими ударами в живот.
- Щербинко, не надо этого театра. Садись и рассказывай, как все было. - Вновь эхом прокатился голос полковника по комнате. Генерал опять попытался возразить, но, не долго думая, детина отговорил его, мощным ударом по лицу.
Генерал с оборванным мундиром, разбитым и заплывшим лицом, хорошо залитым кровью, сидел за столом. Я стоял в стороне, смотря на происходящее. Розенберг в очередной раз задал вопрос арестованному. - Будете рассказывать, как все было? - Генерал усмехнулся, презрительно плюнув на пол кровью. Стоявший рядом Гена уже было собрался вновь ударить Щербинко, но тот вскрикнул.
- Не надо! Я расскажу. - Наступила пауза. Чекист вопросительно глядел на арестованного, давая понять, что ждет ответа. - Это было три дня назад. Я знал, что железная дисциплина на форте, это последствия регулярных побоев, унижений и даже убийств солдат. Но вот только вывести в свет не мог этого. Вы ведь знаете, что там служит мой племянник. Он играл не последнюю роль в этих истязаниях. По этому я не мог говорить о происходящем. Боялся за себя. Если бы узнали о происходящем, то тень упала бы и на мою честь.
- Значит вы ради своей чести, решили пожертвовать здоровьем и жизнью солдат? - Генерала перебил Розенберг.
- А что их жизнь? Кто они такие? Они служат на границе с адом, но ни разу не видели его в лицо. Когда их товарищи погибают в аномалиях, и под пулями сталкеров, они прохлаждаются за бруствером форта. - Это было похоже на бред человека, сбежавшего из психбольницы. Ну, или человека абсолютно не знающего «Зону отчуждения».
- Не раз я был в «Зоне». В нутрии периметра. - Я оборвал рассказ генерала. - Я видел ее ужасы. И знаете, моя главная мечта, так это проснуться в один день, и понять, что я больше ни когда не увижу «Зоны отчуждения». А вы господин бывший генерал… Я просто понял, что вы в жизни ни когда не видели ужасов «Зоны».
- Я боевой генерал. Я видел ужасы войны. - Озлоблено завопил Щербинко.
- Я то же боевой офицер. Я то же не раз бывал на войне. Я успел побывать и в Чечне, и в Осетии, и Тбилиси. Но все то, что я видел, все это меркнет перед ужасами «Зоны». - Возразил полковник Тормасов, стоявший возле двери. - Господин подполковник прав, ужасы войны не в какое сравнение не идут с ужасами «Зоны отчуждения».
- Так ваши благородия, пускай господин Щербинко продолжит свой рассказ о бунте. - Прервал нашу дискуссию Олег Павлович.
- А что тут продолжать? Три дня назад ко мне прибыл человек, и сказал, что у него послание ко мне, от Лукаша. Я хотел сначала арестовать его, но деньги решают все. Он заплатил мне хорошо, и очень хорошо. Смысл послания заключался, в том, чтобы я спровоцировал бунт. Правда зачем «Свободе» нужен был бунт на этом форте, один черт знает. Но я, зная напряженную ситуацию, без труда смог спровоцировать солдат к мятеж. Племяша помог мне. Пара солдат повешенных на глазах у всех, и восстание как снежный ком, накатился на батальон. Но я честно не знаю, зачем нужно это было все сталкерам, мне заплатили, я сделал.
- Я вам скажу, зачем. - Полковник Розенберг встал со стула, и подошел к узкому окошку. - Правительства Украины и России планируют совместную научную экспедицию, на один важный объект. Правда не задача вышла, информация об экспедиции каким-то образом слилась сталкерам. Вот «Свобода» и начала активно интересоваться ей. А форт, как известно, простреливает «Киевскую» дорогу, которая является важнейшей магистралью, для связи с внешним миром. Хороший план для срыва экспедиции. Вот только Лукаш просчитался. Благодаря таким людям, как наш подполковник Ростов, взбунтовавшийся батальон долго не простоял. И поверти мне, экспедиция состоится любой ценой.
- Что мне будет теперь? - Дрогнувшим голосом спросил Щербинко.
- Пойдете как за подстрекательство, и организацию бунта. - Ответил Капитан Службы Безопасности Украины.
- По меркам военного положения, которое введено на периметре, вам положен расстрел. Да и вашему племяннику. Но может быть военно-полевой трибунал, сочтет наказание слишком строгим, и сошлет вас в ссылку куда-нибудь, на всю оставшеюся жизнь. Это уже не нам решать.
Здание военно-полевого трибунала, построенное еще в советские годы, было обнесено высоким забором. На дереве стоявшем возле входа в здания сидела сорока, дразнившая дворового кота. Небо нахмурилось, окрасившись в серые тона. Легкий ветерок гонял по земле сухую листву. Облокотившись о стену, стоял Сергей. На нем была военная форма, на которой виднелись погоны младшего сержанта. Парнишка ободрал кусок взлохматившей краски, и, осмотрев его, кинул на землю. Тяжело вздохнув, он оттолкнулся от стены, и подошел к входу в здания. В этот момент ему на встречу вышла группа офицеров.
Я при виде парня расплылся в легкой улыбке, дернув его за рукав. - Пошли. Кратко сказал я. Мы подошли к ждавшим нас машинам. - Так что со мной будет? - Кратко спросил сержант. Я сначала не ответил Сорокину. Залез в машину, поудобней усевшись на заднем сиденье. Вслед за мной в нее запрыгнул Серега. Парень вопросительно смотрел на меня, ожидая ответа. - Вот держи. - Я подал парню пакет документов.
- Что это?
- Это приказ о твоем переводе в мой батальон.
Сергей радостно воскликнул, и схватил документы. Парень в захлеб читал каждую строчку, а затем протянул мне руку.
- А то тебе, мой подарок Влад. - Розенберг сидевший впереди, протянул листок бумаги.
- Щедрый день сегодня, бумагу друг другу дарим. - Усмехнулся я.
- Это увольнительная на десять дней. Ты давно не отдыхал. Отправляйся в Спокойный, номер в гостинице как всегда оплачен, выдадут тебе премиальных, так что повеселиться, на что будет.
 Глава 10.  
Громкая музыка заглушала восторженные вопли людей, «зажигавших» на танцплощадке. Здесь танцевала в основном молодежь. Изредка попадались и офицеры, но в основном то же молодняк. Солидные, в высоких званиях вояки сидели за столами, распивая алкоголь, и травя байки. Смазливые официантки с привлекательными фигурками разносили посетителям заказы. На стенах зала были установлены клетки, в которых страстно танцевали стриптиз не менее смазливые танцовщицы. Под высоким потолком лазеры создавали причудливые фигуры, а затем рассевались на тысячи лучей, которые синхронно танцевали в ритм музыки.
От барной стойки шаткой походкой и с бутылкой абсента в руке шел, точней прыгал Коваль. Капитан, поставил на стол бутылку, ехидным взглядом окидывая сидящих за столом. Потрепанный мундир, делал его похожим на тех гусар, что дебоширили когда-то в девятнадцатом веке. - Это что за тархун такой? - Усмехнулся сидевший за столом Блохин. - Дурилка ты. Это абсент. - Отпарировал капитан. Коваль подставил к себе два бокала, наполнив их дно напитком. Окинув встречным взглядом смотрящих на него, капитан, слегка заплетающимся языком обратился к нам. - Кто со мной? - В ответ наступила тишина. Но тут из другого конца стола поднялся профессор Мейен. - Я готов. Наводи. - Прозвучал твердый голос ученого. Аня сидевшая рядом, с наигранной сердитостью хлопнула Мейена по спине. - Нормально. - В ответ раздался голос Максима. Витя с ехидной улыбкой на лице начал готовить напиток. Капитан долил еще ледяного абсента в каждый бокал, и положил на них по ложке. На ложечках лежали кубики сахара. Коваль поднес к лицу зажигалку, и высвободив из нее пламя резким движением поджог оба бокала. Сахар маленькими каплями начал стекать в бокал, кристаллизуясь на дне. Когда Кубики сахара полностью растаяли, Коваль снял с бокалов ложки, закинув внутрь по трубочке. Мейен поднял бокал, а вслед за ним и капитан. Слегка слышимый звон от легкого удара бокалов донесся до стола, и оба абсентье практически залпом выпили обжигающий напиток. Дикий восторженный крик охватил обоих, да такой что пробился сквозь музыку. - Давай еще! - Прокричал Мейен, отдавая бокал Ковалю. После третьего бокала до следующего утра, обоих в трезвом уме мы не видели.
Вскоре за столиком стало совсем пусто. Кто ушел танцевать, кто на улицу. Пьяный Коваль уже не мог шевелиться, и как тряпка развалился на кожаном диване, возле которого стоял наш стол. За столом сидела только Аня, любопытно глядя, на раззадоренного, на танцполе Мейена. Вокруг эколога стояли коллеги, с надоумленными лицами смотревшие на него. Я, воспользовавшись, случаем подсел поближе к девушке.
- Коваль зараза, взял человека споил.
- Максиму, это даже полезно. Он редко отдыхает, тем более так. Вечно в работе, в своих исследованиях. Да и когда мы собираемся кампанией, где-нибудь в ресторане, они начинают свои споры. - Мы переглянулись, обменявшись приветливыми улыбками.
- Расскажи о себе. - Я провел рукой по тату на ее плече. - Откуда она?
- Давно это было. - Девушка слегка улыбнулась. - Я еще с детства решила, что буду врачом. Свое детство я провела в Москве, но потом нам пришлось уехать в Брянск. Там жила моя бабушка, и совсем она была плоха. До Брянска я была домашней спокойной девчонкой, на косичках бантики, в руках портфель. Учителя меня просто обожали, всегда хвалили. Но в Брянске я познакомилась со своим первым парнем. Не знаю, что я нашла в нем. Смешной он был с одной стороны, но с другой, абсолютно потерянный. Вечные проблемы его с законом, дошли и до меня. Я стала другой. Непослушной стервой. Сделала эту тату, ушла от родителей к нему. Хоть он постоянно меня унижал, обижал, оторваться от него не могла. Единственное, что было во мне тогда хорошего, так мои учебные способности. Про учебу ни когда не забывала. Хотя преподаватели терпеть не могли меня.
А потом, что-то у Васи стряслось, и мы бежали с Брянска. Он бросил меня у своего дяди, а сам исчез. Правда, вот дяди его, я многим обязана. Он помог мне доучиться два последних курса, пристроил в Киев. Вскоре Алексей Георгиевич, это Васин дядя, разыскал его. Дядя Леша был ученым, постоянно ездил в «Зону». Я тогда лишь понаслышке знала о ней. Но вскоре узнала, что Вася мой, все так же увязает в криминале, только там, за «периметром». В общем, я попыталась забыть его. И мне это удалось. На одной из пар я встретила Максима. Он тогда первый раз читал лекции в нашей группе. Не скажу, что это была любовь с первого взгляда, да и вообще, что это любовь, но что-то привлекло в нем. По началу я заигрывала с ним, дразнила, постоянно на его парах стояла за дверью, выгонял он нещадно. Но потом мы сблизились, и даже очень. Потом была свадьба, счастье семейной жизни, я окончила учебу. Опять же, благодаря дяди Леши, попала на свою должность. Мы с Максимом живем всего год, и если честно я с каждым днем понимаю, что не люблю его. Да есть привязанность к нему, да и он, я знаю, что сильно любит меня, но… - Девушка загадочным взглядом посмотрела на меня, и тут же отвернулась в сторону.
Мы молчали. Не смотрели друг на друга. В моей голове кроме громкой музыки не было ни чего. Коньяк успел слегка приударить в голову, по телу шло тепло. Аня посматривала на мужа, который без остановки танцевал уже с пол часа. К столу подходили поочередно люди с нашей компании, кто, быстро выпив, удалялся на танцпол, кто садился малость передохнуть, а кто, наподобие Габулова с Блохой, приходили поиздеваться над спящим Ковалем. Сменился уже пятый трек, как девушка закончила свой рассказ. Аня легким прикосновением дотронулась до моей руки, и произнесла свой вопрос.
- А как, вы, попали сюда?
- Сюда? - Я несколько задумался, вспоминая те дни. - Знаешь, я хорошо помню тот день. День, который решил мою судьбу. Мы проводили операцию в Чечне, должны были задержать полевого генерала. Все шло как по маслу, банда его была почти полностью разбита, мы зажали его в лесном массиве. Еще чуть-чуть и он был бы наш. Но мой лучший друг, друг с которым мы учились еще с младших классов, вместе поступали в Суворовское училище, в военную академию, так вот он оказался под прицелом это боевика. Еще бы мгновение и чеченец всадил бы ему пулю. Но я тогда не дрогнул, сделал свой выбор. Естественно начальство было очень не радо смерти Халифа. Да тут еще нарисовался мой любимый чекист, господин Розенберг. Все подстроили, как будто я убил безоружного человека. Дело зачем-то малость замяли, а меня отправили на границу. Сказали, еще один залет и мне не видать нормальной жизни. Прослужил я там два года. Постоянно были стычки с дедами. Часть, в которой я служил, почти полностью была укомплектована срочниками. Ну и в один день, я зашел в казарму. Трое старослужащих стоили молодежь. Ну, между нами закатилась сора, и вследствие которой все трое улетели в окно, с третьего этажа. Естественно о деле узнал Розенберг. И тут мой старый знакомый, предложил мне умотать в «Зону отчуждения». Я попал как раз в набор. Не долго думая, ни чего не сказав своим друзьям и родственникам, я собрал пожитки, и пока дело не разгорелось, умотал сюда. Все документы о моем переводе сюда, чудесным образом исчезли, и Розенберг не мог найти меня целый год. Вот, правда, я сам себя обнаружил. По иронии судьбы, в моей роте оказалась пара козлящих дедов. Бежали они не долго по аномальному полю, которое образовалось после выброса под стенами нашего форта. А чертов Розенберг, пронюхал об этом случае, ну в мгновение прибыл на форт. И когда меня хотели арестовать, я схватил у одного из солдат автомат, и спрыгнул за стену форта. - Анна внимательно слушала меня. Сделав глоток, холодной воды, я продолжил. - Потом два с половиной года сталкерства. Многому я научился за это время. Многое узнал о «Зоне отчуждения». Слава богу, учителя были хорошие. Под конец я уже перестал считать свои ходки на север. Доходили даже до границ «Выжигателя». Пару раз удалось побывать в «Рыжем лесу», правда, потом один из выбросов создал там сильные аномальные поля, так что резону туда ходить не стало. А потом, когда я отлеживался в деревушке, на «Кордоне», за мной пришли. Отделение военных сталкеров атаковало деревню. Но они ни кого не тронули, им нужен был я. Командование миротворцев планировало большую экспедицию к центру «Зоны». Да ты сама, наверное, знаешь, чем это все кончилось. Но тогда мне пообещали, что снимут все обвинения, если я стану в ряды военных сталкеров. Мало выжило тех, кто участвовал в прорыве, но я был среди них. Год я пробыл в отделение военных стакеров, мне дали капитана, а потом назначили командиром моего отряда. А неделю назад. - В моих словах прозвучала пауза, девушка сразу обратила внимание на нее. - А неделю назад, мы участвовали в операции. Мне было приказано ликвидировать главаря одной из банд, Васю Косого. - Голос мой был печален, давая понять ей, чем все кончилось.
По лицу девушки скатилась слеза. - Наверное, он этого заслуживал. Раз так случилось.
Время уже подходило к рассвету, и мы начали собираться. Клуб был почти пуст, за парой столиков еще сидели люди, но остальные уже были пусты. На танцполе до сих пор был Максим, махая руками, отгонял мух. Ди-джей косо поглядывал на парня, дожидаясь, когда он все-таки остановится. Габулов с Блохиным пытались поднять Витю, который ни как не поддавался, постоянно падая на диван. С трудом, вытащив с танцпола Мейена, я и Аня, держа под руку профессора, вышли из клуба. Утренний воздух встретил нас прохладой и свежестью. Город спал.
Мы шли по темному переулку. В Спокойном они редки, но все же встречаются. Я благополучно отправил своих вояк в гостиницу на такси, а сам подрядился проводить своих новоиспеченных товарищей до их гостиницы. Идти было не долго, но мы решили срезать путь, чтобы еще быстрей дойти до места. Ни когда я не любил темные переулки. Впереди всех шли Мейен с Анной, за ними их товарищи и коллеги, а я медленно плелся в хвосте. Неожиданно Аня с Максимом остановились, и послышался незнакомый мне голос.
- Какие люди к нам колеса катят.
- Вам чего надо? - Раздался слегка заплетающийся голос профессора.
- Нам? Нам чего надо на! Нам надо покурить на! Есть? - Раздался еще один быдловатый голос. Я, растолкав в стороны компашку, подошел к Ане. Впереди стояли трое гопников. Вот ни когда не думал, что и здесь, в Спокойном, можно встретить их. Оправив мундир, я подался вперед.
- Оба! Офицер. Атас пацаны. - С наглой усмешкой сказал один из гопников. - Че думаешь, ты тут мундиром блеснул, и мы прям, разбежались в стороны?
- Нет, я так думаю. Сейчас каждому нос разобью, и, перешагнув через вас, пойду дальше. - Размеренным голосом ответил я.
- Оба, вот это че было? Типа смелый на? - Один из гопников, заломив набок кепку, расплылся в улыбке на все свои двадцать один зуб.
- Это видал? - Выдвинулся вперед третий, махая перед собой перочинным ножиком.
Я заметил под своей ногой половину кирпича, спокойно лежавшую на асфальте. Резким движением, я подхватил его, и метко запустил в руку державшую ножик. Кирпич дело хорошее. Ножик выпал из руки гопника, звонко цокнув о дорогу. Парень, заскулив, упал на землю, схватившись за руку. - Кто следующий? - Кратко и с ехидством сказал я. Ко мне подался парнишка, что был в лихо заломленной кепке. Удар кулаком его, прошел мимо моего лица сантиметров на пять, зато я довольно резко врезал ему в живот. Вот и второй оказался на земле. Третий то же был не против проверить свои силы, но тут позади раздался свисток. К нам быстрым шагом шел комендантский патруль. С этими парнями спорить нельзя. Я что-то прокричал, непонятное даже для себя, и мы всей толпой кинулись прочь, а наши собеседники, гопники попались под горячую руку комендантского патруля.
Отбежав немного, я притормозил, и уверенным шагом подался назад. Задиристо встал перед военными и гопотой, приготовившись бежать обратно.
- Подполковник Балосс! Всегда к вашим услугам. - Расплывшись в улыбке, я двинулся прочь, под заторможено-удивленными взглядами.

 ***  

Ростов медленно встал с кресла, и подошел к окну, открывавшему вид на реку. Толстая кубинская сигара, отдавая аромат, прошла в его руке у самого носа. Глубоко вдохнув воздух, Влад повернулся к писателю. - Да было время. Любили мы покутить, не то, что сейчас. Вроде еще и возраст не стар, да вот силы позади все оставил. Редко, но все же любил я прорекламировать, так сказать себя. - Генерал слегка улыбнулся.
Остап внимательно поглядел на свои записи, и перевел взгляд на генерала. - Так, а бумаги вы нашли? - Влад усмехнулся, ехидно взглянув на журналиста. - Нет. Да и… - Ростов сделал паузу. - В общем, завтра все поймете. - Писатель снова перевел взгляд на записанный текст. - А эта экспедиция, что там было? - Генерал, все так же стоял возле большого окна, лицо его переменилось, слегка погрустнело. - Об этом завтра. Об экспедиции много, что я могу рассказать, так что точите свои перья.
Леонтьев собрал все листы, бумаги, записи, выключил диктофон, закинул все в портфель. И тут голос писателя прервал наступившую тишину. - А все-таки. Что вы испытывали к Анне? - Писатель вопросительно глядел на генерала. - Уж точно не минутное влечение, поверьте моим словам. Это было большое чувство. Да хотя почему было? Оно и есть. - Остап дернул бровью, и, сморщив лицо, переспросил. - Есть? Вы до сих пор любите ее? И что с ней стало? - Ростов ехидно улыбнулся, и подошел к парню. - Много вопросов. Не волнуйтесь Остап, вы еще все узнаете, но только в следующие дни.
Вы уж простите меня, я рад был еще рассказать вам многое, но сегодня приезжает жена с детьми. Надо, так сказать, подготовиться к встрече. - В ответ Леонтьев согласно кивнул головой, и, закинув на плече рюкзак, и подхватив сумку, направился к выходу.
От вечерней прохлады, Остап вжал в плечи голову, слегка трясясь на холоде. Рядом стоял Влад в драповом пальто. - Ну что же. Жду вас завтра. Как сможете сразу приезжайте сюда, дорогу знаете. У меня есть еще много чего интересного для вас. - Генерал приветливо улыбнулся, пожав руку писателю. - Ну, а у меня еще куча вопросов. Надеюсь, получу на все ответы. - В это время к ним подъехало такси. На прощание, еще раз пожав генералу руку, Леонтьев запрыгнул в машину. Такси сразу тронулось и заколесило по ночной улице. Влад, немного проводя ее взглядом, развернулся и через мгновение скрылся за забором.

This file was created
with BookDesigner program
bookdesigner@the-ebook.org
26.01.2010